Пробуждение Хаоса. Том 2 (СИ), стр. 11

К сожалению, им не повезло. И потому, дойдя до ближайшего небольшого леса, они нашли уютную полянку, на которой и было решено остановиться и заночевать. Правда, Сарефа несколько смутило то, что с наступлением темноты Жёлтая Категория безопасности упала до Оранжевой. Это было крайне странно, раньше категория зависела от конкретного места и от дальности к населённым пунктам, но никак не от времени суток.

Йохалле и Ангреаш развели костерок, установили на него котёл и принялись варить кашу. Эмиль дремал, прислонившись к дереву и уронив голову на грудь… но тем не менее, как заметил Сареф, его правая рука находилась около пояса… откуда он моментально мог сделать выпад клинком, который за секунду появится в его руке. Сам же Сареф, сев к другому дереву, вызвал Системное окно и принялся изучать умение Призыв Демона. Его до сих пор беспокоило то, что сказал им Сиреневый Феникс. Если Сареф настолько разогнал своё здоровье, что готов был подставляться под урон ради активации Зеркала Боли — перераспределение урона с хилереми уже не выглядело таким привлекательным.

— Я не думаю, что вам нужно отказываться от этой способности, хозяин, — тут же заявил Хим, который всё это время просидел в голове Сарефа, совершенно не привлекая к себе внимания. Вероятно, дело было в том, что сейчас, с детьми Эмиля Хим наглядно увидел, каким бывает детство у обычных детей, и теперь явно осмысливал то, чего он сам был лишён, — плевать, что говорил Сиреневый Феникс. Это для меня самый надёжный способ защитить вас.

— Да дело не только в Фениксе, — пожал плечами Сареф, — помнишь, как мы наткнулись на Мёртвого Короля воров, ещё когда шли на Рубинового Паладина? Он использовал на меня какую-то технику выравнивания уровня здоровья… и из-за этого мы тогда получили в два раза больше урона на пустом месте. Раньше это был полезный инструмент, Хим, спору нет. Но сейчас — нужно развиваться дальше.

— Что толку об этом спорить, хозяин? Пунктов Развития у вас всё равно нет, если только вы…

Неожиданно Хим замолчал. Мало того, Сареф почувствовал, что в его хилереми нарастает тревога.

— Хим, что с тобой? — с беспокойством спросил он.

— Не знаю, хозяин, — ответил хилереми, — но… я чувствую угрозу… сильную угрозу… к нам что-то движется…

Сареф очнулся, убрав Системное окно и оглядывая своих спутников. Ангреаш и Йохалле хлопотали над котелком, Эмиль всё так же дремал… однако 3 секунды спустя он поднял голову и уставился во тьму. А секунду спустя и Йохалле тоже посмотрел в эту сторону…

— Ты это тоже… — начал было Сареф.

— Спокойно. Не двигаемся, — тихо и медленно сказал Йохалле, — Сареф, Эмиля в Тёмную Фазу, меня в Силовое Поле, Ангреаш — в дым и на дистанцию… БЫСТРО!!!

Дважды повторять не пришлось. Сареф молниеносно выполнил этот приказ, накинув на Йохалле защиту, а сам стал тёмным сгустком, который унёсся в сторону, захватив с собой Эмиля. И когда их разумы на мгновение соприкоснулись, Сареф уловил его чувства. Горечь величайшего в жизни поражения, которое до сих пор его не отпустило… тем не менее, разбавленное чувством сильной надежды, ведь ему было ради чего и ради кого жить дальше…

Ангреаш чуть запнулся… но всё же принял дымную форму и улетел в сторону. И в этот момент на их полянку прыгнуло… ЭТО.

Это оказалось огромным, под два метра длиной отвратительным зелёным слизнем, который мало того, что в прыжке ревел столь омерзительно, что, казалось, из ушей вот-вот пойдёт кровь, так он ещё и умудрился забрызгать всю их поляну толстым слоем вонючей слизи, которая разъедала всё, с чем вступала в контакт.

Монстр был крайне удивлён, что на полянке почти никого не осталось — и всё же он бросился на Йохалле, который казался ему лёгкой и беззащитной добычей. Он вгрызался своей зубастой пастью в защиту… но никак не мог добраться до такого живого и вкусно пахнущего тела.

Эмиль же, едва они с Сарефом материализовались, вызвал свой клинок в ножнах и, ударив большим пальцем левой руки по цубе, вытащил катану, заряженную стихией молний — и направил этот поток в слизня. Сареф готов был поклясться, что такой мощный вал должен был если не испепелить монстра, то, как минимум, выжрать ему половину здоровья. Однако, к его удивлению, молнии оказались далеко не так эффективны. Да, они отбросили слизня от Йохалле… но и только. Казалось, что этот монстр не понёс вообще никакого урона.

