Любовь без обмана (СИ), стр. 13
— Вы не готовы, — повторила она, но уже тише. — Это ошибка.
— Может, и ошибка, — согласился Арсений. — Но мы хотим попробовать.
Молчание. Тяжёлое, густое, как туман. Затем она медленно опустилась обратно в кресло, провела рукой по лицу:
— Ладно. Идите в свою комнату. Придёт отец — я с ним поговорю.
«В свою комнату? — пронеслось у меня в голове. — Мы же не будем жить в одной комнате? Я же буду жить отдельно…»
Арсений взял мои сумки и направился к лестнице на второй этаж. Я последовала за ним, пытаясь унять нарастающее беспокойство.
— Неделю знакомы. И свадьба. Сумасшествие, — тихо произнесла Альбина Дмитриевна, словно разговаривая сама с собой.
Мы шли по просторному коридору с высокими потолками и дорогими картинами на стенах. Вдруг навстречу вышла девушка в строгой форме горничной.
«У них ещё и домработница есть. Ничего себе», — мелькнуло у меня.
— Здравствуйте, — улыбнулась девушка Арсению.
— Привет, Марин. Это моя невеста Эльза, — представил меня Арсений.
— Невеста? — в глазах девушки вспыхнуло явное разочарование. Она перевела взгляд на меня: — Очень приятно.
Но по её тону и выражению лица было ясно: приятно ей совсем не было. В её взгляде читалась нескрываемая ревность. «Что их связывает? — подумала я. — Неужели они…?»
Мы зашли в просторную, стильно обставленную комнату — кабинет‑спальню Арсения. Я окинула взглядом большое окно, массивный письменный стол, кожаный диван и внушительную кровать.
— Мы будем жить в одной комнате? — осторожно спросила я.
— Эль, не задавай глупых вопросов, я дико устал за сегодня, — отмахнулся Арсений, ставя сумки у шкафа.
Я присела на край кровати, чувствуя, как нарастает неловкость:
— Но спать же мы будем отдельно?
— Естественно! Ты на диване, я на кровати.
— Арсений Евгеньевич, а вы не джентльмен. Даже не предложили мне права выбора.
— Милая, ты на полгода оккупируешь мою комнату. Извини, но спать я буду где мне удобно.
— Ладно. Покажешь, где будет моя полка? Или вещи оставить в сумке, чтобы они тебе не мешали?
— Эль, не насилуй мои мозги. Занимай любую полку. Я в душ.
Он уже направился к двери в смежную ванную, но я окликнула его:
— Арсений.
— Да?
— Ты… спишь с этой Мариной?
Он резко остановился, обернулся. В его глазах вспыхнул недобрый огонёк:
— А вот это, милая моя будущая жена, не твоё дело.
Я кивнула, опустив взгляд. Да уж… Быть женой мужчины, который будет «потрахивать» горничную — а может, не только её — прям мечта…
Я молча подошла к шкафу, открыла одну из полок. Пустая, аккуратная, холодная. Как и всё здесь. Как и наш брак.
«Полгода, — напомнила я себе. — Всего полгода».
Глава 14
Несмотря на сильную усталость, мы всё‑таки спустились на ужин с родителями Арсения.
Мы сидели за большим, внушительным столом, сервированным с безупречной точностью: столовое серебро, хрустальные бокалы, белоснежная скатерть. Марина подавала ужин — как я узнала, его приготовила их кухарка Нина. А ещё у Загорских был садовник.
Целый штат прислуги… И я теперь часть этого мира. Временно, конечно.
Я молча сидела и ковыряла салат в своей тарелке, едва ощущая вкус.
— Эй, о чём задумалась? — тихо спросил Арсений, наклонившись ко мне. Его локоть слегка задел мой, и я невольно вздрогнула.
Я медленно подняла взгляд от тарелки, встретившись с его глазами.
— О том, что полгода истекают тринадцатого ноября, — прошептала я, снова опуская глаза к салату, который так и остался почти нетронутым.
Арсений усмехнулся, откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди:
— Ага… Предлагаю завести календарики и вычёркивать дни.
Я невольно покосилась на его запястье — там красовались дорогие часы с золотым ремешком.
Он наверняка даже не знает, где продаются календарики.
— Прям как в тюрьме… — тихо произнесла я, проводя вилкой по тарелке, рисуя невидимые узоры.
