Пробуждение Хаоса. Том 4 (СИ), стр. 49
С этими словами он махнул рукой — и бутылка с грохотом укатилась на пол. В следующий же момент Стив почувствовал, как ему по голове прилетела затрещина. В ярости обернувшись, он увидел бурого стревлога, который поманил его к себе.
— Давай, иди сюда, — неожиданно спокойно сказал ему ящер, — вот он я, самая главная гнида, которая считает, что ты самый большой и бесхребетный в Системе слизняк. Давай, проучи меня, а то только и можешь воевать, что с девушками и бутылками, слабак!
В ярости Стив рванул на проклятого стревлога… и эта схватка закончилась унизительно быстро. Стревлог поднырнул под Стива, схватил его двумя руками, а хвостом сделал ему подножку… и вот Стив лежит на земле с заломленными руками, с ненавистью чувствуя, как его хребет давит к земле тяжёлая нога.
— Каурнаш, будь добр, помягче, — невозмутимо приказал Эргенаш, которого, казалось, сегодня ничто не могло смутить, — это пройдёт.
— Да в смысле помягче, брат⁈ — с негодованием спросил стревлог по имени Каурнаш, с огромной неприязнью глядя на дёргающегося под его ногой Стива, — это ж самая что ни на есть человеческая порода! Вот как только, сука, как только человеку что против шёрстки, да не по нраву — так из него сразу говно полезет!
— Во-первых, каждый впервые сталкивается с поражением — и каждый тяжело его переживает, — невозмутимо ответил Эргенаш, — а, во-вторых, мы всё ещё на территории синей категории безопасности. И если дело кончится травмами и переломами — нам это припомнят.
— Каурнаш, миленькой, пожалуйста, достаточно, — Марта подбежала к стревлогу и принялась ласково поглаживать его по голове, — ну, простите вы его… молодой дурак, напился, ляпнул лишнего… не злитесь, прошу вас…
— Ладно, ладно уж, — Каурнаш отпустил Стива, который уже не смог сдерживать слёзы злости, — но, учти, полезет второй раз — получит по полной!
— Не полезет, — Марта с недюжинной силой подняла Стива и, нырнув ему под плечо, повела в домик, — всё, милый… всё будет в порядке… пошли, пошли отдыхать…
Стив уже не помнил, что было дальше. Только помнил, что мягкие руки ласково раздевали его… гладили по шее, по груди… но всё равно это было состояние чёрного марева, которое изредка нарушалось толчками непонятного наслаждения… и, наконец, его поглотила чернота…
Утро встретило Стива страшной головной болью. Он застонал… и тотчас кто-то приподнял ему голову, а в следующий момент во рту почувствовался живительный вкус рассола. Стив, благодарно ухватившись за кувшин, жадно пил спасительную влагу, пока не опустошил его полностью. Несколько секунд спустя у него появились силы открыть глаза… и, к его огромному удивлению, вместо Марты перед ним сидел… Каурнаш, чей бесстрастный взгляд не выражал ровным счётом ничего.
— Каурнаш, — прохрипел Стив… — что… что вчера… что я вам наговорил…
— Да много уж чего, — многозначительно кивнул Каурнаш. Стив же ничего не ответил. Память вспыхнула, ярко и во всех подробностях подсветив воспоминания о том, что случилось… и его только ещё больше жгло то, что, несмотря на это свинство, Каурнаш заботливо ждал, пока он проснётся, с лекарством наготове.
— Твою ж Системное налево… какая же я дрянь, — простонал Стив, откинувшись обратно на подушку, — как я теперь всем в глаза посмотрю…
— Уж сообрази что-нибудь, — так же безжалостно-равнодушно ответил стревлог.
— Мне так жаль… прости меня, Каурнаш. Спасибо, что угомонил вчера… я бы такого наговорил, что после этого только бы и осталось, что пойти да утопиться…
— Пустое, — совсем чуть-чуть, но всё же смягчившись, ответил Каурнаш, — но… по-своему ты был вчера прав. Нам приходилось переживать куда больше поражений, и были они куда как тяжелее. Так что… это урок тебе, Стив. То, что вчера случилось — это, конечно, тяжело. Надо дать себе время перебеситься и успокоиться. Но от этого не должны страдать те, кто не сделал тебе ничего плохого.
Стив ничего не ответил, лишь кивнул, едва сдерживая слёзы стыда. Он заслужил эти упрёки, и он знал это.
