Лесной дозор. Дилогия (СИ), стр. 84

Я перечитал сообщение дважды. Если бы патруль Канцелярии или какие‑нибудь проверяющие случайно остановили этот грузовик по пути к моему посту, они бы нашли только тушенку, макароны и зимние куртки с обогревателями.

Умно, ничего не скажешь.

Более того, эта поставка формально подтверждала ложь, которую я скормил Ольге Владимировне про второй шкаф для чистых вещей и долгое отсутствие снабжения.

Я положил пальцы на клавиатуру и набрал короткий, емкий ответ.

«Жду».

Глава 13

Время шло. Вечер планомерно подобрался к девяти часам, хотя, учитывая окутавшую пространство темень – смело можно было сказать, что ночь вступила в свои права.

Я сидел в смотровой комнате, попивал остывший чай и смотрел в окно на просеку тракта. Ветер за стеклом снова набрал силу, швыряя мелкую снежную крошку. Вскоре сквозь круговерть пробились два желтых луча фар.

– Не высовывайся, Бу, – сказал я, поднимаясь из‑за стола.

– Снова приехала крикливая инспектор? – осведомился Булыжник.

– Нет. Но все равно лучше подожди в комнате, хорошо?

– Хорошо.

Оставив кружку на столе, я вышел в коридор, накинул куртку и распахнул дверь.

Массивный транспортник плавно выплыл на расчищенную площадку перед бункером и завис в паре десятков сантиметров над землей. В его задней кабине рядом с грузом сидели солдаты в балаклавах, которые, видимо, выполняли роль сопровождения.

Двигатели сбросили обороты, после чего боковая дверь кабины лязгнула, и на снег спрыгнул экспедитор. Мужик средних лет, в армейском бушлате, шапка надвинута на самые брови. Он коротко кивнул мне, отвернулся от ветра, чиркнул зажигалкой и закурил.

И все. Никаких тебе «здравствуй, Егор, куда пропадал на две недели» или «проверять будем?». И уж тем более он не произнес ни слова про исчезнувший в этих краях караван, хотя вся округа сейчас стояла на ушах из‑за расследования Канцелярии. Водитель просто стоял у кабины и молча дымил, пока солдаты спрыгивали с кузова, окружив его.

Я молча подошел к открытому солдатами грузовому отсеку и принялся за работу. Сначала я перетаскивал в тамбур официальные коробки с маркировками штабного снабжения. В них должны были лежать консервы, крупы, сахар, чай и комплекты чистой одежды с формой. Я брал по две коробки за раз, относил внутрь и возвращался обратно.

Следом настала очередь тяжелых картонных упаковок с радиаторами отопления. Тут пришлось попотеть по‑настоящему. Весили они изрядно, а тащить их нужно было предельно аккуратно. Я перехватывал картон, упирал его в живот и нес на порог. Дыхание сбилось, со лба потек пот, но меня грела мысль о том, что совсем скоро я перестану зависеть от камина и дров, и начну разводить печь только ради уюта.

Затем я взялся за неприметные фанерные ящики. На первый взгляд – самая обычная тара для запчастей или инструмента. А на деле коробки с двойным дном, в которых лежал товар для ушастых клиентов. Я перенес их внутрь бункера, стараясь ставить в отдельный угол от официального груза, чтобы потом не путаться.

Минут через сорок грузовой отсек полностью опустел, и оставалось закинуть сюда пакеты с грязным бельем, что я и сделал.

Расправившись, я стер пот со лба рукавом куртки и подошел к водителю. Тот молча выбросил окурок в снег, затушил его ботинком и протянул мне планшет с электронной накладной.

Я внимательно пробежался глазами по списку. Провизия, обмундирование, электрообогреватели. Все составлено грамотно и так, что комар носа не подточит. Я поставил подпись пальцем прямо на экране. Водила забрал планшет, снова коротко кивнул на прощание, забрался в кабину и захлопнул дверь. Бойцы тем временем уже успели закрыть дверцу и запрыгнуть внутрь. Через пару секунд заработали двигатели, транспортер взмыл в воздухе, развернулся над поляной и быстро скрылся в темноте тракта.

