Магазин волшебных питомцев. Дилогия (СИ), стр. 16

Связь оборвалась.

М-да… шерше ля фам. В чистом виде.

Я выдохнул, сунул телефон в карман и посмотрел на котёнка. Тот сидел у моей ноги и чесал задней лапой за ухом. Перепончатое крыло мешало, он его раздражённо отодвигал и снова тянулся лапой.

— Ну что, рыжий? Обзаводимся связями в высшем обществе.

Мантикора в ответ тоненько мяукнула, напоминая, что высшее общество — это прекрасно, но ужин по расписанию.

— Понял, сейчас организуем.

Я пошёл вдоль стеллажей. Обычные кошачьи консервы не подойдут. Детёнышу два месяца. В этом возрасте они только-только начинают пробовать мясо, и это должно быть свежее, скоблёное мясо, обязательно с добавлением витаминно-минеральных премиксов, а не дешёвые корма с консервантами и желе. Пищеварение у них сейчас нежное, сорвать желудок — раз плюнуть.

Покопавшись на нижних полках, нашёл то, что нужно: банку универсальной молочной смеси для щенков и котят. Отличный вариант. Состав максимально приближен к материнскому молоку.

В дверь настойчиво постучали.

Я подошёл к порогу и посмотрел через стекло.

На крыльце, ёжась от вечернего холода, стояла девушка. Лёгкий чёрный плащ до колен. Тонкий ремешок на талии. Руки в карманах. Чёрные волосы, стриженные под каре, обрамляли лицо рваным, стильным контуром. Острые скулы, чуть впалые щёки, хищная линия подбородка. Взгляд — те же холодные голубые глаза, что у Кирилла, но на этом сходство заканчивалось.

Я повернул замок и впустил её.

Алиса стремительно шагнула внутрь, принося с собой запах дорогого парфюма. Архимед на жёрдочке проснулся. Встрепенулся, вытянул шею, уставился на гостью чёрным глазом и истошно заорал:

— Кар-р-р! Ведьма! Караул!

Алиса ничуть не смутилась. Прыснула, блеснув белыми зубами.

— Я тоже рада видеть тебя, пернатый.

С трудом сдержал порыв спросить в лоб, что именно связывает княжну и пустого из захолустного зоомагазина.

— А где кот? — она завертела головой и тут же заметила зверя у кассового аппарата. — Ой, какой хорошенький! Какой пушистенький! Иди сюда, лапочка!

Она рванула к прилавку, протягивая руки, чтобы потискать котёнка.

— Стой! — рявкнул я.

Мантикора, расценив нависающую тень как угрозу, зашипела. Шерсть на загривке встала дыбом. Крылья раскрылись. Скорпионий хвост хлестнул вперёд.

Я успел перехватить Алису за предплечье и дёрнуть на себя. Жало рассекло воздух в миллиметре от её пальцев. Котёнок тут же дал дёру и скрылся в подсобке. Слышно было, как он втиснулся куда-то между коробками и затих.

— Ты совсем без мозгов? — я отпустил её руку и посмотрел в голубые глаза. — Запомни раз и навсегда. Никогда. Не лезь. К незнакомому хищнику. С распростёртыми руками. Тем более сверху. Тем более к детёнышу, который тебя в глаза не видел. Для него ты опасность, и он защищался. Единственная причина, почему ты сейчас не корчишься на полу с ужаленной рукой, — ему всего пара месяцев, и координация ещё не наработана. Взрослая мантикора не промахнётся. Уяснила?

— Кукареку! Ходют тут! — сварливо выдал Архимед и дважды щёлкнул клювом, явно одобряя мою воспитательную лекцию.

Алиса моргнула, переводя дух. Испуг на её лице быстро сменился насмешливой улыбкой.

— Какой ты заботливый, пустышка. Ладно, учту. Так, давай, показывай. Мой брат поставил тебе метку?

Я невольно скрипнул зубами. Эта девица начинает раздражать своей бесцеремонностью, но она сама пришла, сама призналась, что виновата. И она Шувалова. Если кто-то в этом городе знает, как работает ледяная магия их рода, так это она.

Задрал левый рукав.

Голубой ледяной браслет мерцал в полумраке магазина, обжигая кожу фантомным холодом. Морозные узоры словно дышали. Алиса шагнула ближе, взяла мою руку и провела ладонью над ледяным узором. Тонкие брови девушки сошлись к переносице. Губы шевельнулись.

