Меня не сломать. Развод (СИ), стр. 30
– Мама, я все вижу! Даже могу достать до дерева!
– Надюш, а ты ещё идти не хотела, – ухмыляется Лев.
– Я просто…
– Да понятно всё… Не хотела меня напрягать, волновать… А мужикам полезно напрягаться, времени не останется на всякую ерунду.
Лев снимает Катю с плеч, сажает в машинку с водруженной на ней корзиной. Ничего у меня не спрашивая, заполняет её продуктами до верха и расплачивается на кассе.
– Я могла бы сама... – поднимаю на него полный благодарности взгляд.
– Не надо больше самой, ладно? Я у тебя не только для... – усмехается он, покраснев и опустив взгляд.
– Правда? Я думала, только для этого. Шучу, конечно. Спасибо тебе за то, что ты есть...
Глава 42.
*Надежда*
Филипповна засыпает меня вопросами... Тараторит без умолку, пытаясь вытянуть подробности…
– Катенька папашу не вспоминала? – спрашивает она в динамик.
– Удивительно, но нет, – отвечаю, зажав телефон плечом и сортируя крупы. – Видела бы ты, сколько Лев всего купил… Я и не просила… Мы не съедим столько. Тут и овощи, и фрукты всякие, заморозка… Любовь Филипповна, он такой… Я боюсь мечтать. Все время какого-то подвоха жду… Не может мужик быть таким идеальным. И с Катей он поладил.
– Тьфу на тебя! Отличный он мужик, заботливый, серьезный. Я рада, что вы отдохнули… А в койке-то как?
– Да ну тебя, – фыркаю, расплываясь в улыбке. – Все лучше, чем я думала.
– Верю, что и там Моисеев хорош… Мы неплохо справлялись. Девчонки умудрились ничего не спалить, Петрович хорошо все убрал. Мне показалось, что кто-то шастал возле цеха. Только сосредоточусь, как кто-то… шмыг… под окнами. Может, с крыш снег падал, не знаю…
– Не удивлюсь, если Стас какую-нибудь гадость выдумает. Маслова звонила, сообщила, что он требует раздела обязательств по его кредитам.
– Это уже агония, Надь… Он решил все средства использовать, но и они закончились… Может, Лев подключит свои ресурсы?
– Я пока справляюсь. Ладно, Любовь Филипповна, завтра я возвращаюсь в строй. Сейчас приберусь, что-нибудь приготовлю и… Заказов у нас много, да и за выходные заявок прибавилось.
– Давай, Надюшка, ждем тебя с нетерпением. От нас вроде все проверяющие службы отстали.
– Надеюсь, что надолго.
Мы тепло прощаемся. Я готовлю для Кати ленивые вареники, мы садимся на диван в гостиной и смотрим мультик про богатырей. За окном мелко накрапывает дождь, обостряя мою тревогу… Внутри шевелится червячок сомнения… Кто мог ходить возле цеха? И, главное, зачем? Звоню арендатору, уточняя схему расположения камер наружного наблюдения… Оказывается, те, что охватывают вход, давно отключены… Елена Сергеевна вежливо объяснила, что я должна была своевременно заявить о необходимости починить проводку…
Верите, я не думала, что это так важно… Опасалась воровства или порчи имущества, потому сделала ставку на камеры, расположенные внутри зала…
– Катя, пошли купаться, солнышко, – взволнованно вздыхаю я.
Неужели, придется снова просить Льва вмешаться?
Катюша собирает игрушки для завтрашнего похода в детский сад, я споласкиваю чашки, заслышав тихую вибрацию смартфона… А вот и папаша пожаловал…
Зависаю над ожившим экраном и отвечаю на звонок:
– Вы уже вернулись, девчата? – пьяненько бормочет он.
– А с чего ты взял, что… Ты пьян, Стас?
– У твоей Анфиски слишком длинный язык.
– Ты о чем, вообще? Что за чушь ты несешь?
– Она хвасталась нашей соседке, что вы поедете в загородный отель. Встретила её в магазине, когда Кате какую-то лабуду покупала. И про хахаля твоего нового сболтнула…
– Теперь ты знаешь, что у меня есть мужчина. Дальше-то что? Стас, ты ещё не понял, что проиграл? У тебя ничего не получится… Ни вернуть меня, ни напугать, ни заставить платить твои кредиты… Живи со своей красавицей Камиллой, и будьте счастливы! Чего ты ко мне…
– Ты думаешь обо мне, Надька. Даже в его объятиях думаешь обо мне…
– Что за чушь? Я думаю о потраченных на тебя годах, Аникеев! И не смей угрожать мне! Хочешь ты этого, или нет, нас разведут. Ты лучше бы о Кате вспомнил, побеспокоился о дочери… А ты…
– Не пытайся меня убедить, женушка. Именно ты прислала в нашу квартиру участкового.
