Возрождение клана (СИ), стр. 38

Это был весьма волнительный момент, но моя маскировка еще никогда меня не подводила, а потому я даже не подумал нервничать, хотя в груди все равно что-то предательски сжалось.

Стражник тем временем поднёс артефакт к моей груди, сразу после чего на несколько мгновений я почувствовал лёгкое покалывание, словно тысячи крошечных иголочек коснулись моей кожи, однако это ощущение практически сразу сошло на нет, а потом артефакт вспыхнул тусклым зелёным светом, на что охранитель удовлетворённо кивнул, и отступив в сторону сказал:

— Порядок! Шесть зеленых колец, проходи.

Тихонько выдохнув, я направился к ближайшим вратам, где подошел к смотрителю — пожилому гному с длинной седой бородой, заплетённой в несколько тугих косичек, который сидел на складном стульчике у одной из арок, лениво протирая свои очки краем грязной тряпки, и требовательно сказал:

— Мне нужно в Кирут.

Гном поднял на меня свою седую голову, подслеповато посмотрел на меня, а потом с сомнением в голосе переспросил:

— В Кирут, говоришь? Весьма проблемное сейчас направление… Из‑за недавних событий порталы туда работают с перебоями, и скорее всего придётся тебе ждать дольше обычного, а значит, и платить за простой врат тоже придётся тебе. Такой порядок.

— Мне плевать на цену, — нетерпеливо ответил я, и еще раз потребовал: — Открывай!

Гном пожал плечами, после чего отложил свои очки в сторону и поднялся на ноги с неожиданной для его возраста лёгкостью. После этого он подошёл к арке, положил руки на её поверхность и начал водить ими по едва заметным рунам, которые тут же тускло засветились.

— Странно, — сказал он наконец, когда портал наконец замерцал ровным, спокойным светом. — В последние дни обычно приходится по нескольку десятков раз пробовать, прежде чем получится, а тут с первого раза… Видимо, удача тебя любит, парень…

— Это точно, — согласился я, протягивая ему одну филку шестого круга, что должно было с головой хватить за перенос до Кирута.

Гном удовлетворенно кивнул, и отойдя в сторону сказал:

— Проходи, но будь осторожен! Поговаривают, что в Кируте сейчас очень неспокойно… Я слышал даже такой слух, что кто-то посмел напасть на самого Торвина, и теперь никого из дома Грознар больше не видно, из-за чего местные охранители ходят сами не свои.

— Спасибо за предупреждение, — ответил я, после чего глубоко вздохнул и шагнул в сияющую арку.

Спустя несколько мгновений я оказался на портальной площади Кирута, и первое, что я почувствовал, была тишина.

Только это была не та тишина, которая бывает в безлюдном месте… Это была та тишина, которая устанавливается после какого-то большого потрясения.

Я ожидал, что после исчезновения Торвина и его приближённых город будет бурлить, как растревоженный улей, что враждующие группировки, узнав о смерти главы дома Грознар начнут делить его наследство, и на улицах будет очень неспокойно, но вместо этого город замер.

Его жители как будто боялись, что любое неосторожное движение может обрушить на него новые, куда большие беды, а потому ходили с опущенными головами, стараясь не взаимодействовать друг с другом, и даже обычно громогласные торговцы молча сидели около своих лавок, и сверлили каждого проходящего настороженными взглядами.

Проверка на выходе из портальной зоны была скорее формальной — охранители лишь мельком глянули на мои кольца, после чего пропустили меня на территорию города без лишних вопросов.

Я конечно мысленно удивился такому наплевательству, но благоразумно не стал ничего спрашивать и быстро зашагал по знакомым улицам, иногда сверяясь с картой, и уже через пол часа был около здания, в котором располагалось убежище Алрика.

Когда я зашел внутрь, то сразу же увидел своего недавнего боевого товарища, который сидел на единственном стуле в центре пустой комнаты, при свете тусклого магического светильника, и точил свой меч, которым он совсем недавно убил Торвина и Грогара.

