Лесной дозор. Дилогия (СИ), стр. 53

Этот бункер подконтролен эльфийским резервациям. У нас действует строжайший запрет на контакт. Прямо сейчас на весь лес орет сигналка, которая сто процентов должна была передать на пульт дежурного информацию о проблеме и несанкционированном нападении на режимный объект.

Это значит, что сюда должны нагрянуть остроухие, и если они застанут на месте разгрома имперского солдата с автоматом в руках, то мне точно несдобровать. Никакие дипломатические ноты потом не помогут доказать, что я просто зашел проверить соседку.

Надо немедленно выметаться отсюда на свою территорию, и там уже пораскинуть мозгами в тишине и затем начинать искать Наиру.

Приняв единственно верное решение, я развернулся и спешно двинулся в сторону выхода, на ходу закидывая винтовку за спину. Я так торопился, что даже не смотрел в дверной проем тамбура, когда вылетал в коридор.

БАМ!

Я ударился лбом обо что‑то твердое. Перед глазами на секунду вспыхнули белые искры, и, не удержав равновесия, я рухнул на задницу, махнув рукой наотмашь потенциальному обидчику, но промахнулся.

– Ау! – удивленно выкрикнула Наира, сидя на полу и негодующе потирая ушибленный лоб. – Егор⁈ Ты что тут устроил⁈ Aen nicthe arse lau kun! – выдала она гневную тираду на родном языке так хлестко, что у меня чуть уши не завяли. – Ты на кой‑ляд мне бункер разнес⁈

– Я⁈ – возмущенно выдохнул я, тоже потирая голову. – РАЗНЕС⁈ – я уже просто выкрикнул это слово, глядя на нее во все глаза.

Нет, ну вы только посмотрите на эту остроухую наглость! Я тут переживаю, места себе не нахожу, думаю, что ее похитили или убили, уже чуть ли локти не искусал, а она заявляется живая‑здоровая и сходу вешает на меня погром!

Секундочку…

– Ты откуда вообще тут возникла, лесную твою матушку⁈ – уточнил я, поднимаясь на ноги и отряхивая штаны. Я протянул ей руку, потому что она продолжала сидеть на холодном полу и смотреть на меня с не меньшим возмущением. – Вставай давай, почки еще отстудишь на бетоне, потом проблем со здоровьем не оберешься, – буркнул я по‑старчески, не в силах сдержать привычную ворчливость.

Она недовольно фыркнула, но мою руку приняла и рывком встала на ноги.

– Я откуда взялась? Это ты откуда тут взялся, я тебя еще раз спрашиваю! Ты нахрена мне бункер разнес? Обиделся, что я тебя в игрушке сделала, и пришел тут учудить? – она сделала пару шагов внутрь жилого отсека и стала ошарашенно осматриваться, оценивая масштаб бедствия. – И где камешек? – спросила она в пустоту, а затем резко осеклась, видимо, догадавшись ровно о том же, о чем и я минуту назад. – Так, стоп. Уматывай давай отсюда, пока мои не нагрянули! Чего стоишь⁈ Бегом! Я через пять минут подойду к Разлому, тревогу выключу и дам штабу знать, что все в порядке.

Сказано – сделано. Раз сказали «бегом», то дважды просить меня не надо. Как говорится, дают – бери, бьют – беги. Бить меня пока никто не собирался, а если бы и попытался, то я бы еще поспорил, кто кого, но вот становиться причиной вооруженного конфликта двух государств, которые не так давно заключили перемирие, что держалось ни шатко ни валко, мне совершенно не хотелось.

Я кивнул, развернулся и пулей вылетел на морозную улицу.

Добежав до края расщелины, я остановился у границы территорий, стараясь выровнять сбившееся дыхание. Ветер здесь поднялся сильнее, бросая в лицо колючую снежную крошку. В бездонном провале бурлил черный туман, медленно перекатываясь огромными лоскутами, издавая едва слышное шипение, которое было похоже на шепот тысяч голосов.

Я стоял и смотрел в непроглядную темноту. В голове сама собой всплыла старая цитата о том, что «если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя». И теперь, на краю реальной ямы с демонами, эта фраза обретала буквальный смысл. Мне действительно казалось, что из черного марева, за мной внимательно наблюдают чьи‑то голодные глаза.

Ожидание затянулось. Минут через пятнадцать‑двадцать на той стороне наконец‑то показалась знакомая фигура. Наира подошла к границе, встав рядом. Вид у нее был уставший, малость потрепанный и предельно сосредоточенный.

