Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ), стр. 259
— Это как это? — вот теперь удивился я.
— А вот так, — хитро улыбнулся Василёк. — Читал Устав? Заставы в Войске проходят как укреплённые пункты, а есть ещё пунктыопорные. Вот они — отвальные деревни и есть. Мы же Рубежники, у нас всё по правилам! Тварей по краям от Горловины выбиваем? Выбиваем. Ресурсы да зелья поставляем на заставы? Поставляем. Значит, служим. А командиром при пункте никто меньше лейтенанта быть ну никак не может. А при нём — полный или неполный десяток. А тебе чего, Филин не рассказывал? Он-то сам при своей деревне рядовым числился — оттого и Устав вызубрил… Чего сидим, мужики, как не родные? Огонёк, наливай!..
Я тихонько покачал головой ещё свежим воспоминаниям. Самогон был определённо потрачен не зря, на трезвую голову мне бы этого зарубежники не рассказали. Понятно, почему: кому нужно, тот в курсе, а кто не знает — тому и не нужно. Заодно разрешился ещё один вопрос, который меня стал занимать после того, как я насмотрелся на мутантов вроде Кристиана и Ромара. Таким подать в отставку и вернуться к обычной человеческой жизни в королевствах уже не получится: они даже внешне уже выделяются среди нормальных людей, а уж по своим способностям… Так что канал бесперебойного снабжения деревень отвальных был проложен старшими офицерами Войска в том числе и для себя: там-то к мутантам отношение совсем другое. Сами не без греха. Особенно если вспомнить про действие зелий, сиречь «спецпрепаратов».
Вчера я застал Глашу за привычным занятием: она ела. Дай волю курице, она бы это делала все то время, пока не спит. К несчастью для птицы, зерно я выдавал ей порционно, потому всё остальное время она пыталась добыть добавку или из утоптанной земли двора рядом с казармой, или где-то поблизости. Но тут Глафира, можно сказать, взяла новый уровень. Она клевала стену здания. И довольно успешно: одна доска из облицовки была расклёвана в щепки, а щепки — проглочены. Собственно, она последние прямо на моих глазах и заглотила.
Сразу скажу: любая нормальная курица после исполнения такого вот фокуса скорее всего сдохла бы. Но когда я ринулся проводить реанимационные мероприятия, оказалось, что пациент вполне себе жив, здоров, возмущён (до громкого «ко-ко-ко!»), а не загибается прямо сейчас от внутрижелудочного кровотечения. Более того, когда я всё же сделал контрольное вскрытие, внутри пищеварительного тракта не обнаружилось и следа дерева. Обращу внимание: окрашенного и пропитанного какой-то алхимией против гнили. Судя по тому, что рассечения от скальпеля прямо на глазах довольно бодро пытались затянуться, без остаточного влияния «живой воды» не
обошлось. Ну что ж, теперь у меня есть уникальная возможность пронаблюдать процесс трансформации живого существа под действием Тьмы, точнее, Темной Жизни, и, будьте уверены, я её не упущу.
Я беззвучно хмыкнул, оглядел полупустую столовую — младшим командирам разрешалось посещать её в интервалах между приёмами пищи. И всё-таки занялся тем, чем собирался с самого начала — достал письма. Послания были уже готовы — я каждый день находил немного времени, чтобы хоть пару строк, да накидать. Согласно конспектам по психологии, это являлось наиболее оптимальным способом общаться на расстоянии с тем, кто тебе дорог: словно они всегда рядом, а не за много километров. Заодно и не нужно было мучительно выжимать из себя строки, когда решал сесть за письмо и записать всё одним махом. На память я не жаловался, но организовать всю информацию в голове в один компактный текст перед переносом на бумагу тоже стоило усилий. Ну и главное — крылатого курьера можно было отправить назад сразу же по прилёту, не заставляя дольше необходимого болтаться в зоне опасной магической обстановки.
