После развода. Ты вернешься, но я не прощу (СИ), стр. 37
— Доброе. Без изменений, — пожимаю плечами.
Чтобы не расстраивать его, стараюсь улыбнуться, но получается не очень. Как бы Матвей все эти дни ни пытался переключить меня на что-то другое от мучительного ожидания результатов биопсии, она — все, о чем я могу думать.
И даже сегодня, в праздничный день, я вряд ли смогу почувствовать себя расслабленной и счастливой.
При этом физически мне и правда нормально: ничего не болит, не беспокоит. И если бы я не пошла к врачу, черт знает сколько еще времени не знала бы о проблеме...
— Мне очень хочется, чтобы сегодня мы по-особенному провели день, — говорит Матвей. — Сегодня восьмое марта, праздник. Я приготовил для тебя сюрприз... несколько сюрпризов, если точнее. Но один — особенно важный, большой...
— Не стоило, — я качаю головой.
Двадцать третье февраля совпало с новостью о том, что у меня какое-то образование в щитовидной железе, и я ничего не подготовила для него, не было подарков, сюрпризов... только устное поздравление, для которого я с трудом собралась с силами между двумя приступами рыданий...
Соответственно, вряд ли я заслужила что-то в ответ на восьмое марта. Разве что дежурное «с праздником, милая!»
Вот только у Матвея на этот счет явно другое мнение.
— Стоило! — говорит он в твердой уверенности. — Тебе сейчас особенно нужны положительные эмоции! Нельзя закрываться, как в ракушке... а ты именно это и делаешь... — он то ли сочувственно, то ли осуждающе качает головой. Потом улыбается: — Смотри-ка! — быстро вскакивает, выбегает из комнаты и через мгновение забегает обратно с огромным букетом роз.
— О боже, — я закрываю лицо ладонями, чувствуя, как начинают гореть щеки. — Ого! Когда ты успел?! Ведь всего десять часов утра!
— Доставка была, — улыбается Матвей. — В семь утра. Ты спала еще. Да я и сам проснулся, забрал его, поставил в воду и лег обратно...
— И больше не засыпал?!
— Подремал немного, — уклончиво отвечает мужчина, но что-то мне подсказывает, что на самом деле он больше глаз не сомкнул: боялся, что я проснусь раньше него, выйду из спальни и обнаружу букет...
— Ла-а-адно... — тяну я, понимая, что спорить бесполезно. — Спасибо! Мне так приятно!
— А мне приятно, что тебе приятно. Давай, вставай, иди в душ, позавтракаем — и пойдем гулять. Погода чудесная.
— Окей, — я киваю и без особого желания вылезаю из-под одеяла.
Я бы предпочла остаться дома, в постели, но Матвей не позволит: он считает, что положительные эмоции — залог выздоровления от любой болезни!
Ой, если бы и правда все было так просто...
На завтрак у нас венские вафли с сиропом топинамбура и свежими клубникой и голубикой, а еще — яйца пашот, авокадо, творожный сыр и гранатовый сок.
Невероятно вкусно, надо признаться.
Матвей, конечно, специализируется на региональной сибирской кухне, но приготовить может практически что угодно.
За те неполные две недели, что мы живем вместе, он уже успел сделать мне по меньшей мере десяток разных завтраков, обедов и ужинов. Не всегда успевается, конечно: все-таки работа! — но он очень старается меня радовать.
А чем радую его я?!
Своими слезами?!
Вечно мрачным выражением лица?!
Нежеланием выбираться из дома?!
Я и город-то ему все еще толком не показала!
Да, мы, конечно, были в центре, прогулялись от железнодорожного вокзала до морского через Навагинскую, побывали на центральной набережной и в «Ривьере»...
Но все это — несерьезно.
Я хочу показать ему горы, водопады, каньоны... Да мы даже до Дендрария не добрались!
Нет настроения, нет сил.
А он не торопит, не давит, просто терпеливо ждет. Разрешает мне каждый вечер гулять одними и теми же улицами по нашему району.
Мне стыдно, но я в ступоре из-за ожидания результатов, ничего не могу с собой поделать...
Может, я и правда совершенно его не заслуживаю?!
Он такой нежный, заботливый, терпеливый, а что я?!
Да и у него уже умерла одна женщина от рака — зачем вторая с такой же судьбой?!
Конечно, у меня пока нет диагноза — и я очень надеюсь, что и не будет, — но тревога пожирает и заставляет генерировать в уме самые страшные сценарии...