Судя по блеску его лезвия — это было не то чтобы необходимым занятием, однако он упорно продолжал водить по нему точильным камнем, словно это помогало ему успокоить свои мысли.

Посмотрев чуть в сторону, я увидел, что рядом с Алриком стоял небольшой рюкзак, туго набитый вещами, что лучше любых слов мне сказало о том, что он собрался в дальнюю дорогу, и ждал только меня.

— А, Кейрон, — сказал он с легко читаемым облегчением в голосе, поднимая голову. — Я рад, что ты и правда не стал задерживаться, потому что каждая лишняя минута нахождения в этом городе меня угнетает…

— Я же тебе обещал… Пойдем? Или у тебя тут есть еще не законченные дела? — спросил я у него, на что он криво ухмыльнулся и сказал:

— Я бы с радостью прикончил еще парочку десятков местных говнюков, но что-то мне подсказывает, что сферы это не потерпят… А потому пошли. Доберёмся до Финнегана к середине ночи, если не будем задерживаться.

Выбравшись из убежища, мы двинулись к окраинам города, где находились бедные кварталы, в которых дома стояли практически вплотную друг к другу, и были настолько ветхие, что, складывалось стойкое ощущение, что они развалятся от первого же порыва ветра.

Если раньше я думал, что центр города грязный, то попав сюда — я познал, что-то были еще цветочки… В том месте, куда меня привел Алрик невероятно узкие улочки просто утопали в грязи, а пахло здесь так как не пахло даже в деревенском сортире…

Из многочисленных открытых окон доносились пьяные крики и звуки ссор, которые иногда разбавлялись отчаянным плачем детей, до которых никому не было дела… Моему проводнику тоже было крайне некомфортно здесь находиться, а потому он шёл очень быстро, не оглядываясь, и мне приходилось очень постараться, чтобы не только от него не отставать, но еще и не упасть в многочисленные, очень подозрительно выглядящие лужи.

— Сюда, — наконец сказал он, сворачивая в очередной переулок, и спустя несколько минут мы вышли к открытым городским воротам, перед которыми было слишком много охранителей для такого времени суток. Они пристально вглядывались в лица прохожих, ощупывая их взглядами, и от этих взглядов я поёжился, на что Алрик сказал:

— Спокойно, мы не те, кого они ищут.

Мне была непонятна его уверенность, но вот же удивительное дело… Он оказался прав! Когда мы приблизились к охранителям, то удостоились только нескольких быстрых взглядов, а потом один из охранителей лениво махнул нам в сторону ворот, после чего отвернулся в сторону своих товарищей…

Практически сразу за воротами начался лес, который был сначала редким, и состоял преимущественно из низкорослых кустарников и чахлых деревьев, но уже через пол километра он начал становиться всё гуще и гуще, пока через час мы не оказались в самой настоящей чаще, где даже в полдень царил полумрак.

— Мы еще не заблудились? — поинтересовался я у своего проводника, когда мы свернули на едва заметную тропинку, которая вилась между корнями старых деревьев, на что он тут же ответил уверенным голосом, даже не думая сбавлять шаг:

— Можешь не переживать, Кейрон… Я бывал здесь много раз и найду дорогу с закрытыми глазами. А тропинка в таком состоянии, потому что в это место даже местные лесники лишний раз не заходят.

— Чем же оно так страшно? — спросил я, стараясь не споткнуться об очередной корень, на что Алрик усмехнулся и ответил:

— Слухами, чем же еще… Говорят, что здесь водится целая куча призраков. Якобы в старой штольне кто‑то заживо похоронил целую семью, и теперь их души бродят по округе, пугая запоздалых путников, хотя на самом деле это просто старая заброшенная штольня, где когда‑то добывали руду, и забросили еще до того момента, как Кирут стал рабовладельческим центром.

Таким образом мы прошли еще около часа, и в конце концов вышли к небольшому оврагу, дно которого терялось где-то в темноте. Я думал, что мы его сейчас обойдем и отправимся дальше, однако Алрик остановился на его краю, после чего указал рукой вниз и емко сказал: