Губернатор мусорного острова (СИ), стр. 31

Мы сели за маленький стол в уютном закутке.

— Иван Арнольдыч, не думаете расширять бизнес?

Арнольдыч удивленно приподнял бровь.

— Что предлагаешь?

— Санни Красный поставил задачу ввести в коммерческий оборот участок земли, что остался от сгоревшего бара.

— Место хорошее, — одобрил Иван Арнольдыч, — Санни уже решил, что хочет там строить?

— Поручил это мне. Раньше там был пункт приема и бар. Вот я и подумал, что вам не помешала бы еще одна точка.

— М-м… нет, Вик. Как раз для пункта приема место там не очень хорошее. Оно слишком далеко от побережья. А в пунктах принимают как раз то, что тащат со свалки.

— Да, пожалуй, вы правы, — согласился я, — А как на счет бара?

— Там и для бара место так себе. Баров и без того очень много.

— А что же тогда там лучше всего построить?

— Не знаю, Вик. Сложность еще в том, что здание сгорело. Была б там хотя коробка. А так придется все строить с ноля. Стройматериалы сейчас очень дорогие. Не факт, что инвестиции вообще окупятся.

— Понял вас, Иван Арнольдыч. Спасибо за консультацию.

— Да какая там консультация… — Арнольдыч махнул рукой, — Вик, ты чай пей. Остывает.

Допив чай, попрощался с Арнольдычем и отправился к себе. Похоже, я еще лучше приноровился видеть в темноте. Даже удивительно, что в первые дни тыкался в стенки и деревья как слепой котенок.

Возле хибары меня перехватил Мотька.

— Дядь Вик. Иди ужинать. Ужин еще горячий, — он приглашающе открыл дверь своей хибары.

Я бы предпочел поесть у себя. Вроде бы до сих пор Мотьке было не в лом притащить для меня тарелку, но настаивать не стал. Зашел в Кусину хибару. Пара горящих лучин освещали очаг, на котором стояла закопченная пятилитровая кастрюля.

— Здравствуй, Куся.

— Здравствуй, Вик. Хоть раз вовремя. Поешь горячего.

Куся сняла кастрюльную крышку, помешала в кастрюле половником и налила для меня полную тарелку супа.

— Гороховый, Вик, — сообщила она не без гордости, — Вкусный.

Суп в самом деле был очень вкусный. Смел тарелку меньше, чем за минуту.

— Спасибо, Куся. Меня поражает, как ты умудряешься так вкусно готовить из таких простых продуктов.

— Голь на выдумку хитра, — усмехнулась Куся, — Просто я знаю, где брать хорошие продукты. На рынке все норовят продать тухлятину.

— Где ты работаешь, если не секрет?

— На рынке, — ответила Куся со вздохом, — Только нет у меня постоянной работы. Подменяю одну женщину три раза в неделю.

— Слушай, мне вот сейчас мысль пришла. Где люди из пригорода вообще едят? Готовят дома?

— Дома не больно-то поготовишь. Электричество мало у кого имеется. Газовые горелки в дефиците. Перехватывают всухомятку.

— Разве столовок нет на побережье?

— Столовок хватает. Но для столовок надо иметь крепкий желудок. Я ж говорю, хорошие продукты еще сумей купить.

— Куся, а ты бы потянула работу столовского повара?

— Я-то, может, и потянула. Только кто ж мне такую работу предложит.

Неожиданно в хибару залетел Мотька, с грохотом бабахнув дверью.

— Мотька, черт босоногий. Дверью не хлопай!

— Крысы!!! — оповестил Мотька заполошным голосом.

— Ах ты… опять, — Куся всплеснула руками, — Дверь крепче запирай!

— Что за крысы? — не понял я.

— Дядь Вик, ты что, забыл? Каждый год такое, — с упреком напомнил Мотька.

— Забыл, — сказал я, состроив виноватый вид, — Откуда они?

— С порта, — ответила Куся, проверяя запертую Мотькой щеколду, — Сезонная миграция у них каждую весну.

— Они вроде бы довольно опасны? — опять спросил я, продолжая делать вид, что просто запамятовал.

— Еще как опасны, дядь Вик, — пожаловался Мотька, — Здоровенные. Стаями бегают. Человека загрызут только так.

— Плохо дело, — озабоченно произнес я, — Надолго у них эта миграция?

— На неделю, а то и на две.

— Что ж нам, две недели без работы?