— Ладно, дружище, будет, будет, — стревлог, вероятно, по лицу Стива истолковав его раскаяние, смягчился и похлопал того по плечу, — давай, приходи в себя. А то тут уже с утра парочка гильдийных представителей ошивается. Так что… дела у тебя всё равно в гору пойдут, Стив, уж поверь мне. Гильдия ходоков тебя на самых золотых условиях к себе возьмёт. А там… покрутишься месяц-другой, разведаешь, чё да как… может, и за кого из нас словечко замолвишь…
В этот момент дверь домика открылась, и внутрь вошёл Эргенаш.
— Стив, — сказал он ему, — быстро одевайся и выходи. Тебя ждут.
— Да куда ему идти, — запротестовал Каурнаш, — всё в порядке, брат, пацан осознал вину и извинился, не нужно уж так…
Однако Эргенашу оказалось достаточно бросить один проникновенный взгляд, чтобы бурый стревлог моментально стушевался и пробурчал:
— Ладно, ладно, надо так надо, щас всё будет.
Эргенаш вышел, а Стива, который с огромным трудом поднялся в постели, за шею взял Каурнаш.
— Щас, дружок… где-то тут у вас, кожаных мешков, были особые точки… главное, не пережать… вот так…
И, действительно, несколько мягких нажатий секунд — и Стив почувствовал, как по его телу побежали силы. Стало намного легче.
— Имей в виду, потом будет откат, — предупредил Каурнаш, помогая Стиву натянуть на ноги ботинки, — в обед надо будет поспать. Но зато сейчас — будешь как огурчик.
Стив только кивнул, продолжая сгорать от стыда за своё вчерашнее поведение. Даже если предположить, что стревлоги сейчас терпят его, потому что он им нужен, чтобы «замолвить словечко в гильдии ходоков», всё равно, вот такую заботу невозможно сымитировать.
В итоге, натянув куртку, Стив вышел из домика. И в следующий момент у него упала челюсть. Потому что у выхода его ждали Эргенаш и ещё двое стревлогов… а рядом с ними стоял не кто иной, как Мерхель, участник Состязаний от имени клана Зинтерра. В груди снова почувствовалась какая-то тоскливая тревога.
— Ну, наконец-то, — довольно проворчал зинтерровец, увидев Стива, — смотрю, хорошо вчера посидели. Давай, топай за мной.
— Кто… я? — непонимающе спросил Стив.
— Нет, бабка моя, — хмыкнул Мерхель, — конечно, ты, кто же ещё.
— Но… я… зачем? — спросил Стив.
— То есть, ты не идёшь? — невозмутимо уточнил Мерхель. Эргенаш, стоявший за его спиной, сделал страшные глаза, но Стив и сам понял, какую он сморозил глупость.
— Нет… иду, конечно, иду, — поспешно сказал он, — я… осознаю, что люди вашего уровня не тратят время попусту… и если вы меня зовёте, значит, это что-то важное.
— Ну вот, так-то намного лучше, — довольно кивнул Мерхель, после чего повернулся и приглашающе махнул рукой, — давай, нас уже ждут.
Стив, окончательно пришедший в себя, направился следом. На выходе, действительно, было две фигуры в чёрных плащах с золотой оторочкой, которые тотчас направились к нему.
— Чемпион Стив, — мягко сказал один из них, — вы не могли бы на пару минут?..
— Простите, ребята, не сейчас, — повернувшись, сказал им Мерхель, — Джерай, Павус, мы меня знаете. Я бы вас подождал, но мальчишку вызвал лично Адральвез. А он ждать не будет.
Представители гильдии ходоков бесстрастно кивнули.
— Мы подождём вас здесь, — сказал один из них.
Стив, рассеяно кивнув, поспешил за Мерхелем. Его сердце стучало, как сумасшедшее. Его вызвал лично магистр Адральвез! Зачем? Чтобы… наградить? Хотя… было бы за что награждать. Скорее уж, чтобы наказать. С другой стороны… Мерхель вёл себя достаточно беззаботно. Значит, он в хорошем настроении. Если бы магистр Адральвез был зол, то и Мерхель был бы куда строже.
Шли около пятнадцати минут. За это время они встретили три пары патрулирующих стражников, которые, вероятно, следили за тем, чтобы клановцы, которые, несомненно, тоже так или иначе отмечали окончание Состязаний, не позволяли себе лишнего.
Естественно, в сторону Мерхеля ни один из них даже взглянуть не посмел. И… это странным образом приободрило Стива. Он… разное слышал о клане Зинтерра, но он точно знал, что они были сильны, и при этом — не были высокомерны. И… если бы он мог вот так… одним взглядом заставить высокомерного кланового пса опустить взгляд и поджать хвост… вот тогда бы его дела пошли совсем иначе…