Без обязательств (СИ), стр. 26

— Все так, — дрожащим голосом шепчу и остаюсь в черном кружевном лифе. — Происходит блокирование гемоглобина в крови…

— Очень похоже, моя «грязная» девочка… — Костя трет большим пальцем мою щеку и смотрит на меня… выжидающе.

Чувствую, как вспыхивает лицо, когда вспоминаю, чем закончилась наша прошлая встреча.

Я обещала сделать ему минет. Он — попросил начать с этого в следующий раз.

Разместив ладони на широких плечах, с помощью собственного веса прислоняю их к спинке кресла и опускаюсь на колени, а затем под прямым немигающим мужским взглядом завожу руки назад и расстегиваю лиф…

Глава 24. Софья

— Я должен как-то участвовать в том, что ты задумала?

— Э-м… — нервно смотрю в потолок и убираю волосы за плечи. — По сценарию ты должен постараться мне не мешать… — начинаю расстегивать пуговицы на рубашке и смотрю в его глаза.

— Ничего не делать? — он опускает взгляд и с интересом пялится на мою аккуратную грудь и талию.

— Как думаешь, у тебя получится? — возвращаю его внимание себе.

— Вообще-то, ты единственная, кто за последние несколько месяцев попросила меня ничего не делать. Я тебя уже обожаю. И заочно готов на все.

— Снизь планку ожиданий, Костя, и просто помолчи… Пожалуйста…

Громов выделенную для него роль реквизита больше никак не комментирует.

Опускает ладони на подлокотники и с шумом дышит через нос. Взгляд темных глаз такой опьяняющий, что меня ведет. Вот так просто. Ведет от одного его присутствия. От мужского запаха, замешанного на феромонах и стойком аромате древесного, горького парфюма. От покорности человека, который за пределами этих стен привык контролировать и управлять.

Его глаза… Так не пойдет…

Обернувшись, я инстинктивно прикрываю грудь правой рукой и подхватываю галстук со стола. Вернувшись на исходную, сосредоточенно распускаю узел.

— Это нечестно, — тихо говорит Костя, задевая горячим дыханием мое запястье.

— Я разрешу тебе снять повязку немного позже, — крепко завязываю галстук на его затылке. — Ты… меня смущаешь.

— Просто у тебя фетиш — трахаться с долбоебами со всякой херней на лице. Признайся, Соня…

— Боже, Константин Глебович… — закатываю глаза. — Хватит…

Теперь чувствую себя поувереннее.

Как ребенок, замерший возле открытого буфета с шоколадными конфетами, осматриваю сильное, поджарое тело, кладу ладони на мускулистые ноги, которые облепляют строгие брюки, и ласково поглаживаю их.

Прохожусь пальчиками от колена и выше по внутренней стороне бедра.

— Просто расслабься… — прошу.

Прислонившись грудью к паху, медленно поднимаюсь. Извиваюсь, как змея, и вздрагиваю от простреливающих внизу живота молний. Возбужденные соски трутся о белоснежную ткань, под которой вздымается мощная грудь.

Обняв колючее лицо, покрываю его короткими, точечными поцелуями. Скулы, нос, подбородок.

Его губы… В меру жесткие и одновременно мягкие. Я покусываю их и протискиваюсь между ними кончиком языка. Возмущенно и коротко стону — это что-то вроде моего разрешения — поэтому Костя включается.

Перехватывает инициативу в поцелуе и впивается в мои губы так, будто изголодался.

— Пиздец, док… Держись… Я тебя сегодня затрахаю. — сжимая подлокотники, он с шумным вздохом откидывается на спинку кресла.

Внизу живота звенит от такого обещания, поэтому продолжаю с еще большим энтузиазмом целовать жилистую, сильную шею и распахиваю полы рубашки.

Я… никогда не была такой, как сейчас: взволнованной, полураздетой и заинтересованной в мужчине до такой степени, что ноги сводит судорогой, а между них становится влажно. Вообще, не знала, что так бывает.

Клянусь ординатурой.

Он ведь даже меня не трогает. Это сказка какая-то…

Конечно, я несколько раз смотрела фильмы для взрослых, всегда выбирая вкладку «инкогнито» в браузере, чтобы Натан или кто-то другой не обнаружили сферу моего искреннего любопытства. Женщины там кричат от удовольствия так, что хочется попросить их не переигрывать, а у мужчин такие начисто выбритые грудь, ноги и яйца, что становится завидно.