За прошедшие месяцы расписание прибытия-отправления крылатой ящерицы более-менее устоялось. Рона и Таня выпускали её в один и тот же день каждый месяц утром, и где-то к обеду химерка оказывалась у меня. Конечно, путь был длинный, и даже для биомагического конструкта погода на каком-то отрезке могла оказаться нелётной, потому прямо точно-точно по часам прибытия не получалось — вот как сегодня. Ну что ж, зато есть время записать события ещё одного дня — благо, тут нормальный стол. В отличии от казармы, где приходилось строчить рапорты и отчеты, притулившись на койке и используя тумбочку как рабочую поверхность. То ещё извращение — наверное, поэтому сержантам и выдавалось разрешение для столовой. Как не загляну — обязательно кто-то корпит над бумажками…
…Ощущение включившейся связи между Печатями заставило меня вскочить. Курьер прилетел… и с ним явно было что-то сильно не так! Так быстро по заставе я уже давно не носился — время от сигнала тревоги до необходимости появиться на стене периметра укреппункта было давно выверено едва ли не посекундно.
Почтальона я нашёл как обычно на привратной площади — там, где я его в первый раз отпустил. Крылатая ящерица валялась на земле… и умирала. Без внешних повреждений, без видимых причин — Жизнь, генерируемая резидентным заклинанием из жизненной силы существа поглощалась организмом и не возвращалась назад в контур. Проклятье! Пока я одной рукой буквально закачивал свою магию в химеру, как воду из брандспойта лил, другой рукой отвязал входящую корреспонденцию от сбруи и на её место затолкал свою. Достал алхимкарандаш и неловко, прямо на весу, написал поверх оказавшегося снаружи письма: «КУРЬЕРА БОЛЬШЕ НЕ ПРИС.» После чего, взбежав на ближайшую стену и распугав дозорных, что есть силы запустил существом в небо. В какой-то момент мне показалось, что химера так и упадёт камнем вниз — но нет. Расправила крылья, и, виляя в воздухе, пошла на юго-восток. Надеюсь, долетит. Чёрт! Чёрт. Вот и оборвалась моя последняя связь с домом.
Глава 11-2
С небольшим мешком, который я держал двумя руками у груди, я решительно направился прямо к часовому, охранявшему вход на временный склад.
— Мне сказали, лейт ваш здесь? — делая вид, что сдерживаю недовольство, не по уставу поинтересовался у рядового из логистического отряда.
— В дальнем конце поищи, — мужик был так любезен, что даже рукой в нужную сторону махнул. Кивнув ему, я пошёл дальше. Н-да. Армия меня действительно много чему научила.
Попытайся я пробиться к приведшему караван Горцу, строго следуя Уставу, то меня бы завернули ещё на первом же посту. Не существует никакой возможной служебной необходимости, которая могла заставить обычного сержанта с заставы обратиться напрямую к офицеру, командующему караваном. То есть, скажи я честно «хочу поговорить по личным причинам», меня бы тут же отправили восвояси, и были бы правы. Караван стоит в стенах укреппункта, если нет какого форсмажора, всего одну ночь, а его начальнику нужно передать целую кучу материальных средств, проконтролировать размещение личного состава и транспорта, и ещё кучу всего.
Конечно, солдата или сержанта могут послать те же интенданты или даже сам капитан Басс — мало ли что. Но если я так скажу — это будет намеренной ложью, которая непременно рано или поздно вскроется. Фальсификация приказов в любой армии карается максимально жестоко. Зато с мешком явно чего-то ценного в руках (иначе бы нёс на плече и рядовой) и деловым видом на морде я автоматом приобретал во временном расположении логистов легитимный статус. При этом даже формально ничего не нарушил… ну, почти.
В мешковине я нёс действительно весьма ценный груз — самогон тройной очистки, дополнительно настоянный на листьях всё той же Мелиссы лекарственной, что Колин выращивал в горшках у себя в лазарете. Редкое пойло само по себе, а по местным меркам — самый что ни на есть эксклюзивный эксклюзив. Может, ещё у кого-нибудь на заставе тоже есть перегонный куб — в конце концов, маги давно пользуются этой конструкцией и изредка служат на Рубеже, кто-нибудь мог и построить. Но вот обеспечить аппарат сырьём в хорошем объёме в условиях пограничной полуизоляции — настоящая проблема… Без виталиста, разумеется. В общем, мне не пришлось долго думать, подбирая для лейтенанта Горца и майора Ромара подарок.