Пробуждение Хаоса. Том 4 (СИ), стр. 38

А такое поведение со стороны Предвестника Хаоса больше напоминало скрытый саботаж. Ведь… Сарефу не очень нравилось об этом думать, но если Предвестник Хаоса — это монстр Севроганда, значит, за его появление здесь отвечает Мёртвый Король воров. И с учётом того, что он явно плетёт какие-то свои интриги с Хаосом (Вспомнить хотя бы историю с Кладбищенским Чемпионом, который держал при себе хаотическую сущность), вполне могло статься так, что на эту должность он каким-то образом, интригами и манипуляциями, поставил того, кто этого вообще не хотел, но кто может быть в нужный момент полезен Королю воров для каких-то своих целей. Но ответов на эти вопросы, разумеется, никто дать ему не мог.

Тем не менее, Сареф понимал, что лучше они уже не подготовятся, и потому попросил поставить максимально близкую дату похода — чтобы не тратить драгоценное время и не мотать себе без нужды нервы.

И вот, в вечер перед походом, в выделенном зале в мэрии собрались все присутствующие. Сам Сареф, Ванда, Стив, Орик и Месс. Анейраш, Эргенаш и Старшие стревлоги с Хрипунцом. Жерар и Нина. Йохалле и Ангреаш. С Ансильяшем даже была маленькая Ариша, которая без умолку болтала о том, со сколькими ребятами она уже подружилась, и с каким нетерпением ждёт, когда всего через 10 дней она, наконец, пойдёт учиться в школу.

Разумеется, для клана Агруменаш всё это время жизнь ни на секунду не прекращалась. Хрипунец, наконец, закончив обучение Месса, продолжил патрулирование по границам клана, одновременно продолжая выискивать стревлогов, которых, несмотря на все дипломатические усилия клана Агруменаш, продолжали держать в рабстве. Это, разумеется, вызвало ряд скандалов, впрочем, ни с одним из них руководство клана Агруменаш связать так и не удалось. Весьма расчётливая тактика со стороны стревлогов: показывать, что они, с одной стороны, готовы договариваться по-хорошему, но, с другой, если отказаться разговаривать: последствия не просто могут быть — они обязательно наступят, и степень их влияния никто не может предсказать.

Через несколько дней в клан прибывают делегации преподавателей, которые, собственно, будут преподавать. И Валка, которая, вероятно, уже смирилась с тем, что стревлоги никуда не денутся, и иметь с ними дело придётся, была занята тем, что согласовывала, где и в каких условиях её люди будут жить. С одной стороны, кажется, что слишком много чести: лично главе клана проверять такие мелочи. Но надо учитывать, что преподаватели — это самые образованные люди в клане, которых Валка вынуждена была сюда послать. И с каждым из них она, вероятно, персонально разговаривала, упрашивала поехать в клан стревлогов, лично гарантировала, что это будет безопасно… и наверняка обещала учителям за эту работу не только деньги.

С самим Сарефом Валка была чрезвычайно любезна, что сильно разнилось с её поведением на Годасте, когда она, конечно, обозначила, что Сареф ей помог спасти Женевьеву, и она ему благодарна, но ею тогда явно руководило чувство долга. Теперь же Валка была настроена куда более благожелательно. Что ж… вероятно, когда клава клана Ювенаро увидела дополнительные соглашения от стревлогов — то получила отличную возможность сравнить, что сначала придумали ящеры — и как это потом подкорректировал Сареф. И пришла к выводу, что Сареф, может быть, странный, высокомерный и очень любит личную выгоду, зато всё ж таки не лишён понятия хоть какой-то справедливости, и потому иметь с ним дело можно. Ну и то, что Сареф и Жерар уже даже на людях явно восстановили отношения и теперь общаются так, будто они одна семья, тоже… как минимум, явно намекало остальным главам, что с Сарефом без веского повода лучше не ссориться.

Однако же одновременно с тем Сареф ощущал, что вся эта рутина (пусть и рутина приятная, которую многие ждали и ради которой много работали) сейчас увлекает его всё меньше и меньше. Благодарности стревлогов, отношения с главами кланов, медленно, но верно поднимающийся на ноги клан Агруменаш… всё это отходило на второй план, потому что мыслями он уже был в походе, который — если он, конечно, его завершит — будет самым величайшим походом не просто в его жизни — а за всю историю Системы.