– Я с трудом объяснила своим, что никуда выезжать не надо, – сходу начала она, остановившись рядом. – Сказала, что у меня случилось короткое замыкание, замкнуло пульт и сработала сигналка. В общем, наплела им с три короба, еле отбрехалась. Они уже дежурных рейнджеров послали для проверки, пришлось их по рации разворачивать на полпути.

– Хорошо, что тебе удалось их убедить, – ответил я, ощутив легкое облегчение. – А теперь давай по порядку. Где ты вообще была? Что случилось?

– Это я у тебя хотела спросить, – эльфийка уперла руки в бока, всем своим видом выражая крайнюю степень подозрительности. – Именно вот это: что случилось? Почему у меня в помещении все перевернуто вверх дном, словно землетрясение произошло, и куда делся наш друг?

– Я не знаю, – ответил я абсолютно честно, глядя ей в глаза. – Я вернулся с обхода своего сектора, зашел к себе в бункер. Когда шел по коридору мимо смотровой, случайно в окно увидел, что у тебя аварийные красные огни полыхают на весь лес. Вот я и кинулся бегом, думал, что‑то страшное случилось.

– Ооооу, ты за меня беспокоился? Это так мило, – она на секунду сделала нежнейшее выражение лица, явно наигранно‑ироничное, но уголки ее губ все же дрогнули в легкой улыбке. – И ты хочешь сказать, что пришел, а там так уже все и было?

– А как еще⁈ – всплеснул я руками. – Нет, моя дорогая, я пришел, учинил полный разгром, чтоб тебе не скучно жилось, и чтобы потом порядок тут наводила пару дней, и про приставку не вспоминала!

– Ладно‑ладно, не ерепенься, я прикалываюсь, – она выставила руку перед собой в примирительном жесте. – И так ясно, что ты бы этого делать не стал. Но просто поставь меня на свое место: я прихожу с планового обхода, еще издали вижу, что у меня в бункере явно что‑то случилось, бегу туда со всех ног, влетаю в тамбур, а на пороге сталкиваюсь с тобой, при этом успев заметить, что внутри полный кавардак. Мою первую реакцию представил?

– У меня к тебе абсолютно такой же вопрос был, когда я увидел пустой разгромленный бункер, но мою позицию ты уже слышала. А теперь объясни мне главное: Бу что, был у тебя?

– Бу? – она удивленно изогнула бровь.

– Камень. Наш друг. Он был с тобой?

– Да, он приходил ко мне, пока тебя не было, – кивнула Наира, плотнее запахивая куртку от ветра. – Пришел, постучался в дверь. Я, конечно, удивилась, но впустила его. Он зашел, стал осматриваться, все разглядывал. Я ж его речь не понимаю, В ОТЛИЧИЕ ОТ НЕКОТОРЫХ, – она выделила последние четыре слова, резко чеканя слоги. Для полной картинности не хватало только, чтобы она еще руки под грудью скрестила, встала вполоборота и смотрела на меня искоса. – Ходил себе, гудел свои мелодии. Я ему сказала, чтоб он никуда не девался, посидел в тепле, и что я быстро схожу на обход периметра. А когда вернулась, то обнаружила распахнутую дверь, полный разгром и тебя на выходе.

Мы выждали на морозе еще минут пятнадцать для верности, чтобы окончательно убедиться, что эльфийские рейнджеры действительно развернулись и не приедут с внезапной проверкой. Убедившись, что лес спокоен, мы вдвоем направились обратно к ее бункеру.

Зайдя внутрь, мы сразу же принялись внимательно осматриваться. Красный аварийный свет Наира уже выключила, теперь помещение освещалось обычными лампами, и масштаб погрома предстал во всей красе.

Я медленно шел по комнате, стараясь не наступать на осколки стекла и рассыпанные травы, а взгляд то и дело цеплялся за мелкие детали на полу. Присев на корточки возле опрокинутого стеллажа, я всмотрелся в грязные разводы на светлом линолеуме.

Перед глазами тут же вспыхнули полупрозрачные уведомления:

[Эльф,??? 20 минут назад]

[Бу,??? 20 минут назад]

– Здесь кто‑то был, – выдал я, поднимая голову. – Следы не твои, смотри.

Я указал пальцем на едва заметный грязный отпечаток подошвы, который отпечатался прямо поверх рассыпанных щепок и мелких осколков стекла.