Как по заказу 1-6. Компиляция (СИ), стр. 174

«Секрет» успеха тут простой и очевидный: с каждым нужно по возможности говорить на его языке. Правда, есть и ещё один в этот раз уже действительно секрет — нужно продемонстрировать потенциальному покупателю знание и второй стороны вопроса. Финансисту — технической, технарю — финансовой. Например, продавая станки инженеру, сумевшему свою небольшую мастерскую превратить в завод, нужно не только озаботиться подбором устраивающего клиента бренда «А», но и объяснить, что суммарная стоимость владения с учётом ремонтов, обслуживания, потребления электричества в итоге будет меньше, чем у как бы более дешёвого бренда «Б». А прикупившему животноводческое хозяйство успешному биржевому маклеру, предлагая поросят, нужно ненавязчиво рассказать о болезнях свиней, и как попытка сэкономить за счёт дешёвого комбикорма может вылиться в потерю половины поголовья и убытки.

Вообще, в предполагаемых условиях, подобную приведённым выше примерам информацию, необходимую, но непрофильную, до владельца бизнеса должен доводить соответствующий наёмный специалист — финансовый директор в первом или технический директор во втором случае. Но… на руководящих должностях человеческий фактор обычно проявляет себя во всей красе. Потому — хороший менеджер должен сделать свою работу так, чтобы собственник, читая коммерческое предложение, не был вынужден обращаться к подчинённым за консультациями. Ну или самостоятельно понял, что его наёмный директор, мягко говоря, пристрастен при выдаче рекомендаций наверх. А ещё хороший менеджер должен уметь подобрать такой вариант предложения, чтобы в выгоде оказались все, включая его самого.

Что по большому счёту хотел от меня Даррен Нессарийский? Всего лишь удержать на месте и привязать к себе на то время, пока я не научусь в Университете делать что-то по-настоящему полезное. Чего хотел, точнее, не хотел я сам? Дальше работать с лабораторными химерами: спасти Танни я мог, но спасти всех мне было не по силам. В этом случае оставалось помочь тому, кому я могу — ведь именно за этим я изначально остался на предложенном рабочем месте. А если в голову руководителю НПО удастся заронить сомнение, что утилизация разумного биоматериала — это единственный выгодный вариант обновления поколений подопытных, то, считай, задача выполнена едва ли не на двести процентов! Что хотел от меня рекомый Университет? Чтобы я обеспечил сам себя необходимыми компонентами для занятий — «запчастями» из тварей.

Видите, как всё совершенно замечательно сходится? Мне неминуемо придётся изменить схему работы с НПО, потому что заработать там на закупку органов изменённых у меня не получится при всём желании — только не с такой квалификацией как сейчас. Для охоты мне нужен напарник, и лучше разумной химеры таких просто не придумали. И химера у компании есть, и органы порождений Шрама нужны не только мне, но и «Новым горизонтам». Конечно, с моими возможностями более дешёвые поставки будут для Дарелла ручейком на фоне полноводной реки, но экономия — это штука такая: там процент потерь снизил, тут два оптимизировал — и вот уже прирост общей доходности вполне себе чувствительный. Если бы Повелители Жизни ещё не испытывали чуть ли не аллергию к займам и кредитам, всё было бы гораздо проще, но и в такой неявной форме просубсидировать потенциально ценного специалиста и крепче привязать его к себе — почему нет? Я же оплачу возникшие издержки, а вот положительный эффект от одобрения сделки главному виталисту НПО не будет стоить ровным счётом ничего. Конечно, на бумаге я всё это изложил не так в лоб, но вполне подробно и доходчиво. Результат… кутается в одеяло и сомневается в себе.

— Обучение, знания, опыт, — повторила, словно попробовала на вкус мои слова волкодевушка. — Я ведь даже ходить теперь толком не могу.

