Единственная для Бога войны, стр. 10

– Ты многое упускаешь из виду, – фыркнула императрица. – Она искренна по отношению к нашему мальчику? Или ей нужно подобраться к нашей семье? Беспечность может стоить сыну головы.

– Матушка, вы будете разлучницей? – мягко уточнил Люсьен, но острый взгляд императрицы заставил принца смолкнуть.

Рейнар сжал руки в кулаки, на его лице заиграли желваки.

– Вы упускаете важное из виду. То, что ей увлечен Рейнар, ясно, но насколько сильно? – вскинула бровь императрица.

Второй принц не ответил и на этот вопрос, глядя перед собой.

– Но что еще важнее – увлечена ли им Сиэль? Тогда она была младше Рейнара. Она может вообще его не помнить. А если помнит, то может ничего не испытывать.

– Но брат может попробовать ухаживать за ней, – предложил Кайден.

– А что, если из-за его положения, опасаясь гнева императорской семьи, она не посмеет ему отказать, на самом деле не желая быть с ним? – усмехнулась императрица.

Вот после этих слов матери Рейнар бросил на нее напряженный взгляд – взволнованный, даже испуганный. Всего на миг его лицо дрогнуло, и я увидел то, что он прятал за каменным выражением. Супруга оказалась права: сын увлечен Вейлин. Я бы даже сказал – влюблен.

– В связи с тем, что так много неизвестно, я как мать и императрица не разрешаю этот союз. Будем наблюдать за девушкой. Преданна ли она? Любит ли она моего сына или хотя бы симпатизирует ли ему? Потом решение может быть пересмотрено.

– Если завтра семья Вейлин проявит себя хорошо, я не против сближения сына с Сиэль. Но осторожного. Против торгового дома Вейлин сейчас много интригуют, твой интерес может ей навредить, – предостерег я сына. – Не торопись. Сделанного уже не воротишь. А можно и не исправить.

– Как пожелают их императорские величества, – процедил Рейнар.

Я махнул рукой – жест, который сыновья знали с детства. Они поклонились и вышли, тяжелые двери за ними закрылись с глухим стуком. Едва мы остались одни, я посмотрел на супругу.

– Мы впали в немилость у второго сына, – констатировал я.

– Он влюблен и сильнее, чем я предполагала. – Кселла тяжело вздохнула. – Если завтра все будет плохо, что делать – не представляю.

– Можно попробовать переманить или перекупить ее на нашу сторону, – предположил я.

– Это торговый дом Вейлин. Чем ты будешь его переманивать? – горько усмехнулась супруга.

– Можно забрать морскую монополию. Варианты имеются.

– И мы получим неуправляемого Рейнара, – парировала супруга.

– Думаешь, он настолько…

– Да. – Резко перебила меня супруга. – Но что будет еще страшнее – это если она его не полюбит в ответ. Вот это точно сведет сына в могилу. Рано или поздно.

– Ты слишком драматизируешь.

– Мужчины, – бросила на меня недовольный взгляд Кселла. В этом одном слове было все: и усталость, и любовь, и многолетний опыт женщины, которая растила четверых сыновей.

А я знал только одно: пролить свет на ситуацию может только время. Дождемся, что будет завтра.

Осматривая величественное дворцовое сооружение, окруженное водой, я думала о том, как же давно не была внутри императорской резиденции. Последний раз – когда приносила еду тому мальчику. Тогда я была совсем ребенком, ничего не боялась и не понимала, насколько опасным может быть это место. Просто видела, что ему плохо, и не могла пройти мимо. Потом меня отправили на учебу, и я уехала из столицы. И вот я снова здесь.

Всех девушек скрывал плащ, но нас сопровождали главы родов, поэтому догадаться, кто есть кто, было несложно. Некоторые семьи представляли по несколько девушек в этот раз. Народу было прилично. Я окинула взглядом толпу и поймала себя на мысли, что почти всех знаю. В прошлой жизни я достаточно провела при дворе и про многих здесь знаю разное. Но сейчас все эти люди воспринимались как-то иначе.

