Герои Империи (сборник), стр. 182

— Убирайтесь к дьяволу, — зарычал Ферштолен, утвердился над телом Блоха и неловко взял алебарду наперевес. — Вам здесь делать нечего.

Непонятно, дошли до солдат-псов его слова или нет. Они тупо двигались прямо на него. И тут имперские солдаты, увидев прорыв в рядах, поспешили к Ферштолену. Теперь он был не один. Не произнося ни слова, не дожидаясь приказа, алебардщики сомкнули строй вокруг тела павшего командира.

Они знали — это предел. Рубеж, дальше которого отступать нельзя.

Когда передние собакоголовые приблизились на расстояние удара, Ферштолен зло прищурился, проглотил подступающую к горлу кислятину, перехватил древко поудобнее и приготовился бить.

Хельборг поднял Клингерах и прицелился в лицо демоницы, которая с визгом летела на него. Та вильнула в сторону, увернулась и взмыла вверх. Похоже, они не очень-то опасались святого клинка. Он развернулся в поисках, кого бы из них еще попробовать достать мечом.

Враги оказались слишком стремительными. Они бросались в гущу людей, словно ястребы на добычу, хватали замешкавшихся и утаскивали в пылающее небо. Уносимые ввысь кричали от ужаса. Жертвами демонов становились и священники, и рыцари. Твари превосходили в силе и тех и других.

Фолькмар снова вызвал пламя своего посоха, и по всей его длине заструились молнии. Теогонист резко развернулся, выпуская тучу вертлявых огненных стрел. Те устремились на вьющихся в воздухе демонов. Удар — и одно из существ оказалось внутри воронки огня. Теперь оно заголосило, словно передразнивая крики, издаваемые людьми. Сородичи откликнулись ни чем иным, как радостным и злым хохотом.

— Людям с ними не справиться, — сказал теогонист негромко. — Их поддерживает колдовской огонь.

— Отступать нельзя, — заявил Хельборг, глядя, как демоны собираются в кучу, чтобы напасть снова. — Неужели вы ничего не можете сделать?

— Могу сделать им больно. Убить — не могу.

Демоны снова полетели вдоль улицы в атаку на людей, выставив окровавленные когти, в воющих вихрях воздуха.

Хельборг следил за ними, держа меч наготове. Одна демоница, кружась, ринулась к самой земле, лицо ее расплылось в жестокой восторженной ухмылке. Она нацеливалась на гвардейца на левом фланге, и ее ничуть не страшил человек с рунным клыком. Солдат не двинулся с места, крепко, хоть и дрожащими руками, сжимая меч и готовясь отразить атаку.

Демоница, быстрая как удар кинжала, мгновенно вцепилась в него. Хельборг распрямившейся пружиной ринулся к ним, налетел на извивающееся существо и круговым движением рубанул Клингерахом по дергающимся конечностям. Священный клинок глубоко вонзился в плоть демона и рассек жилы, рожденные эфиром.

Демоница взвизгнула, отпустила жертву и увернулась от Хельборга. Маршал не отставал, стиснув меч обеими руками и угрожая новым ударом. Гадина плюнула в него, исчезла и снова появилась футах в двенадцати, хватаясь за раны и вопя от боли. Затем она взмыла вверх, разбрызгивая пурпурные капли крови.

Тем временем другие демоны продолжали истреблять людское воинство — они вцеплялись в людей, тащили их высоко в небо и там раздирали на части. На тех, кого еще не схватили, дождем лилась кровь и падали куски плоти — в судьбе их несчастных товарищей не оставалось сомнений.

— Хватит этого кошмара, — рыкнул Хельборг, адресуясь к Шрамму. Комтур имел испуганный вид. Сроду у него такого не было.

— А что делать?

— Бежать.

— Куда⁈

Хельборг указал на башню, виднеющуюся за крышами домов, — до нее оставалось довольно далеко. Над разрушенным городом сверкали молнии, выхватывая из тьмы скелеты домов, оккупированных демонами, — они расселись наверху и слизывали кровь со своих когтей.

— Туда.

Не дожидаясь ответа комтура, Хельборг пустился бегом. Его люди не нуждались в приказах — они ринулись следом. Лейтдорф и Шрамм не отставали от маршала. Комтур передвигался похожими на волчьи скачками, но волчья ухмылка сошла с его лица. Посох Фолькмара все пламенел, теогонист замыкал шествие и, как мог, пытался защитить воинов от атак с неба.

Изрядно потрепанный отряд бежал по улицам, а сверху непрерывно нападали твари. Демоны находились в своей стихии — огонь Хаоса подпитывал их и помогал летать, а оружие простых смертных не причиняло им вреда. Лучше всех получалось биться с демонами у священников-воинов: боевые молоты, усеянные магическими символами, успешно отбрасывали зазевавшихся чудовищ и впечатывали их в закопченные стены. Здоровяк со штандартом продолжал выкрикивать воодушевляющие призывы и грозно потрясал могучим молотом. Оружие имело имя — Кроведаватель. Хорошее имя.

Несмотря на отдельные успехи, этот маневр обернулся кошмаром. Рыцарей и алебардщиков, не имеющих защиты от чудовищ эфира, демоны беспрепятственно выдирали из гущи соратников, тащили ввысь, почти к городским шпилям, и там подвергали зверской расправе. С каждым пройденным кварталом отряд редел человек на десять.

Душу Хельборга терзали то гнев, то ужас. Нет ничего хуже, чем враг, с которым ты не можешь бороться. Он изо всех сил пытался прикрыть людей от демонов, но те очень легко обходили его защиту. Ему приходилось слушать, как где-то на уровне крыш кричат гибнущие товарищи, а хохот смертоносных тварей эхом прокатывается по улицам.

— Мы все погибнем гораздо раньше, чем добежим, — задыхаясь и раскрасневшись от усилий, выговорил Лейтдорф. Часть своих доспехов он сбросил, но все равно с трудом успевал за остальными.

— Тогда возвращайся назад, — бросил Хельборг. Ему было не до этого человека и его страхов. — А я все-таки найду того, кто это все устроил.

Туча демонов, вопя, спустилась к самым головам бегущих — в нее полетели, хоть и не очень прицельно, огненные стрелы Фолькмара. Три твари успели схватить и теперь держали в когтях дергающиеся тела в доспехах. Они намеренно сначала уничтожали гвардейцев.

— Вы думаете, что сумеете убить ее? Ведь вы не можете поразить вот этих.

Хельборг припустил еще быстрее, и за ним остальные.

— Ее сможет прикончить рунный клык, — прорычал он, прерывисто дыша.

Рана на его плече снова открылась, под камзолом стало горячо и липко. А башня, казалось, ничуть не приблизилась.

— Ну, придется рассчитывать на это.

Тем временем с крыши слева спрыгнула демоница, нырнула в гущу людей и расшвыряла их. Она слегка просчиталась и разогналась слишком сильно, а потому покатилась по булыжнику вместе с тем, в кого вцепилась, и не смогла быстро вернуться в стихию огня эфира.

Шрамм, находившийся в гуще солдат, мгновенно напал на нее и стал рубить мечом, чтобы она отпустила жертву.

— Шрамм, нет! — проревел Хельборг и ринулся к нему, расталкивая солдат.

Лезвие комтура прошло сквозь плоть демона, не причинив вреда, и проскрежетало о камень мостовой. Вылетел сноп искр. Демоница зашипела как змея, оттолкнула намеченную жертву и присела, готовясь прыгнуть.

— Назад! — проорал Хельборг. Он уже почти добежал, держа наготове Клингерах.

Демоница прыгнула, вцепилась в грудь Шрамма, и они вдвоем кубарем покатились в сторону от всех остальных. Они врезались в ближайшую стену, камень кладки треснул. Хельборг увидел, как шлем Шрамма шарахнулся об стену, проскрежетав, и ноги рыцаря подкосились.

Маршал наконец протолкался сквозь толпу и ринулся к Шрамму. Демоница снова изготовилась прыгнуть, взлететь ввысь и забрать с собой лакомый кусочек в виде комтура. Клингерах опередил ее, глубоко воткнулся в лиловую спину, отчего руны на лезвии засветились.

Существо завопило, выгнулось назад, замахало руками, пытаясь извернуться. Шрамма она выпустила, и он безжизненно съехал по стене, оставляя на камнях кровавую полосу.

Хельборг вытащил клинок, демоница повернулась к нему лицом, и Клингерах снова вспыхнул рунами и перерезал твари шею — голова разлучилась с телом. При этом в воздухе прокатился громкий треск, летучие создания шарахнулись в стороны и устремились вверх. Отрубленная голова их сестры еще мгновение жила. Она успела глянуть на Хельборга со смесью страха и изумления, прежде чем безжизненно откатилась, холодная и бездыханная.