Ну а пока мы завтракаем.
Потом собираемся.
И отправляемся на прогулку.
Сегодня тепло, солнечно. Кожа с благодарностью ловит солнечные лучи после недели дождей.
Матвей везет меня в центр, на какую-то улицу, где я разве что мимо пробегала... и уж точно не водила туда его.
— Ты хочешь что-то показать мне?! — спрашиваю с интересом.
— Да, — он улыбается. — Тот самый важный и большой сюрприз.
— И что это?!
— Помещение, которое мы арендовали для нашего ресторана.
— Ого! — восторгаюсь я, на несколько мгновений забывая про свои тревоги. — Так быстро?!
— Не так уж и быстро, — возражает Матвей. — Две недели прошло с того дня, как я прилетел в Сочи. Я, честно говоря, рассчитывал в неделю уложиться, но вышло в два раза дольше...
— Все равно! Очень здорово! Идем смотреть?!
— Да, идем, — он улыбается и протягивает мне руку. — Надеюсь, тебе понравится. Тем более что я хочу, чтобы ты помогла мне с ремонтом и интерьером.
— Я же в этом не разбираюсь!
— Я тоже, и у нас будут профессиональные дизайнеры. Но они не могут принимать решения, они могут только предлагать варианты... выбирать будем мы: я и ты.
У меня мурашки от мысли, что мое слово будет что-то значить при ремонте и оформлении будущего ресторана Матвея.
Да уж, это и правда роскошный сюрприз!
58 глава
Помещение оказывается прекрасным: огромным, просторным, светлым... Благодаря окнам в пол здесь столько солнца, что оно золотыми квадратами заливает и паркет, и стены. Я даже невольно щурюсь. Потолки высокие, кажется, что ты и не в здании вовсе, а на улице...
— Мне очень нравится, — говорю я, кружась по полу и осматривая все вокруг.
— Мне тоже, — улыбается Матвей. — У нас с командой был выбор, несколько помещений, и мы обсуждали, даже спорили, но последнее слово было за мной — и я выбрал именно это место. Во-первых, оно самое большое, просторное, много света. Во-вторых, исторический центр, все в пешей доступности: и морской порт, и Навагинская. В-третьих, оно еще и по цене самое выгодное... пусть и не самое дешевое.
— Да уж, — хмыкаю я. — Такое роскошное место за дешево ты бы в жизни не снял...
— Верно, — кивает Матвей. — Но я все равно чертовски доволен: здесь огромный простор для творчества, владелец согласен на любой ремонт и дизайн интерьера... даже готов понизить нам аренду за первый месяц — чтобы мы по-настоящему вложились в то, как это место будет выглядеть...
— Щедро для сочинского собственника, — удивляюсь я.
— Да, наверное, но... это ведь и в его интересах — чтобы ресторан процветал, верно?!
— С одной стороны, да, это логично, — соглашаюсь я. — Но с другой... Вообще-то, владельцам помещений здесь в основном все равно, как там поживает твой бизнес... Плати аренду — и терпи. А если не тянешь — проваливай, легко найдут другого... Цена еще и повышаться будет от сезона к сезону, причем в геометрической прогрессии.
— К этому мы готовы, — кивает Матвей. — Но я все равно верю, что нам с собственником повезло — и у нас будет долгое, плодотворное, выгодное обеим сторонам сотрудничество...
— Надеюсь.
В конце концов, может же быть такое, что Матвею и правда попался хороший, порядочный человек?!
Такое бывает — даже в городе, где все крутится вокруг денежных отношений.
— В любом случае, — говорю я. — Очень рада, что ты нашел это место. Сколько времени займет ремонт?!
— Думаю, примерно два месяца. Мы будем делать все максимально быстро, вложимся в материалы, работу бригады, дизайн-проект, оформление, мебель... Одновременно буду разрабатывать меню.
— Оно будет каким-то особенным?! Другим, не таким, как в твоем иркутском ресторане?!
— О, конечно, нет! Оно будет совершенно иным! — уверяет меня мужчина. — В первую очередь, я банально не хочу повторяться. Я и в «Таежном сердце»-то каждые год-полтора меняю меню, чтобы удивлять старых гостей... оставляю только самые ходовые позиции — чтобы их же и не разочаровывать, — он смеется. — А здесь... здесь мне нужно как-то совместить дух байкальской Сибири и дух приморского юга...