Кротовые норы (СИ), стр. 48

Может быть, что он тоже покинул родную корпорацию и работает на дзайбацу в качестве наемника? Я для себя подобный вариант не рассматривал, но мне вроде как никто и не предлагал…

— Значит, план такой, — сказал Бен. — Сейчас я отдам этим придуркам приказ идти наверх, они поднимутся, и мы их всех перебьем.

— Ты можешь им приказывать?

Он демонстративно переложил карабин в левую руку, наклонился, поднял с пола отброшенный недавно шлем, водрузил его на голову и похлопал по нему ладонью.

— У меня тут вроде как офицерский канал связи, — сказал он. — Потом объясню, как так вышло, а сейчас займи позицию.

Я занял позицию и направил винтовку в сторону лестницы, по которой должны были подняться киборги. Конечно, все могло пойти не так, если киборги уже заподозрили неладное, но будут ли они противиться приказу, пришедшему по офицерскому каналу? Насколько они вообще способны соображать?

Но если атаку координировал Бен, то многое стало понятным. Например, почему Волшебника вышибло из тактической сети после первой же попытки воздействовать на дроны. Но не объясняло, почему я не видел Бена в сети и какого черта он заявляет, что на моей стороне.

Мне стало любопытно.

Я мог бы застрелить его прямо сейчас, по крайней мере, попытаться это сделать, но решил дождаться развязки этой истории и получить хоть какие-то объяснения.

Я наблюдал за ним и узнал его движения. У него сейчас тоже были активированы два профиля, и если Волшебник (вероятно, Волшебник версии 2.0) был необходим для того, чтобы координировать атаку и посылать мне сообщения, то Стрелка, скорее всего, он включил из-за меня.

Потому что для обладателя офицерского доступа остальные мишени в этом доме явно того не стоили.

Несмотря на то, что они были произведены разными корпорациями, оказалось, что киборги безоговорочно доверяют Бену, потому что они поднялись к нам, не ожидая никакого подвоха. Видимо, он сообщил им, что территория зачищена и… да черт знает, что он там им сообщил.

В общем, перестрелки не случилось. Мы отстрелялись по ним, как по мишеням в тире, по две на каждого, и еще до того, как их окончательно безжизненные тела загрохотали по ступенькам в подвал, направили оружие друг на друга. Не знаю, кто из нас сделал это первым.

Наверное, я.

Но он отстал от меня всего на доли секунды.

На такой дистанции ни один из нас бы не промахнулся.

— Какие они все-таки болваны, — вздохнул Бен. — Но тактический менеджер «Ватанабэ» уверял меня, что отдаст мне лучшие силы, которые находятся в его распоряжении. Можешь выдохнуть, силы вторжения уничтожены, а до второй волны у нас еще есть время.

— Если ты думаешь, что эти слова хоть что-то объясняют… — так-то он и сам был силой вторжения, и, пожалуй, наиболее опасной из всего комплекта.

— О, я понимаю, со стороны выглядит так, будто я говорю загадками, — сказал Бен. — Но я всегда так делаю, когда переживаю. А я начинаю переживать, когда не кто-нибудь, а сам легендарный Двадцать Седьмой наставляет на меня свою пушку.

— Легендарный?

— Ну, ты умыл Трехглазого и даже по кумполу ему съездил, — ухмыльнулся Бен. — Воплотил в жизнь то, о чем мы все так долго мечтали, так сказать. Он, конечно, хороший босс, но иногда так и подмывает врезать по этой самодовольной роже вне тренировочного процесса.

— И все об этом знают?

— Он показывал нам запись, — сказал Бен. — Можно даже сказать, с гордостью ее демонстрировал.

— С гордостью?

— Тут что, эхо какое-то? — Бен снова ухмыльнулся, но оружие в его руках не дрогнуло и не сместилось ни на миллиметр. — Слушай, у нас по-прежнему есть два варианта. Мы все еще можем начать палить друг в друга с совершенно прискорбными для обоих результатами, или можем отложить оружие, хотя бы отвести его в сторону, если первый вариант кажется тебе слишком радикальным, и поговорить, как два выходца из одного репликатора. Ну, фигурально выражаясь. Надеюсь, они там тщательно моют все оборудование.

