Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ), стр. 295

От какой похожей деревеньки в баронствах Звонкие Ключи отличались прежде всего отсутствием неприятных запахов — увы, скотина не благоухает, а тут вроде как и животных совсем не было. Потом я заметил, что печные трубы торчат из земли шагах в пятнадцати от домов — видимо, очаги устроены так, чтобы дымоходы шли под землей, как в коптильнях. Тоже, очевидно, борьба с запахами. Дорожки между домами аккуратно присыпаны песком, да и сами здания, несмотря на кажущуюся случайность расположения, тоже выстроены явно по какой-то системе. Так, а это что. Деревянный подъёмный кран?!

— Лебёдка, чтобы стволы наверх подымать, — проследив за моим взглядом, прокомментировал вполголоса Баюн. — Чащу тоже прореживать надо, иначе плеши будут возникать, да и дома подновлять нужно, а через ходы несподручно брёвна затаскивать. Чай не шишки в печку кидать… Это, командир. Тут, видишь, общество собирается, видать, и правда гостей давно не было…

— Подожду снаружи, — понятливо кивнул я.

Мужчины и женщины разных возрастов действительно подтягивались к центральному срубу — видимо, большая изба играла роль своеобразной ратуши. На меня косились — но так, с интересом, но без ажиотажа: видимо, как минимум другие зарубежники в Ключах не были редкостью.

— Я в первую голову вопрос поставлю — тебе заселиться, — поделился со мной своей стратегией зарубежник. — Общество дом выделит из пустых, припасы из общинных — а там и побалаболить можно будет уже вволю. А завтра представлю всем уже честь по чести.

— Рассчитываю на тебя, — улыбнулся я. Ну а что? Со своим уставом в чужой монастырь лезть строго противопоказано.

Ждать мне пришлось минут двадцать, не больше. За это время единственным событием стала стайка мальчишек и девчонок, собравшаяся в отдалении и глазевшая на меня, тихо переговариваясь. Впрочем, стихийный митинг закончился не начавшись — один пацан постарше отделился от толпы и двинулся в сторону «ратуши», а остальные просто разошлись. Когда я в качестве баронета Бертран проезжал деревни своего манора, и то ажиотажа больше было. Я уже было настроился почитать — со своего места разглядел всё что мог, но тут вернулся довольный Баюн.

— Всё удачно прямо сложилось! — с ходу сообщил он мне. — Общество дом тебе приговорило, да не пустой, а сразу с женой, и искать не нужно.

— Что? — мне показалось, я ослышался. — С женой?

— Говорю же, повезло, — утвердительно кивнул отвальный. — И не придётся с нашими вдовушками сговариваться, те ещё… осенние розы. Два года еду поготовить да одёжку стирать-латать — а ныть и подарки клянчить любая станет, словно это ты её уламывал, а не они сами между собой за мужика передрались…

— Баюн, — я надавил голосом. — Жена?!

— Раз с тобой жить будет, то почему нет-то? — отвальный так и не понял, что, мягко говоря, перегнул палку. Очень сильноперегнул. — Да ты и сам не удержишься, красивая она да ладная. Ведьма, конечно, но, я мыслю, тебе это как раз по сердцу. Что называется, на одном языке говорить будете.

Я открыл рот. Закрыл. Открыл вновь. Напомнил сам себе про чужой монастырь — не помогло. Попытался как-то рационально сформулировать своё негодование.

— Это вообще нормально? — нет, нужно не так. — Я же тут, как ты сказал, на два года.

— Бывает, свадебку сыграют чин чином, а потом он или она через два месяца в пасти твари кончится, — как-то совершенно обыденно пожал плечами Баюн. — Это Шрам, мы тут все под ним ходим. Особенно молодые да глупые, как жених Натки — ушёл да сгинул… Ладно, пошли, я тебе дом покажу, да Нате обскажу что да как. А то из ребят сам знаешь какие рассказчики — половину забудут, а вторую половину переврут…

…

Твою. Же. Мать!

