Войны скавенов. Черная чума, стр. 209

Идя по сырым туннелям, Эрих чувствовал себя так, словно перенесся на тринадцать лет назад. Он снова бежал из имперского дворца вместе с бароном Торнигом, унося с собой Гхал Мараз, чтобы лишить Бориса Калету права на деспотичное правление. Он также вспомнил о том, как он наконец сбежал от преследования Крейссига и его кайзеръягеров с помощью коварных крысолюдов.

— Нужно покинуть город, — сказал Эрих, когда гномы зашагали по грязи канализации. — Может, найдется лодка или баржа, на которой мы сможем спрятаться.

Дхарин повернулся к нему, качая головой.

— Из Альтдорфа не выбраться. — Он посмотрел на Кургаза и дождался подтверждающего кивка. — Тебе не выбраться, — добавил он. — С момента нападения скавенов Крейссиг держит весь город под замком. Никто не может войти или выйти без ведома его кайзеръягеров. — Он сплюнул в слизь под ногами. — Этот город заперт надежнее, чем Караз-а-Карак.

Эрих мрачно посмотрел на гнома.

— Так что же нам делать? Вернуться и сдаться?

— Мы умрем сражаясь, — рявкнул Кургаз рыцарю, и в глазах Истребителя вспыхнул яростный огонь. — Лучше чистая смерть, чем то, что приготовил для тебя этот гроболаскатель.

Дхарин переждал вспышку гнева Истребителя, а затем снисходительно рассмеялся.

— Маленькие Молоты всегда были слабоумны, — заметил он. — Всегда готовы сражаться, никогда не готовы думать. — Он указал рукоятью топора на других золотоискателей. — Наш долг остается между нами, — заявил Дхарин. — Думаешь, я позвал бы с собой этих парней, если бы у меня не было плана?

Эрих шагнул вперед, жестом попросив Кургаза подождать, прежде чем тот успел наброситься на Дхарина и попытаться стереть насмешку с его лица.

— Какой у тебя план? — спросил рыцарь.

— Ты не можешь покинуть город, — повторил Дхарин. — Но ты можешь спрятаться. Есть одно место, до которого не может добраться даже Крейссиг: Великий собор. Ваш Верховный Теогонист — его злейший враг, и он слишком силен, чтобы Крейссиг мог что-то с ним сделать. Укройся там, и ты будешь в Альтдорфе в полной безопасности.

Рыцарь задумался. Верховный Теогонист Торград был слабым человеком, легко уступавшим требованиям императора Бориса, но, судя по тому, что он слышал, новый Верховный Теогонист Газулгрунд был совсем иным. Он был религиозным фанатиком, убийцей, который отказывался поступаться своими принципами ради кого бы то ни было или чего бы то ни было. Он также был тем человеком, который устроил Ночь священных ножей. Доверить свою безопасность фанатику и массовому убийце было не самой веселой перспективой, но это казалось единственным оставшимся вариантом.

— Эти канализационные трубы проходят под Великим собором? — спросил Эрих.

И снова вопрос вызвал хриплый смех Дхарина и его сборщиков налогов.

— Всякий раз, когда человек хочет возвести важное здание, он просит гномов потрудиться для него. Когда мы строим, мы роем туннели, чтобы облегчить передвижение рабочих и припасов. Когда работа закончена, люди заставляют нас превращать туннели в канализацию. По крайней мере, до тех пор, пока они не захотят построить новое здание, а потом нам приходится превращать канализацию назад в туннели. — Он махнул топором в сторону окружающих мокрых стен. — Да, человек, эти канализационные трубы соединяются с туннелями под собором. Все, что нам нужно сделать, — это идти по главному проходу до тех пор, пока от него не ответвится туннель, облицованный красным известняком. Он приведет нас прямиком под собор.

Эрих понимающе кивнул и посмотрел на Кургаза.

— Похоже на план, — сказал он Истребителю. — Мы можем спрятаться там, пока не найдем способ предупредить графа Мандреда.

Кургаз нахмурился.

— Я не люблю скрываться и прятаться, — заявил он.

— Всегда готов сражаться, но никогда не готов думать, — рассмеялся Дхарин.

Прежде чем Истребитель успел броситься на него, золотоискатель уже шел вперед по туннелю, взмахом топора позвав за собой остальных.