— Двойная спираль с привязкой к ядру заклинателя, — бормотала она себе под нос. — Криорезонанс на пассивной подпитке. Восемнадцать часов автономного хода… Типичный Кирюха. Красиво, но по шаблону. Он третий год подряд одну и ту же технику штампует. Никакой оригинальности.

Девушка подняла глаза на меня и вынесла вердикт:

— Это просто иллюзия осязания. Не переживай, настоящего обморожения не будет. Хотя ощущения премерзкие, это факт. Кирилл любит такие фокусы.

— Я и так понял, что это маячок, а не оружие.

Она пожала плечами. Потом сбросила плащ с плеч и, не спрашивая разрешения, повесила на крючок рядом с моей курткой. Жест хозяйский, на автомате, как у человека, который бывал здесь не раз и считает это место если не своим, то привычным.

— Зачем ты пришла? — прямо спросил я.

Алиса приложила обе руки к сердцу и состроила выражение искреннейшей обиды.

— Что за тон? Я же твоя лучшая клиентка! По крайней мере, самая высокородная, — на последнем слове она скривилась, как от лимонной дольки. — Короче, считаю своим долгом помочь тебе пережить завтрашний день. Из-за меня же встрял.

— Помощница, — хмыкнул я и пошёл за прилавок. — Чай будешь?

— Буду. Я замёрзла как собака.

Пока закипал старенький электрический чайник, я занялся смесью для мантикоры. Насыпал порошок в керамическую миску, залил тёплой водой, тщательно размешал, чтобы не было комочков. Температура должна быть около тридцати восьми градусов — как тело матери. Проверил каплей на запястье. Нормально.

Заметил торчащие из-за дивана уши, но кормить здесь не стал. Котёнку всё равно придётся привыкать к посторонним. Так что потренируемся на Алисе. И будем бить её по рукам, если снова расчувствуется.

Вынес миску в зал. Котёнок осторожно выглянул из подсобки, поводя носом. Запах молока сработал безотказно. Он подошёл к миске, но вместо того, чтобы пить, просто уставился на белую жидкость и жалобно мявкнул.

— А почему в миске? — спросила девушка, облокотившись на прилавок. — Бутылочки нет?

— Время позднее, завтра куплю.

Лакать из миски котёнок ещё не умел, этому надо учить.

— Мокни мордочкой, — посоветовала Алиса. — Ну, знаешь, как делают. Берёшь его за загривок и…

Я обернулся и посмотрел на неё. Молча. С выражением.

— … или нет, — Алиса примирительно выставила ладони. — Забудь. Твой кот, сам с ним разбирайся.

Макнуть мордой — верный способ залить молоко котёнку в нос, после чего он начнёт чихать, испугается и вообще откажется от еды.

Я опустился на корточки, обмакнул указательный палец в тёплое молоко и осторожно коснулся розового носа мантикоры. Котёнок облизнулся. Распробовал. Я снова обмакнул палец и поднёс к его рту. Шершавый язычок принялся слизывать капли. Неторопливо, раз за разом, я опускал палец всё ниже, пока не увёл его к самой миске.

Котёнок последовал за пальцем и, наконец, начал неуклюже лакать сам, смешно фыркая и пачкая усы.

— Работает, — кивнул я.

— Как назвал? — спросила Алиса, наблюдая за процессом с искренним интересом.

— Пока никак. Рыжий и рыжий.

— А это мальчик или девочка? — она подалась вперёд, пытаясь рассмотреть, что там у мантикоры под хвостом.

— Сидите и не рыпайтесь, ваше сиятельство, — велел я. — Это самец.

Девушка закатила глаза. Похоже, на «сиятельство».

Я налил ей чай в щербатую кружку, себе сделал кофе. Сел напротив, притащив стул из подсобки. Решил всё же разобраться с главным вопросом.

— Ты давно не заходила, — бросил на пробу.

— Пф, а чего сюда заходить? — фыркнула она. — Сорян, но ты магаз совсем запустил. Помню, как тут было при твоих родителях. Полки ломились! Зайдёшь — глаза разбегаются. Артефакты, корма нормальные, звери редкие. Твои предки реально шарили, как бизнес вести. А сейчас тут просто пылища и скукотища… — она вдруг осеклась и прикусила губу, виновато стрельнув в меня глазами. — Блин. Прости. Ляпнула не подумав. Не хотела на больную мозоль давить, у меня язык иногда быстрее мозга работает.

Я сделал глоток чёрного кофе.

— Всё нормально, — ответил ей, ставя чашку на стол. — Факты есть факты. Магазин пустой, родителей нет. Не нужно ходить на цыпочках, я не стеклянный.