Глава 1

Богатый у меня опыт работы в разных коллективах? Скорее, средний. Вот проработавший лет этак сорок непрерывного стажа, уверен, в понимании взаимоотношений между не самыми близкими людьми даст фору многим социологам и психологам. Но и я кое-что могу. Могу, например, понять, какойобъём труда вложен в «Звонкие ключи» и окрестную территорию. И прикинуть количество жилых домов — тоже не самая сложная задача. Холм-«остров» в мёртвом бору с «набережной» из частокола не очень большой. Застройка на нём, по меркам обычных деревень из королевств, конечно, плотная — но не настолько, как на заставе. Даже если считать, что в каждом доме живёт по одному взрослому мужчине (а это не так), и женщин не сильно больше — Баюн сказал, что они тоже гибнут… Сто — сто двадцать человек дееспособных взрослых обоего пола? Надо полагать, где-то так.

И на эту сотню ложится добыча пропитания — надо полагать, в основном охота и собирательство. И кроме того — бытовые повседневные дела, уход за детьми, обновление построек и частокола, работа с лесополосами. «Ключи» значительно изолированы от остальных поселений, что зарубежных, что приграничных, это значит, что в логистику и торговый обмен тоже уходит прорва усилий. А что невыгодно везти — делается на месте. Те же ложки, тарелки, ткани для одежды повседневной носки и сам пошив одежды.

Часть трудовой нагрузки можно переложить на детей и стариков — в деревнях королевств так и делают. Что-то отработано настолько, что в итоге требует значительно меньших усилий, чем у человека неподготовленного. Но всё равно объём нагрузки — ужасает. И справиться с ней можно только одним способом. Коллективным распределением усилий и тягот с коллективным же контролем результата. Потому что небрежно выполненная работа по формированию ядовитых зарослей — это напавший на поселение монстр, а то и не один. Потому что обрушение частокола, когда ответственный просмотрел гнилое бревно — это демаскировка деревни и опять проблемы с тварями. Не удивительно, что тут общество приговаривает к браку одинокую женщину. В королевствах феодал рассматривает своих сервов как ресурс, а тут сами общинники вынуждены так воспринимать друг друга.

Н-да. Что-то я такого не ожидал увидеть. Сами отвальные из моего десятка не больно-то распространялись на тему, что да как дома, а когда всё-таки болтали меж собой — постороннему ни за что не догадаться, какая тут царит жесть! Зато никаких налогов, и ни один плащеносец не утащит за косы твою дочь или молодую жену только потому, что мельком увиденная девка приглянулась согреть постель… Иногда мне очень хочется закрыть глаза и проснуться дома — забыть этот проклятый жестокий мир как дурной сон. Но очень, очень редко. Слишком много у меня теперь здесь «якорей»… Даже ребёнок будет меньше чем через восемь месяцев. В последнее даже не очень верится, хотя я сам очень постарался, чтобы это событие свершилось…

Пока я прокручивал в голове эти не самые веселые мысли, мы шли. По аккуратно отсыпанным песком дорожкам (чтобы на подошвах из деревни запахи посторонние не вынести?), мимо добротных, как один ухоженных домов, кое-где скупо обсаженных низкорослыми фруктовыми деревцами, мимо упомянутых аккуратных огородиков. Темнело, но теперь я понимал, куда смотреть. Вот окна в домах — все как одно смотрят к центру модифицированного человеческими руками холма. Если внутри кто-то запалит лампу — свет не будет виден снаружи. Но света всё равно почти нет — разве что тусклые отблески очагов, в некоторых домах играющие на потолке. Люди (в основном стягивающиеся к ратуше — общинном дому) скользят в сумерках совершенно беззвучно, привычка — вторая натура, и говорят тихо. Ведь ночью звуки порой разносятся очень далеко…

— Сюда, — в итоге дом, к которому меня привёл Баюн, был на дальней от того подъёма, через который мы вошли в «Ключи», стороне деревни. Сержант подошёл к двери… и просто открыл её и вошел внутрь, даже не думая стучать. Ну да, пресловутая звуко-маскировка. Интересно, как они брёвна рубят? Или днём с этим нет проблем? — Натана, ты здесь?

Проклятье, если мне придётся жить в этом доме, нужно будет сделать что-то с темнотой, в которой я ни зги не вижу. Даже сейчас, вечером, внутри только силуэты и различаю!