В общем-то, это все эмоции от просмотренного.

В реальности, здесь и сейчас, нравится больше.

Из гостиничного коридора доносятся чьи-то разговоры, заглушаемые стуком моего сердца. Проходясь кончиками пальцев по упругому прессу — сначала сбоку, а затем по центру, вокруг пупка, прокладываю витиеватую дорожку из влажных поцелуев все ниже и снова приземляюсь коленями на пол.

Плотоядно посматриваю на вздутую ширинку и приступаю к ее распаковке. Металлическая пряжка щелкает в тишине, как пробка от шампанского. Дергаю собачку вниз и проталкиваю внутрь ладонь, сжимая член через трусы.

Эрекция настолько внушительная, что, когда я тяну резинку вниз, он оказывается перед моим лицом. Тяжелый, горячий и такой же, как сам Костя — идеальный со всех сторон.

Слюни собираются во рту, но я осторожничаю, разглядываю его и бережно ласкаю.

— Смелее, док. — хрипло подбадривает Костя.

— Сейчас… — я отвечаю не очень уверенно и устраиваюсь поудобнее между его ног.

— Почему я чувствую себя препарированной лягушкой на твоем столе? — спрашивает Костя, толкаясь бедрами в мою руку.

— С лягушкой я хотя бы знаю, как обращаться… — смущаюсь. — Важно ее правильно закрепить и натянуть конечности, чтобы не мешались. А потом использовать технику крестообразного разреза, аккуратно приподнять мышцы живота…

— У меня упал…

— Все в порядке, я держу. — с улыбкой поглаживаю подрагивающий член.

Эрекция ни спала ни на секунду.

— У меня не так много опыта, как у тебя, Костя… — говорю уже серьезно.

Он недолго молчит, словно пропускает мой страх через себя.

— Если это намек на то, что я отлизал половине города, то это тоже не так. — говорит он со свойственной ему прямотой.

Мое лицо вспыхивает.

— Господи, я вообще об этом не думала… — смачиваю губы слюной и чувствую, как кожа на спине покрывается мурашками.

— Зря паришься, док. Ты устроила мне такое предстартовое шоу, что уже вне всякой конкуренции! Кубок твой, даже если мы не доедем до финала… — Костя действует не по правилам: стягивает галстук с головы и фокусирует зрение на том, как я замерла у него в ногах.

Теплый, мягкий свет ложится на его красивое лицо.

Голос становится еще более хриплым.

— Привет, — говорит он, словно поглощая картину по кусочкам и целиком.

— Привет… — я завороженно шепчу в ответ и, ловя самое настоящее мужское восхищение в темных глазах, прохожусь мягким языком по всей длине и обхватываю его губами…

Глава 25. Софья

— Да… — дыхание Кости сбивается, в глазах пылает вселенский хаос. — Твою мать, док… — его ладонь ложится на мой затылок и контролирует процесс мягким надавливанием. — Кажется, я начинаю любить врачей…

Ведомая силой, которую имею над ним в этот момент, спускаю пояс брюк и резинку боксеров ниже и помогаю себе руками. Сжимаю член у основания и аккуратно ласкаю плотную и тугую мошонку, перемещая кончики пальцев и испытывая яички легким давлением. Кто-то из девчонок в университете рассказывал, что главное в этом деле — исключить касания, похожие на щекотку. Это может сбить возбуждение мужчины и его настрой.

У нас с этим все в порядке.

Даже очень.

Громов гладит мои волосы и своим безумно сексуальным, хриплым голосом украшает весь процесс ужасными пошлостями, от которых меня саму вот-вот накроет мощной волной оргазма. Я сжимаю бедра, выгибаюсь в спине, ощущаю зуд между ног, который вынуждает сосать и облизывать ствол еще активнее.

Чередуя разные техники, нахожу тот порядок, который по вербальным реакциям нравится Косте больше всего. Мне кажется, этому возможно научиться только так. Путем проб и ошибок. Имея настоящее желание — доставить мужчине истинное удовольствие и получить его самой от процесса.

Пока раздумываю, как быть с финалом, он все решает за меня.