Провожать я их взглядом не стал, потому что работы предстояло еще вагон и маленькая тележка. Развернувшись, я зашел в коридор, который теперь напоминал заставленный склад. Кругом высились картонные коробки и фанерные ящики. Я стянул шапку, повесил ее на крючок и расстегнул куртку.

Вздыхать и сетовать на тяжелую долю не имело никакого смысла, ведь сами собой ящики в подвал не спустятся, на полки не запрыгнут и продукты в холодильник не сложат.

Я решил начать с самого важного и потенциально опасного этапа работы. Фанерные ящики, в которых лежала контрабанда для длинноухих клиентов, требовали первоочередного внимания. Чем быстрее я уберу их с глаз долой и спрячу в надежном месте, тем спокойнее мне будет находиться на собственном посту.

Я подошел к первой стопке, ухватился за края верхнего ящика и потянул его на себя. Тяжелый, зараза. СоВа совершенно точно не стал гонять казенный транспорт полупустым и загрузил тару под самую завязку. Я перехватил ящик поудобнее и понес в сторону технической двери, ведущей к тоннелю.

Спустившись по бетонным ступеням, я щелкнул выключателем на стене и поставил груз на свободный деревянный поддон.

Эту процедуру мне пришлось повторить еще четыре раза, ощущая, как накапливается усталость за весь вечер. Мышцы спины и рук начали ощутимо ныть, но я продолжал таскать ящики, пока весь контрабандный товар не оказался в подвале, и только затем закрыл двери.

Я взял с полки небольшой металлический ломик, аккуратно подцепил плоскую крышку первого ящика и с силой нажал. Гвозди со скрипом вышли со своего места, и я отложил крышку в сторону, заглянув внутрь.

Сверху плотными рядами лежала самая обычная армейская тушенка в жестяных банках. Я вытащил банки одну за другой и переставил их на деревянный стеллаж. Под ними обнаружился слой плотного гофрированного картона, под которым оказался еще один слой банок. Только после третьего уровня глазам показалось первое дно. Фанерная перегородка была подогнана к стенкам основного ящика настолько плотно, что без специального инструмента и знания догадаться о ее существовании было попросту невозможно.

Я с силой вставил острый край фомки сбоку и с силой надавил на получившийся рычаг. Фанерная перегородка поддалась и с хрустом вышла из своего места. Свое она уже отслужила, так что пойдет на растопку.

На самом дне ящика лежали прямоугольные брикеты, плотно замотанные в несколько слоев черного непрозрачного полиэтилена и перетянутые широким скотчем. Я не стал вскрывать упаковки и проверять содержимое. В таких делах работает простое и надежное правило: меньше знаешь – крепче спишь. Моя задача заключается исключительно в том, чтобы передать груз из одной точки в другую, а не проводить таможенный досмотр.

Я бережно достал черные брикеты и отложил их в сторону, чтобы затем уложить плотно в один ящик.

Снова пошла рутинная работа. В следующем ящике маскировочным слоем служили прозрачные пачки с макаронами, в другом плотно лежали пакеты с гречневой крупой, в третьем находились прямоугольные брикеты армейских сухих пайков.

Законные продукты питания находили свое место на деревянных полках погреба, пополняя мои личные запасы продовольствия. Черные контрабандные брикеты я аккуратно укладывал обратно в пустую фанерную тару, формируя уже груз для передачи клиентам.

Когда процесс сортировки окончательно подошел к концу, я подошел к кирпичной стене в дальнем углу погреба, вытащил нужный кирпич из кладки, просунул руку и, крепко ухватившись за скрытый рычаг, потянул на себя.

Шкрррррр.

Сим‑сим, откройся!

И, повинуясь моей команде и невидимым механизмам, в стене, как и прежде, образовался проход.

Я перенес ящики внутрь подземного прохода, где составил их аккуратной стопкой у самой стены, чтобы они не перегораживали узкий коридор и не мешали мне свободно передвигаться. Закончив с этим, я вышел обратно в погреб, потянул рычаг в обратную сторону и дождался, пока кирпичная стена встанет на место.

Теперь можно было немного выдохнуть и заняться обустройством собственного быта.