Казалось, прошли часы, прежде чем они добрались до туннеля из красного известняка. Несколько раз Эрих подозревал, что Дхарин заблудился. Однако он достаточно хорошо знал гномов, чтобы не упоминать о своих подозрениях вслух. Ему и без того было о чем беспокоиться, не добавляя к своим неприятностям гномьей обиды.

Увидев красный известняк, Эрих почувствовал облегчение. Скоро, утешал он себя, они будут в безопасности от кайзеръягеров, под защитой святилища Великого собора. Как только его тревога начала ослабевать, гномы, шедшие впереди, остановились как вкопанные. В свете фонарей Эрих разглядел, что привлекло их внимание. Стена туннеля была проломлена, открывая грубый земляной проход.

— Скавены, — прошипел Дхарин, сопроводив свое заявление плевком.

Эрих уставился на похожий на нору туннель. При мысли о том, что здесь побывали крысолюды, у него по спине пробежал холодок. Впрочем, почему бы и нет? Готовясь к нападению на Альтдорф, монстры, вероятно, изрыли всю канализационную систему туннелями и норами. Он так и сказал гномам.

Гномы, даже Кургаз, обернулись и недоверчиво уставились на него. Дхарин ткнул топором в дыру.

— Это прорыто недавно, — пояснил он, словно обращаясь к особенно тупому и отсталому ребенку.

— Но зачем скавенам здесь свежие норы? — удивился Эрих, чувствуя, как в нем нарастает страх.

Кургаз с убийственным блеском в глазах стукнул кулаком о кулак.

— Крысолюды пытались разрушить ваш собор сверху. Может быть, они вернулись, чтобы попытаться еще раз сделать это снизу.

Это предположение вызвало у Эриха прилив ужаса. Он подумал о кошмарном оружии, которое, как он видел, использовали скавены, вспомнил предательские стратегии, которые они демонстрировали на поле боя. Если они задумали сотворить что-то с Великим собором…

— Мандред, — выдохнул рыцарь.

— Да, человек, — согласился Кургаз. — Возможно, они ждут Мандреда, прежде чем приступить к своей дьявольской работе.

— Что же делать? — спросил Эрих. — Мы должны кого-то предупредить!

Дхарин нахмурился.

— Предупредить о чем? Мы не знаем, что замышляют паразиты. Возможно, это даже не имеет никакого отношения к вашему собору.

Кургаз усмехнулся.

— Тогда мы спустимся туда и нанесем визит скавенам. Испортим им игру до того, как она начнется. — Он повернул голову и впился взглядом в Дхарина. — И скажи мне хоть слово насчет того, что я выбираю сражение, а не думание…

Второй гном покачал головой и потрогал свой топор.

— Нет, Маленький Молот, я хотел спросить, не нужна ли тебе помощь. Прошло слишком много лет с тех пор, как я раскалывал скавенские черепа. Мне бы не хотелось терять навык.

Остальные золотоискатели повторили слова Дхарина, все они жаждали сразиться с коварными врагами своей расы.

Взяв у одного из золотоискателей ручной топор, а у Дхарина — факел, Кургаз повел их во мрак земляного туннеля. Никто не знал, что их ждет в конце пути. Они лишь знали, что будут сражаться до последнего, что бы там ни было.

Глава девятнадцатая

Талабекланд, 1124

По заиндевевшим полям и заледеневшим лесам шли колонны солдат и кавалерия. Обширные равнины Аверланда и округлые холмы Штирланда к северу от реки Талабек сменились необъятными лесами. В отличие от густых и диких лесов Нордланда, леса Талабекланда были не сплошными чудовищными зарослями, а разбросанными участками растительности, перемежающимися лугами и болотами. Это была местность, по которой решительная армия могла перемещаться без зловещей помощи эльфов и древних первобытных сил.

При этой мысли Мандред нахмурился. Неужели его армия действительно побывала вне пределов досягаемости смертных сил? Он бросил взгляд в ту сторону, где во главе колонны шагала Хульда. Каждый ее шаг демонстрировал грацию, рядом с которой даже самый опытный разведчик казался неуклюжим шутом. Он старался не думать о слухах, которые ходили о ней в лагере. Не обращал внимания на эти слухи, пока был жив Ар-Ульрик, но теперь они его беспокоили. Он, конечно, знал, что она ведьма. Что бы она ни говорила о том, что она слуга Ульрика, оракул и голос Белого Волка, Мандред знал, что ее сила заключается в колдовстве. Однако в столкновении с таким бесчеловечным и подлым врагом, как скавены, даже перспектива использования колдовства против демонов не вызывала у него угрызений совести.