Пробуждение Хаоса. Том 3 (СИ), стр. 24

— Всё в порядке, — строго сказал Сареф, пытаясь уверить в этом, в первую очередь, самого себя, — это не первый легендарный монстр, с которым мне придётся начинать поединок в усечённом составе. Так что победа будет за нами, как и всегда!

После чего их группа двинулась дальше. А минуту спустя… из тени в углу пещеры вышла девушка с зонтиком в руках.

— Если вернёшься, дружок, — мягко сказала она, — если. Ты дорого заплатишь за то, что подставил мою семью под удар. Тебе осталось ошибиться всего один раз…

Глава 2.2

Путь до логова Костяного Колдуна не занял много времени. Ещё несколько пещер, пара поединков с мелкими монстрами, несколько десятков золотых монет добычи. И вот, наконец, заветная красная черта. И черту эту Сареф, который так и оставил пока на себе Наручи и Обруч и, соответственно, имел значение Интеллекта выше 50, видел даже уже не как черту, а как полноценную прозрачную алую стену, пересечение которой, собственно, и означало полноценное вступление в завершающий поединок похода.

— Итак, мы на месте, — довольно кивнул Йохалле, который тоже видел границу, пусть и не так чётко, как Сареф, — ну-ка, молодёжь, быстро пробежались по пунктам, что у нас умеет Костяной Колдун, и как с ним надо сражаться.

— Стандартный монстр пятого уровня со здоровьем в 5000 единиц, — начал говорить Борис. Он заметно волновался, ведь это будет первый в его жизни поединок такого уровня. И хотя звериный облик позволял скрыть большую часть эмоций, частое дыхание и слегка подрагивающие уши всё равно его выдавали, — правда, нестандартное деление по стадиям боя. Переход с первой на вторую происходит, когда его здоровье опускается ниже 4000. А переход со второй на третью — когда ниже 1000.

— Да потому что стартовое преимущество у него больно жирное, — проворчал Йохалле, — а оно потом ещё и нарастает с каждой стадией. Если бы итоговое усиление у него начинало работать с 1500 или с 2000 тысяч здоровья — его бы замучались убивать. Ну-ка, наш умный мальчик, — эльф посмотрел на Сарефа, — что за особенность у нашего легендарного монстра?

— У него перманентная устойчивость к любому урону в 30 %, кроме, само собой, чистого, — ответил Сареф, — вдобавок, за каждую стадию здоровья он получает ещё 10 % устойчивости.

— В точку, — кивнул эльф, — и это, кстати, развеивает некоторые подозрения по поводу нашего чешуйчатого друга. Потому что я сначала подумал, что столь изощрённо Бьярташа вывели из строя как раз за его универсальный мультистихийный урон. Но нет, в отношении конкретно Костяного Колдуна это не имеет никакого смысла. Так что… возможно, ему, действительно, просто не повезло… Впрочем, неважно. Важно то, что все атаки по этому монстрюге изначально будут слабее — и это надо учитывать. И, наконец, чего ни в коем случае нельзя делать, чтобы не довести Колдуна до бешенства, в котором он начинает убивать навсегда?

— На арене будут лежать 3 его книги в случайных местах, — ответил Месс с самым серьёзным видом. Сареф даже не смог сдержать снисходительной улыбки, наблюдая, как его 48-летний отец отвечает с такой же серьёзностью, с которой, наверное, отвечают маленькие дети преподавателю в школе, — их ни в коем случае нельзя пытаться как-то повредить. В идеале их лучше вообще не трогать. Потому что одна вырванная страница, один загнутый уголок, одна царапина на обложке — и этот монстр впадает в ярость. В состоянии ярости любой урон по нему снижается ещё на 40 %, что делает его практически неубиваемым.

— Именно, — кивнул тёмный эльф, — так что этот фактор тоже учитывайте. Любовь к чтению — это, конечно, хорошо, но всё же лучше читать книги только из своей библиотеки. Что ж, если мы готовы…

Все кивнули. Сареф при этом заранее вызвал Хима, чтобы он компенсировал недостающую пятую позицию, после чего ему пришла в голову неожиданная, но весьма мысль…

— Хим, дай мне свой амулет, — распорядился он, — на этот поединок, думаю, нужно будет усилить его.

— Да ладно, — Хим снисходительно махнул могучей рукой, — у меня и так под тысячу здоровья… Лучше усильте ваше оружие.