Я был не против разговора, но тут был еще один нюанс, о котором он мог не знать, и который мне сильно мешал. Киборги нашли вход в безопасную комнату, и, скорее всего, Бен предполагал, что все высокопоставленные гости, за которыми он сюда явился, находятся за этой дверью.

Вряд ли он мог предположить, что великая княгиня, которая вот-вот свалится нам на головы, изъявила желание принять личное участие в перестрелке.

— Нет, вру, — сказал Бен. — Есть еще третий вариант.

— Какой же?

Он кивнул мне за спину.

— Ты можешь выйти вон в ту дверь и исчезнуть, а я подделаю логи боя и никому не скажу, что вообще тебя встретил.

Это было заманчивое предложение. Если бы мне сделали его пару лет назад, я бы наверняка согласился, бросился бы в бега и постарался затеряться в толпе. Но сейчас мне нужны были ответы.

Иначе я так и помру, не узнав, какого черта вообще происходит.

Кроме того, у меня не было никаких ресурсов для побега, и если Бен не сдержит свое слово и расскажет о нашей встрече, то вся мощь корпорации «Кэмпбелла» свалится мне на голову еще до того, как я придумаю способ ими обзавестись.

Великая княгиня была моим потенциальным пропуском в лучшую жизнь, и я не собирался так просто попрощаться с этой возможностью.

Я покачал головой.

— Мне любопытно, — сказал я.

— Я знал, что не ошибся в тебе, — сказал Бен.

В качестве жеста доброй воли он опустил карабин и направил его в пол. Иллюзии безопасности и каких-то доверительных отношений у меня все равно не возникло — это означало фору всего лишь в доли секунды, и если я что-то рассчитаю неправильно, он все равно сможет в меня попасть.

Но это было уже хоть что-то.

— У тебя есть парализатор? — спросил я.

Конечно, у него должен был быть парализатор. Если они пришли сюда за высокопоставленными гостями, то обязаны были прихватить с собой оружие нелетального действия. Допустим, наследника проще всего было ликвидировать на месте, а Ширази вообще был разменной монетой, от которой проще всего избавиться, но великая княгиня — это ценный актив, и ни «Кэмпбелл», ни «Ватанабэ» не стали бы им разбрасываться.

Эту карту можно было разыграть десятком способов, один другого интереснее, и я не сомневался, что обе корпорации имеют на нее свои планы.

— А ты с какой целью интересуешься? — спросил Бен.

— Не для себя, — сказал я.

— Ладно, — левой рукой он потянулся за спину. — Хочу напомнить, что ты сам у меня его попросил, так что не должен счесть это за атаку.

— Разумеется.

Он достал парализатор, уронил его на пол и ногой подтолкнул ко мне. Он мог был сделать так, чтобы мне пришлось сделать несколько шагов, чтобы поднять оружие, и этого времени ему хватило бы, чтобы что-нибудь придумать, но он не стал выпендриваться и приложил столько сил, чтобы небольшой пистолет остановился рядом с моим правым ботинком.

Я взял винтовку одной правой рукой (ее вполне хватало, чтобы удерживать оружие и вести из него прицельный огонь. У Бена есть точно такая же, лучше об этом не забывать), а левой поднял парализатор.

— Я надеюсь, в меня ты стрелять не собираешься, — сказал он.

Он улыбался, но не слишком уверенно. Как говорил Трехглазый Джо, в каждой шутке есть доля шутки. Все остальное в ней — правда.

Для нас обоих это была очень сложная ситуация. Мы примерно представляли сильные и слабые стороны друг друга (скорее сильные, со слабыми у обоих напряженка), нам обоим что-то было друг от друга нужно, и мы оба не могли друг другу полностью доверять.

Вряд ли вероятность перестрелки между нами в ближайшее время станет равна нулю.

— Сколько времени до второй волны и как она сюда прибудет? — поинтересовался я.

— Вторая волна — это не мы, это местные, которых мы должны были опередить, — сказал Бен. — Они движутся наземным транспортом по дорогам общего пользования, так что у нас больше часа. Я надеюсь, что за это время мы успеем обсудить план дальнейших действий и убраться отсюда до их прибытия.