— Скоро сможешь, — пообещал ей я, невольно кинув взгляд на чресседельную сумку. Там лежал лишь немногим менее ценный трофей, чем сама химера: пошаговая инструкция для создания транспортных контейнеров для биологических образцов. Переоценить щедрость Даррена было сложно, хотя, конечно, резоны у сделавшего мне такой «подарок» главного виталиста НПО были самые что ни на есть приземлённые и меркантильные. Подобные амулетные конструкции раньше перед каждым рейдом к границе Шрама мне приходилось получать в охотхозяйстве и по возвращению уже наполненные сдавать. То есть «налево» токнуть добытое, или ещё как-то воспользоваться не непосредственно на месте будущими трансплантами я не мог. А между тем контейнеры могли сохранять органы и ткани тварей живыми и невредимыми вплоть до месяца, прежде чем трофеи нужно было обязательно помещать в нормальный репозиторий с принудительным охлаждением или пускать в дело. Значит, мне не придётся тащить верхами полуживую Танни в Эрст — в текущем состоянии для химеры это стало бы серьёзным испытанием. И не нужно будет пытаться договорится с Сатарой, чтобы он закрыл глаза на несколько вскрытых, но опустошённых ёмкостей. — А пока просто почитаешь — у меня есть все нужные справочники и собственные записи, голова-то у тебя без проблем работает.

Перед тем как ответить, химера зачем-то высвободила одну руку и пощупала себе лоб.

— Пожалуй, единственное, что у меня нормально работает, — наконец прокомментировала свои действия она.

— Всё будет хорошо, обещаю, — улыбнулся я ей и в ответ получил тяжёлый взгляд исподлобья. Потом последовал не менее тяжёлый вздох.

— Знаешь, — я припомнил кое-что, незаметно ставшее для меня практически традицией. — Ты не против, если я буду называть тебя Таня?

Напрягать организм Тани я лишний раз не стал: снял со спины Вспышки и, не разворачивая, понёс на руках в квартиру. Волкоухая сопроводила это действие ещё одним вздохом, но смолчала… и начала принюхиваться.

— Что такое? — удивился я. Мой гораздо менее совершенный нос ничего такого не чуял.

— Не знаю, — на удивление растерянно призналась химера. — Но запах оттуда.

Разумеется, она кивнула на нашу дверь. Потому домой я входил с некоторой опаской… и не зря!

— Рона. Отойди. От. Плиты, — ровным голосом приказал я, и Таня в моих руках почему-то вздрогнула, прижав уши к голове.

— Я только смотрела, честно-честно! — эльфийка мне даже ладошки показала, демонстрируя, что она ничего такого не трогала. — Ой, это она? Такая маленькая? Ой, уш-шки!!!

Органы слуха сжались ещё сильнее.

— Леди, знакомьтесь, Таня, — я осторожно усадил волкодевушку на диван и менестрель немедленно плюхнулась рядом.

— Я — Фирониэль, но лучше Рона, — скороговоркой представилась она. — А можно… потрогать?

— Меня подождите, тоже хочу! — мигом отозвалась от плиты Милана. Сегодня она переоделась в платье попроще и не такого маркого цвета, наряд довершал передник и варежка-ухватка для горячего. В другой руке баронетта сжимала поварёшку. — Твоя сестра учит меня готовить!

— Рона точно ничего не трогала? Овощи, мясо, ножи? — оглянувшись на едва не пускающую слюни над чужими ушами девушку, переспросил я. Вообще, Печать гарантировала соблюдение запрета «не готовить», но зная таланты моей «лучницы»… Лучше уж подстраховаться!

— Я проследила, она действительно только глядела, — уверила меня сестра. Мила тем временем избавилась от кухонных причиндалов и уселась с другой стороны от укутанной волкодевушки.

— Надо же, она такая… миленькая!

Теперь отчётливо передёрнуло Ладу.

— Таня, ты же прирождённый боец, — напомнил новенькой я. — Не бойся их, они хорошие.

Кажется, только ограниченный лексикон не позволил химере сказать мне что-нибудь матерное. Тем не менее, уши отлипли от макушки… и только чуть дрогнули, когда их коснулись чужие руки.

— Какие… мягкие…

— Такие гладкие и теплые! — два голоса с совершенно одинаковыми интонациями прозвучали совершенно синхронно.

— Брат, — на ухо прошептала мне дочка Мартина. — Скажи, ты таких себе специально выискиваешь?