Игры разума (ЛП), стр. 68
— Хорошо, — сказала Сорша. — Что мы сделаем в первую очередь?
— Ты попросишь агента Редхорна, чтобы ФБР нашло Джонса, при условии, что он здесь, — сказал Алекс. — Тогда встретимся в вестибюле.
— Я думала, мы будем держаться вместе, — сказала Сорша.
— Так и есть, — сказала Алекс. — Мне просто нужно сначала позвонить.
Два часа спустя Алекс и Сорша обыскали отель, а затем сопроводили Эшфорда на дебаты. Наконец, они нашли одного из сотрудников предвыборного штаба Эшфорда, который рассказал им, что Мальком Джонс вернулся в "Ритц", чтобы подготовиться к частному приему после эфира.
— Это было весело, — сказал Алекс, когда они во второй раз вошли в вестибюль "Ритца". Они так долго ждали, пока за ними заедет машина Сорши, что ему пришлось использовать свою последнюю климатическую руну, чтобы не замерзнуть.
— По крайней мере, на этот раз мы знаем, где он, — сказала Сорша. В ее голосе звучали жесткие нотки, и она несла свои модные туфли. Очевидно, поиски Малькольма Джонса сказались и на ней. — Прием будет проходить на крыше.
На крыше отеля Ritz была открытая площадка с эстрадой для оркестра, танцполом и прилегающим пространством на две дюжины столиков, и все это под стеклянной крышей в стиле оранжереи. В центре помещения был даже фонтан. Мальком Джонс стоял у эстрады и двигал подиум взад-вперед, пытаясь найти наилучший ракурс.
— Лучше было бы вон там, — сказал Алекс, указывая на другую сторону эстрады. — Там меньше места на танцполе.
— Мистер Локерби, — сказал Джонс со своим британским акцентом. — Что привело вас сюда?
— То же самое, что и раньше, — сказал он. — Ищу убийцу Хьюго Айерса.
— Я думал, полиция задержала убийцу.
— Что случилось, Мальком? — спросил Алекс. — Хьюго нашел какие-то выплаты Карлтону Мейплу, которые поступали со счета предвыборной кампании Эшфорда?
— Боюсь, я не знаю никого, кого назвали бы в честь сиропа, — сказал Джонс.
— Уверен, что знаете, — сказал Алекс. — Готов поспорить, вы давно его знаете. Готов поспорить, он был очень полезен во всех тех кампаниях, которые вы выиграли. Когда вы начали работать вместе?
— Я действительно понятия не имею, о чем вы говорите, — сказал Джонс, облокотившись на трибуну. — Сейчас я очень занят, так что, если больше ничего не нужно...
— Это была идея Мэйпла использовать управление разумом или твоя?
— Я же говорил тебе, — раздраженно сказал Джонс. — Я не знаю никого по имени Мэйпл. Если вы сейчас же не уйдете, я вызову охрану.
— Извините, — сказал Алекс. — Где мои манеры? Это Сорша Кинкейд, она отвечает за безопасность. И мне не нужно спрашивать вас, встречались ли вы когда-нибудь с Карлтоном Мэйплом, поскольку у вас обоих одинаковые татуировки
Алекс внимательно наблюдал за Джонсом. Когда он упомянул о татуировке, Джонс снова спрятал левую руку в рукав рубашки.
Попался.
— Ты имеешь в виду ту связующую вещицу, которая была у Мэйпла на груди? — Спросила Сорша.
— Нет, — ответил Алекс. — Та, что на монете, или, точнее, эквадорский дублон в восемь эскудо.
— Почему это имеет значение? — Спросила Сорша.
— Потому что это монета, которую капитан Ахав прибил к мачте "Пекода" в "Моби Дике" в награду тому, кто первым увидит белого кита.
— Значит, мистер Джонс и мистер Мейпл ищут одного и того же белого кита, — предположила Сорша. Она повернулась к Джонсу. — Интересно, что бы это могло быть?
— Того самого, которого ты ищешь, чародейка, — сказал Алекс, одарив ее театральной улыбкой. — "Монография Архимеда".
Сорша выглядела ошеломленной, но Малькольм Джонс только улыбнулся и начал медленно аплодировать.
— О, очень хорошо, — сказал он. — Как ты до этого додумалась?