— Ты же сам слышал, — заметил Сареф, который предвидел такой совет от хилереми, — чем дольше будет идти бой, тем более устойчив будет Колдун к любому урону. Поэтому, как мне кажется, здесь надо делать ставку не на урон, а на живучесть. Нам ещё Кейя давала такой совет 4 года назад — и он нас ни разу не подводил.

— Ну… если вы так решили… — Хим снял с себя Крылья Феникса и протянул их Сарефу. Тот сжал амулет в руке и вызвал Системное Окно:

Амулет Крылья Феникса.

Телосложение +10.

Наносимый урон стихией огня +25 %.

Наносимый урон стихией света +25 %.

Сопротивляемость стихии огня +25 %.

Сопротивляемость стихии света +25 %.

Изменить качество на Реликтовое?

Сареф подтвердил выбор. После чего взглянул в Системное окно на полученный результат:

Амулет Крылья Феникса. Реликтовое.

Телосложение +15.

Наносимый урон стихией огня +33 %.

Наносимый урон стихией света +33 %.

Сопротивляемость стихии огня +33 %.

Сопротивляемость стихии света +33 %.

— Ну, давайте, хозяин, — Хим протянул руку, — мне аж самому интересно, насколько я буду живучим с такой штукой.

— Эм, — осторожно заговорил Сареф, — Хим, в общем-то, в этом и всё дело. Для того, чтобы группа была сильной, и каждый мог выдержать натиск…

Договаривать не было нужды: Хим моментально просчитал мысли Сарефа, после чего в его чёрных глазах вспыхнула воистину всесистемная обида, а в следующую секунду по всей пещере раздался его возмущённый вопль:

— В СМЫСЛЕ, ВЫ ХОТИТЕ ОТДАТЬ ЕГО БОРИСУ⁈ ХОЗЯИН, ЭТО МОЁ!!!

— Я знаю, что это твоё, — терпеливо ответил Сареф, благоразумно позволяя своему подопечному спустить первую волну пара и не вступая в полемику по поводу того, где и чьи здесь были вещи, — но ты и без этого амулета достаточно силён. А вот…

— Да он с него даже половины эффекта не вытянет, что он будет с ним делать⁈ — продолжал возмущаться Хим, впрочем, понимая, что если уж его хозяин что-то решил, то это решение окончательно.

— Хим, ну как тебе не стыдно! — воззвал к нему Сареф, — сколько раз Борис спасал нас в этом походе благодаря своему превосходному слуху? Неужели он не заслужил хотя бы на один бой хорошую вещь, которая гарантированно будет ему полезна, хотя бы в защитных качествах?

После этих слов Хим пристыженно опустил уже свои собственные уши: замечание было более, чем справедливое. После чего пробурчал:

— Ну… ладно. Только на один бой!

— Ты у меня самый лучший, — Сареф пару раз хлопнул своего подопечного по плечу, после чего подошёл к Борису и протянул ему амулет.

— Вот, держи. Эта штука в бою тебе пригодится.

С этими словами он, дождавшись кивка нетопыря, надел ему амулет на шею. В трансформированном состоянии его собственные лапы плохо подходили для подобных манипуляций. Несколько секунд спустя Борис вызвал своё Системное окно… и у него упала клыкастая челюсть…

— Ну… ничего себе, — выдохнул он, — какая крутая штука! Я бы, — он запнулся, — я бы тоже пожадничал такую отдавать. И да… защитные свойства у неё — офигенные! Мне ж и стихия света не очень приятна, и огнём, если шерсть подпалят — приятного мало. А тут все проблемные моменты закрыты! И полторы сотни здоровья сверху… как же круто! Спасибо вам, — он уважительно кивнул Сарефу и Химу.

— Вот, чтобы потом вернул в целости и сохранности, — пробурчал Хим, который, тем не менее, не смог сдержать довольного блеска в глазах, когда Борис нахваливал амулет.

— Блин, Хим, дружище, ну какой ты всё-таки милый, — не удержавшись, сказал Йохалле, — так бы и обнял тебя.

Хим же в ответ на эту реплику, повернувшись к тёмному эльфу, спокойно ответил:

— Не льсти себе, Йохалле. Я неплохо к тебе отношусь, но до возможности обнять меня тебе ещё очень и очень далеко…