От императорской резиденции через канал вел мост, который появлялся здесь, когда во дворец разрешалось пройти тем, кому дозволено. И ступить на него могли только те, кто приглашен. Остальных скидывали в воду, из которой непросто было выбраться. Дворец не прощает наглости и ошибок.

День сегодня был пасмурным. Небо хмурилось, но отсутствие дождя контролировал придворный маг. Мероприятие было важным.

Пройдя по мосту, мы вошли сквозь ворота и оказались во внешнем дворе, предназначенном для ожидания посетителей. Или для разговора с теми, кому не дозволено пройти дальше. Для общественных мероприятий, таких как сегодня.

– Господин, госпожа, прошу вас, следуйте за мной. Подождите в одном из павильонов. Когда придет время, ваши имена назовут, и вы выйдете на приветствие императора и его семьи, – объяснял нам слуга, ведя к одному из павильонов, самому ближайшему к выходу на большую площадь, где обычно проводились мероприятия или представления для знати.

Брать своих слуг именно сегодня было нельзя – такова традиция. Присутствие посторонней охраны во дворце категорически запрещалось. Именно здесь знать была абсолютно беззащитна. Бывали случаи, что человек, войдя внутрь дворца, так никогда его и не покидал.

Я невольно поежилась. В прошлый раз я не думала об этом. Сейчас – знала.

Разместившись в павильоне, я нервно поправила платье, разглаживая невидимые складки. Руки слушались плохо – слишком сильно волновалась, хотя старалась этого не показывать.

– Сиэль, не стоит так переживать. Император и императрица тебя не съедят. Это вполне стандартная процедура.

Да при чем тут император и императрица? Там будет принц. Я все утро провела перед зеркалом, пытаясь соблюсти традиции и быть ослепительной. Но все равно осталась недовольна результатом. Я думала только о его высочестве. Но не буду рассказывать об этом папочке и заранее его беспокоить.

– Нам долго ждать?

– Нет.

– Первыми вызовут племянницу его величества. Она специально прибыла в столицу и пробудет здесь всего пару дней. Девушка еще не закончила обучение.

– А они не знакомы? – удивилась я.

– Сиэль, ты думаешь, император мечтает каждый год знакомиться с кучей молоденьких девиц, имена которых он и через час не вспомнит? Это мероприятие – традиция и знакомство девушек в первую очередь с двором. Племянницу тоже необходимо представить. Порядки едины для всех.

– Угу. Мое имя он тоже не запомнит? – проворчала я.

– Твое – вряд ли. Ты наследница дома Вейлин. Именно поэтому нас должны вызвать вторыми. Если его величество не пожелал изменить порядок.

– Что ж, подождем. А когда начнется представление?

– Через несколько минут. Мы подошли ко времени. Его величество пунктуален и ценит это в других.

– А есть кто-то, кто опаздывает к императору? – поразилась я. Раньше никогда об этом не думала с такой точки зрения.

– Павильонов около площади около пятидесяти. Для высшей знати. Остальные стоят толпой около ворот и, соответственно, приходят позже. Некоторые могут не уследить за временем и опоздать.

– И что с ними потом случается? – осторожно спросила я.

– Ничего. Император следит только за высшей знатью, опоздания остальных и то, в каком порядке они идут, ему все равно, лишь бы поток побыстрее закончился.

– Зачем тогда все это? Пусть приходили бы девушки только из высшей знати, – недоуменно заметила я.

– Традиции, – усмехнулся отец и, покосившись на мой внешний вид, подколол: – Ты же сама сегодня выбрала очень традиционный, закрытый и, можно сказать, аскетичный наряд.

Платье у меня действительно было закрытое. Прямого кроя, белое, с традиционной вышивкой… Но аскетичное? Это папа преувеличил. Ткань была легкая, нежная, прозрачная, в несколько слоев, и играла от легкого дуновения ветерка. Вся серебрилась на солнце. Сегодня было пасмурно, но даже при таком освещении эффект сохранялся.

Волосы я заплела в длинную косу, но за счет темно-малинового цвета и ярко-синих глаз – отличительная черта Вейлинов – даже без дополнительной краски на лице я выглядела ярко, но элегантно.

Дверь в павильон открылась, и зашел слуга.