– Что? Какого ещё…
Наверное, подсуетился Лев, но Стасу я, конечно, не призна́юсь в этом. Значит, его красотку вышвырнули из нашей квартиры? Хотелось бы посмотреть на эту картину, но, увы…
– Стас, прекрати искать во всем тайные заговоры. Есть предписание суда о запрете находиться в квартире посторонним. Ты бы лучше занялся ее продажей, а не…
– Тебе не видать моей квартиры, гадина! – орет он. – Я её лучше сожгу! И Камилла не простит тебе унижения, она…
А, может, это она шныряет возле цеха? До меня лишь сейчас начинает доходить, что недоброжелателей у меня больше, чем я думала… Стас слишком труслив, да и уважением коллег, должностью он рисковать не станет. А вот его Камилле терять нечего…
– Мне не нужно ее прощение. Я действую в своих интересах, а на её хотелки мне плевать! Стас, не звони мне больше, я… Мы справимся без тебя и твоих подачек!
Отбрасываю смартфон и закрываю лицо ладонями… Почему же так гадко на душе, а? Я будто в помоях искупалась… Ну, общаются же люди нормально после развода? Почему у нас не так? Размазываю по щекам слезы, заслышав странные шорохи в прихожей…
Гостей я не жду, кто это может быть?
Замираю на миг и, схватив телефон, бегу встречать непрошеного гостя…
Глава 43.
*Надежда*
– Кто там? – кричу, придавая голосу твердости.
Только воров мне ещё не хватает. Или… Камиллы, будь она неладна… Не удивлюсь, если Стасик выяснил мой новый адрес.
– Надюш, это я, – протягивает Лев.
Ведущая на крыльцо дверь соединяется с деревянным, холодным коридором – оттого голос Льва звучит отдаленно…
Отпираю и почти падаю в его объятия, сжимая в руках смартфон…
– Ну всё, все… Я как чувствовал, Надь… Что-то внутри щемило, ныло… Переоделся и к вам примчался. Ну, перестань, – шепчет он, поглаживая мои дрожащие плечи.
Я себе чего только не надумала… И кого угодно была готова увидеть – Стаса, его девку или нанятых ими головорезов…
И ведь сделала все, чтобы грамотно развестись: адвоката наняла, а та оформила ходатайство о запрете крупных покупок и продажи имущества… Со всех сторон себе соломку подстелила… А на деле…
Он просто тянет судебный процесс, держа меня в подвешенном состоянии…
– Надюш, мне плохо без тебя… Одиноко… – целует меня в мокрые щеки Лев. – Ты, как хочешь, но я тебя не отпущу никуда… Не хочешь ко мне переезжать, я сюда заеду. Ей-богу…
– Левушка, Лева… Я не против. Ну, проходи, чего стоишь?
– Прохожу. А где наша кнопочка? – заглядывает он в небольшую комнатку, выделенную под детскую.
– Дядя Лева, ты приехал? Мама ругалась с папой по телефону, а потом плакала. Я испугалась, – щебечет она, прижимая к груди плюшевого мишку.
– Идём к нам. Сейчас твоя мама будет меня поить чаем, а ты порисуешь, ладно? Нарисуешь мне капибару? Я картинку в кабинете повешу.
– А рамочку где возьмешь?
– Попрошу Игната Ивановича изготовить. У меня же целый завод в подчинении. Ну, идём?
Наливаю в чайник воду, выуживаю из шкафа старенький сервиз с жар-птицами – очевидно, когда-то он принадлежал родителям Льва, и накрываю на стол…
– У меня ленивые вареники остались, будешь?
– С удовольствием, – улыбается он.
– Ты голодный, наверное? Давай я…
– Надюш, не надо. Уже поздно, да и я перехватил кое-что дома… Расскажи лучше, что тебя тревожит? Если ты в чем-то не уверена или сомневаешься в компетенции адвоката, я с радостью подключусь. Зачем он тебе звонил? – понизив голос, спрашивает Лев.
– Узнал о тебе… Анфиса встретила нашу соседку, а та разболтала… Лев, я рада, что он узнал, ты не думай. Участковый выпроводил Камиллу из квартиры, – хитро улыбнувшись, добавляю я.