Едва слизень оказался отброшен, как Сареф отменил Силовое Поле — и Йохалле отпрыгнул к ним.

— Что это ещё за дрянь? — спросил Сареф, — и как она смогла подобраться так, что даже мы едва не проморгали нападение?

— Не знаю, — мрачно ответил Йохалле, — но есть у меня предчувствие, что эта тварь доставит нам даже больше проблем, чем Сиреневый Феникс…

Глава 1.8

Не дожидаясь, пока слизень отойдёт от оглушения, вызванного молниями Эмиля, Йохалле на пробу кинул своё самое мощное умение. С рыком он поднял перед собой руки и сотворил разрывающее движение. В то же время на боку слизня появилась такая же рваная рана, из которой хлынул поток слизи. Однако всего секунду спустя эта рана закрылась, словно её и не было. А слизень с невероятной скоростью заскользил в их сторону.

Ситуация была не самая благоприятная. Ангреаш в этом бою был вообще почти бесполезен, потому что он был бойцом-рукопашником, а вступать в рукопашную схватку с этой мерзостью было плохой идеей по самым очевидным причинам. Более того, здесь, на открытом пространстве он не мог задействовать свою технику хождения по стенам — и потому набрать дистанцию и безопасно атаковать врага с неудобных позиций тоже не мог. Да и у всех остальных вариантов было не то, чтобы очень много.

Сареф и Йохалле бросились вперёд. Тёмный эльф с Глазом Снайпера метал в слизня бумеранг, который постоянно вешал на монстра метку и оглушал его. Оглушение длилось всего половину секунды, но даже это было много для такого неожиданно прыткого врага.

Сареф попытался было использовать на слизня Дробящую Темницу… и верное умение, действительно, заключило его в силовую клетку и даже смогло его остановить, медленно сжимая монстра внутри себя. Но проклятый слизень невероятно быстро разобрался, что с ним происходит — и просто перестал барахтаться, замерев и терпеливо ожидания, пока клетка его отпустит.

Впрочем, здесь атаку подхватил Эмиль. По знаку Сарефа выждав момент, в который должно было окончиться умение, он снова убрал катану в ножны, ударил большим пальцем по цубе клинка — и в следующую секунду выхватил катану в потоке холода. После чего вонзил клинок в землю — и к слизню направилась целая борозда клинков, заряженных ледяной стихией. И когда они добрались до монстра, то подбросили его вверх… некоторые даже проткнули его, но проклятая тварь владела своим телом просто на каком-то фантастическом уровне. В итоге, жертвуя несколькими ранами, слизень сжался и, используя несколько клинков как своеобразный трамплин, совершил прыжок в сторону и, плюхнувшись на землю, снова заскользил к ним.

— Хозяин, может быть, я могу… — начал было говорить Хим в его разуме.

— Нет, — рыкнул Сареф, — нас и так четверо против него одного. Если нас будет слишком много — мы только будем друг другу мешать!

Согласившись с этим решением, Хим перевел Сарефа в режим Одержимости, даруя ему лишние Параметры. Хотя пока в этом было мало толку: возникало ощущение, что у проклятого монстра, минимум, 90%-ное сопротивление любому урону. Хотя атака Эмиля нанесла ему хоть какие-то повреждения. Возможно, мелькнула у него догадка, дело было как раз в Потусторонней Погибели, которую Эмиль предусмотрительно повязал себе на руку. Одним только своим внешним видом тварь буквально кричала, что совершенно чужда этому миру, не здесь она родилась, не здесь выросла… но при этом каким-то невероятным образом отлично понимала, что ей здесь нужно.

Ещё пара минут попыток нащупать слабое место твари. Сареф попытался было прошить слизня при помощи молний из Барелема — но монстр в момент поражения прижался к земле — и было такое ощущение, что он просто пропустил весь снаряд в землю, и его тело снова не понесло никакого урона. Йохалле, подгадав удачный момент, выдал свою огненную молнию, которая даже подожгла слизня… Но в этот момент его кожа выбросила огромное количество слизи, которая моментально погасила пламя. Сареф попытался было наложить на монстра Полиморф, и у него это даже получилось, слизень на целую секунду превратился в самого омерзительного, склизкого и уродливого поросёнка во всей Системе. Вот только дальше были те же самые атаки, Эмиль заряжал свои удары уже и огнём, и холодом, и молниями, и ядом. Последнего ему, кстати, вообще не следовало делать, потому что слизень охотно поглотил весь яд и нивелировал даже тот немногочисленный урон, который они умудрились ему нанести.