— Ну, неплохая тюрьма в твоём случае. Будешь жить в красивом доме, на всём готовом… — он обвёл взглядом столовую, словно демонстрируя все блага, которые мне теперь доступны.
Я сжала вилку чуть сильнее:
— Ты думаешь, меня это интересует?
— А что тебя интересует? — он слегка наклонил голову, изучающе глядя на меня.
Я пожала плечами, продолжая ковырять салат:
— Да так… ничего.
Он помолчал несколько секунд, затем, понизив голос, произнёс:
— За Марину паришься? Забудь. С ней больше ничего не будет. Я не буду изменять тебе с теми, кому не доверяю и кто может продать эту информацию за деньги.
Я резко подняла взгляд, встретившись с его спокойным, почти безразличным выражением лица.
— А-а-а, то есть кому можешь доверять, с теми будешь изменять?
— Это естественно. Я не собираюсь на полгода принимать целибат, — он пожал плечами, будто говорил о чём‑то само собой разумеющемся.
Я сглотнула, опустив глаза:
— Понятно…
Нашу беседу прервал Евгений Родионович:
— Завтра мама прилетает.
Альбина Дмитриевна, помешивая чай, хмыкнула и откинулась на стуле:
— Она со своим мужем новым будет?
— Естественно, — коротко ответил Евгений Родионович.
— Вот в кого наш сын пошёл. Свадьба через неделю знакомства. — Она бросила многозначительный взгляд на Арсения.
— Альбина… — предупреждающе оборвал её Загорский‑старший.
— А что? Это какой у неё уже муж? Пятый?
— Шестой, — с лёгкой улыбкой ответил Арс, переглянувшись с отцом.
«Оказывается, он умеет улыбаться, — отметила я про себя. — Мило».
— Почему, кстати, бабушка сейчас приезжает? До свадьбы ещё месяц?
— Хочет помочь вам с организацией. Сказала, что обязательно пойдёт с невесткой выбирать свадебное платье, — пояснил Евгений Родионович.
— Ну да, у неё опыт в этих делах профессиональный, — хмыкнула Альбина Дмитриевна, делая очередной глоток чая.
— Альбина! — уже грознее сказал Евгений Родионович, стукнув пальцем по столу.
— Молчу. Не обращайте на меня внимание. Настроение просто сегодня ни к чёрту.
Мы снова замолчали. В воздухе висела смесь напряжения и лёгкой иронии. Я нервно поправила салфетку на коленях, чувствуя, как нарастает дискомфорт.
— Я тебе завтра дам карточку, — обратился ко мне Арсений, слегка наклонившись вперёд. — Поезжай по магазинам, купи себе нормальных вещей.
Я подняла на него взгляд:
— Я работаю завтра.
— Точно. Это нам вместе нужно появиться… — он провёл рукой по волосам, словно вспоминая детали.
— Да.
— Ну тогда послезавтра поезжай.
— Ладно, — кивнула я.
— Арсений, я завтра тебе скину список приглашённых, — вмешалась Альбина Дмитриевна, доставая телефон из кармана. — Передай в агентство.
— Хорошо, мам.
Ужин тянулся медленно. Я ловила на себе взгляды — оценивающие, настороженные. Марина, подавая блюда, старалась не смотреть в мою сторону, но её пальцы слегка дрожали, когда она расставляла тарелки.
После ужина мы вернулись в комнату. Арсений без лишних слов плюхнулся на кровать, вытянув ноги и закинув руки за голову.
— Как же я заебался… — пробормотал он, закрывая глаза.
Я промолчала. Подобрала из сумки пижаму, тихо прошла в ванную. Включила воду, посмотрела на своё отражение в зеркале: глаза уставшие, под ними уже проступают лёгкие тени.
Приняв душ, я вернулась в комнату. Арсений лежал в той же позе, лишь телефон теперь мерцал у него в руках. Он что‑то листал, изредка проводя пальцем по экрану, — видимо, проверял сообщения или соцсети.
Я расстелила диван: аккуратно разложила постельное бельё, взбила подушку.
— Свет не выключай, — не глядя на меня, бросил Арсений.
— Хорошо, — тихо ответила я, натягивая одеяло до подбородка.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь редким постукиванием его пальцев по экрану. Я лежала, уставившись в потолок, слушая его размеренное дыхание.
— Расскажи о своей бабушке. Какая она? — наконец произнесла я, не поворачиваясь к нему