— Это было нелегко, — сказал Алекс. — Но несколько лет назад кто-то украл несколько страниц, которые когда-то были частью монографии, и привез их в Нью-Йорк. Мисс Кинкейд, — он кивнул на Соршу, — подумала, что я имею к этому какое-то отношение. По правде говоря, до этого я никогда не слышал об этой монографии. Так что я взял на себя смелость изучить ее историю, и знаете, что я обнаружил?
— Расскажите, пожалуйста, — сказал Джонс с восторженной улыбкой на лице.
— После Первой мировой войны группа британских рунописцев отправилась на поиски этой монографии. Трое из них были арестованы при попытке задержать Артура Конан Дойля.
— Автор? — Удивленно спросила Сорша.
— Тот самый. Я читал отчет Скотленд-Ярда, и у всех у них на теле были вытатуированы монеты. Они утверждали, что являются членами организации под названием "Китобои", бывших военных рунописцев, которые охотились за монографией.
— И они думали, что она была у создателя "Шерлока Холмса"? — Спросила Сорша.
Алекс пожал плечами.
— Очевидно.
Джонс снова захлопал в ладоши.
— О, ты молодец, — сказал он. — Я знал, что от тебя будут проблемы, когда ты впервые появился в штаб-квартире Эшфорда.
— Честно говоря, вы пытались убить меня трижды, — сказал Алекс.
— Мне следовало стараться усерднее.
— Теперь уже слишком поздно, — сказал Алекс. — Полагаю, вам и вашей марионетке Эшфорду не повезло.
Джонс рассмеялся, и Алекс почувствовал, как волосы у него на голове встали дыбом. Это был не тот смех, который мог бы использовать тот, кого застукали врасплох.
— Даже если бы я был с тобой, Эшфорд все равно произнесет свою речь сегодня вечером, — сказал Джонс. — Мы убедились, что большой процент населения будет слушать.
— И Эшфорд попросит их проголосовать, — предположила Сорша.
— Скажите им, чтобы они проголосовали за него, — поправил Алекс, посмотрев на часы. — Но дебаты все еще продолжаются. Эшфорд не выступит с речью еще как минимум четверть часа. Я могу остановить эту передачу одним телефонным звонком.
— Вы могли бы, — сказал Джонс. — Но вы будете очень заняты.
Алекс хотел потянуться за пистолетом, но что-то в голосе Джонса заставило его остановиться.
— Сорша, — сказал Джонс, поворачиваясь к чародейке. — У меня есть для тебя работа. Будь добра, убей Алекса для меня.
31. Холодный прием
Алекс закатил глаза, глядя на Малькольма Джонса. Сорша Кинкейд была могущественной чародейкой, которой не нужны были книги по рунам, дешевые или нет, а книги Счастливчика Джека были ключом к его контролю над разумом.
— Посмотри на этого парня, — сказал он Сорше.
Чародейкой, однако, не ответила. На ее лице появилось отсутствующее выражение, а глаза бегали, как будто ей было трудно сфокусироваться. Холодок пробежал по спине Алекса, когда эти ледяные голубые глаза внезапно остановились на нем.
Сорша подняла руку, и Алекс почувствовал, как вокруг нее собирается магия. Даже не задумываясь, он прижал большой палец левой руки к кольцу-вспышке, держа его в пространстве между ними. Он напряг волю, чтобы активировать руну.
Но ничего не произошло.
Как и его защитные руны, все руны вспышки на кольце были израсходованы.
Алекс перевел взгляд с кольца на Соршу как раз вовремя, чтобы увидеть, как она направила в него струю ледяного воздуха. Свирепый ветер обдувал его, обтекая сверху и вокруг, но, хотя он и видел, как по краям ветра образуется снег, то, что достигало его, не было даже прохладой.
Климатическая руна, которую он использовал, пока они ждали машину Сорши, все еще действовала. Без нее он был бы мертв. Пока Сорша поддерживала поток холодного воздуха, Алекс почувствовал, что руна начинает разрушаться. Она была спроектирована так, чтобы выдерживать обычные температуры, а не те субарктические, которые создавала волшебница.
Сорша ахнула и отдернула руку, отчего поток воздуха исчез. Она посмотрела на свою руку, затем на Алекс, на ее фарфоровом лице отразилось замешательство. Алекс не колебалась. У него не было рун вспышки, а у волшебницы была защита от его 1911 года, поэтому он сделал единственное, что мог. Шагнув вперед, он сократил расстояние между ними и ударил Соршу прямо в челюсть.