— Дядь Вик, как такое можно забыть? Они днем не опасны. Они с темнотой проявляют… проявляют ее… как эту…

— Активность?

— Ага, активность.

— А если огни развести?

— Пробовали, дядь Вик. Ночью они ничего не боятся. Огонь их только приманивает.

— Эти крысы возомнили себя мотыльками? — удивился я, — Сбегаются на свет?

— Мутанты, — ответил Мотька таким категоричным тоном, что, мол, понимай, как хочешь.

— Понятно. Ну я надеюсь, в свою хибару успею заскочить, — сказал я, — У вас тут ночевать негде.

— Не рискуй, дядь Вик, — предупредил Мотька с тревогой, — Сидя поспим.

Но я уже принял решение.

— Так, Мотька. Дверь приоткроешь немного, я выскочу. Не бойся.

Мотька посмотрел на меня недовольно, но спорить не стал. Подошел к двери, откинул щеколду и взялся за ручку, готовый открывать по команде.

— Давай.

Мотька открыл, я выскочил, Мотька сразу захлопнул. Я достал кайло. Ну и где полчища крыс? У страха глаза велики? Я не спешил забегать в свою хибару. Решил познакомиться поближе с этими мутантами. На самом ли деле они так страшны, как Мотька их малюет.

Сперва подумал, что вижу бегущую вдоль стенки кошку. Потому что крыс размером с кошку не бывает. Но у кошек не бывает таких длинных розовых лысых хвостов. Остановившись от меня в трех метрах огромная крыса ощерилась, словно хотела взять меня на испуг. Ну… видимо, не на того напала.

Я швырнул кайло обухом вперед. Крыса попыталась увернуться, но пущенное рукой зерга кайло не так уж сильно уступает пущенному из пращи снаряду. Не увернулась. Обух влетел прямо в хребтину. Я подошел, чтобы подобрать кайло. Крыса была еще жива. Встать уже не могла, но продолжала щериться, показывая устрашающие клыки. Какая живучая тварь, с перебитым позвоночником не дохнет.

Взяв в руки кайло, ударил на этот раз клювом. Крыса издохла, а системная справка внезапно высветилась сообщением:

«Внимание. Обнаружено 12 единиц адаманта».

Удивляться сейчас было не к месту. Я собрал с крысиной тушки адамант, поглядывая по сторонам. На сбор адаманта харвестер почему-то тратит много времени. Но я успел забрать не только адамант, еще и выкачал кислород с водородом, чтобы встретить еще трех крыс, целеустремленно спешащих в мою сторону по темной улочке.

Точнее, по улочке бежали две, а третья — по низким крышам трущоб. Они меня совсем не боялись, даже когда я поджег струю гремучего газа, выбив искру. Твари оказались не только бесстрашными, а еще и умными. Две «наземные» меня отвлекали, позволяя третьей «ассасинке» пробежать по крыше мне за спину, чтобы сигануть сзади на шею.

Если бы не зрение зерга, вполне вероятно им бы удалось успешно провести охотничий маневр, но я все видел и был готов. Когда крыса изготовилась к прыжку, я повернул в ее сторону клюв кайла и добавил напора так, что пламя из «горелки» выдвинулось на полметра.

Тварь я поджег. Превратившись в горячий ком, она свалилась с крыши, истошно вереща. Вот только запас гремучего газа иссяк. От оставшихся двух крыс пришлось отбиваться кайлом и ногами. Я их прибил, хотя одна тварь успела цапнуть за ногу. Ничего страшного, лишь бы инфекцию не занесла. Хотя и это не страшно. Зерги легко справляются и с инфекциями.

Система со мной не согласилась и вывела предупреждение:

«Срочно! В кровь попал чрезвычайно ядовитый токсин. Рекомендация: истратьте 10 единиц адаманта для его нейтрализации». Пренебрегать рекомендациями системы я не привык. Как ни жаль адаманта, но пришлось потратить. С трех убитых тварей собрал еще сорок единиц, так что все равно остался в хорошем плюсе.

Подождал еще несколько минут. Больше крысы не показывались.

— Мотька, — позвал я через дверь, — Где этих крыс больше всего?

— На свалке, дядь Вик, — послышался приглушенный дверью ответ.

Глава 23

Зашел к себе в хибару, но буквально на пару минут, чтобы переодеться в рабочую одежду. Я точно не смогу спокойно спать, зная, что по свалке сейчас «сезонно мигрирует» адамант в товарных объемах.