— Ну что ж, — среди огромного количества присутствующих слово, наконец, взял Анейраш, — вынужден признать, Сареф: в этот раз ты замахнулся на поистине невыполнимую задачу. Не мне, конечно, тебя судить, учитывая, как многим мы тебе обязаны… Но всё же…

— Когда мне приходилось спасать сестёр с Островов Теневых Символов — все тоже думали, что это непосильная задача, — невозмутимо ответил Сареф, — я, в принципе, даже готов поверить, что Адейро и Гидеон отправили меня за ними только для того, чтобы сделать хоть что-то — и почти не рассчитывали на успех. Тем не менее — я справился, и получил даже больше, чем рассчитывал.

— Всё равно, парень, ты очень сильно рискуешь, — заметил Хрипунец, — даже я, оказываясь в этом месте, не рисковал находиться там слишком долго. И позаботиться я мог о тех, кто с самого начала был со мной. Ты же рассчитываешь не просто выжить там — это бы ладно, ты настолько живучая тварь, что я готов поверить, что ты и там не пропадёшь — но и спасти тех, кого там держат…

— Вот лучше бы и посоветовал: как найти эту тюрьму в Приграничье, кому она принадлежит, кто и как её охраняет…

— К сожалению — здесь я тебе ничем помочь не могу, — развёл руками Хрипунец, — Шадий наверняка говорил тебе, что у нас между собой строгий договор: каждый Теневой Символ не лезет в дела остальных. Поэтому даже тот единственный раз, когда твоя уважаемая бабушка, — с этими словами Хрипунец чуть насмешливо поклонился Нине, — видела меня там — я просто возвращал должок Папочке. Сам я в той тюрьме никого не держал. У меня было слишком много сородичей, которых нужно было кормить и давать им работу, чтобы позволить себе роскошь в виде такой экзотической тюрьмы. Для моих целей обычных застенков было более, чем достаточно.

— Но ведь вы же тоже приложили руку к подготовке этого похода, не так ли, уважаемый Эккиэраш? — спросил Жерар, — вы готовили моего сына…

— Это так, — кивнул Хрипунец, — я помог ему освоиться с его способностями, показал, как поддерживать в себе баланс Хаоса, а так же научил его… скажем так, нескольким приёмам.

— Это каким? — спросил Сареф, — тем же, что… и меня?

— Не в такой степени, — покачал головой Хрипунец, — то, чем я наградил тебя — это была одноразовая акция. Тем не менее, я показал твоему отцу несколько заговоров… которые при использовании будут нещадно жрать его рассудок, однако, использованные в нужный момент, могут спасти вам жизнь.

— А что насчёт артефактов и оружия? — внезапно спросил Сареф, — их брать будет безопасно?

— Полагаю, можно… если на них нет слишком уж яркого Системного Отпечатка. Как, например, на этом окуляре, — Хрипунец указал на Йохалле, лицо которого украшал Глаз Снайпера, — по этой вещи чётко видно, что её модифицировал нейтральный монстр. И вот это местных тварей может взбесить. Ну а так… если вы собираетесь изображать беглецов, которым не нашлось места в Системе — полагаю, местные отнесутся с пониманием к тому, что какие-то вещи вы решили взять с собой.

— Ну что ж, — кивнул Сареф, — если кто-то из вас может помочь ещё хоть чем-то — прошу вас, высказывайтесь.

Все, ожидаемо, молчали, потому что с такой материей тут вряд ли кто-то мог хоть чем-то помочь. Тем не менее, спустя 30 секунд Нина встала и нехотя пробормотала:

— Имейте в виду… я всё это по-прежнему не одобряю. Однако же… если вы твёрдо решились, то… полагаю, вам это может понадобиться.

С этими словами она подошла к Сарефу и, взмахнув рукой, вызвала из своего Инвентаря 7 флаконов с поблёскивающим изумрудным содержимым.

— Ух ты, — Хрипунец неожиданно заинтересовался флаконами, — Амброзия, да пахнет-то как… с вашего позволения…

Не дожидаясь разрешения, он щёлкнул пальцами — и один из пузырьков упорхнул ему в руки. Теневой Символ понюхал его — и в следующий момент на его морде растеклась довольная улыбка.