Игра в мафию, стр. 2

И это было еще далеко не все. Перчатки, носки, обувь – все это было черным, а в ботинках армейского типа были помещены стельки чуть ли не двадцати сантиметров толщиной. По всей внутренней поверхности была проложена губка, явно с намерением лишить возможности угадать размер ноги в обуви, казавшейся раза в полтора больше реального. При такой продуманности различить участников казалось абсолютно невозможным. Только голос, который был сформирован размещенным внутри маски преобразователем, отличал говорящего от других.

Все еще очень живы были воспоминания о минувшей неделе, которую Минчжу провела среди совершенно одинаково одетых участников, носивших совершенно одинаковые маски и на вид обладавших совершенно одинаковым телосложением. Неизвестно, кто есть кто, лица скрыты – именно это создавало ощущение того, что те дни прошли в каком-то хаосе.

Минчжу надела маску и взглянула в зеркало. Казалось, на нее смотрит не она сама, а совсем другой человек. То самое «чужое лицо», которое она видела в течение всей прошлой недели. Надев выданные ей часы, женщина открыла дверь раздевалки, перед которой уже ждала сотрудница с висящим на руке золотым детектором.

– Вы закончили переодеваться? Позвольте, ради соблюдения безопасности я проверю.

В прошлый раз была такая же процедура. Минчжу кивнула, а женщина, досконально пройдясь детектором по всему телу, пригладила одежду и завершила досмотр. Затем тот самый сотрудник с привлекательной внешностью проводил ее к месту проведения эксперимента. Оно находилось на втором этаже того же здания. Если на первом этаже сохранялся антураж дома, в котором, согласно снимавшемуся здесь когда-то сериалу, проживала семья, то второй этаж был полностью переоборудован в соответствии с целями эксперимента.

Сразу у лестницы на втором этаже была еще одна дверь. Белая двойная дверь. Прежде чем открыть ее, мужчина сказал, словно вопрошая:

– На месте проведения эксперимента уже ждут другие участники. Как и на первом этапе, вы можете выбрать комнату по своему желанию.

– В прошлый раз мы все заходили в разное время и не пересекались друг с другом. В этот раз тоже? – раздался измененный голос Минчжу, чужой, совершенно незнакомый. Как и на предыдущем этапе – грубый, низкий, мужской. Ей, обладательнице высокого сопрано, тогда показалось удивительным, насколько изменилась тональность. И сейчас ощущения, будто говорит кто-то другой, были не менее странными.

– Да.

– Наверное, поэтому тот, кто в тот раз пришел первым, сказал, что ждал пять часов. Судя по таблице… сегодня, видимо, я первая?

– Да, верно.

– Как не повезло-то.

– Простите. Это вынужденная мера, чтобы скрыть личность каждого участника. Просим вашего понима…

– Да ладно…

Махнув рукой и сопроводив жест раздраженным вздохом, Минчжу прошла в помещение, где будет проходить эксперимент. Сразу бросилась в глаза белая доска на стене слева. В тот раз ее не было…

Сотрудник проводил Минчжу только до двери и вышел. В отличие от предыдущего этапа, не прозвучало никаких вежливых фраз типа «Желаю хорошо провести время» или «Удачи». Возможно, именно это создало определенное ощущение того, что она оказалась в этом замкнутом пространстве, чтобы «подвергнуться» эксперименту.

Помещение занимало площадь около трехсот метров и имело простую планировку. На чертеже оно выглядело бы как большой четырехугольник. Разделить по горизонтали пополам да сверху дорисовать восемь маленьких четырехугольничков на небольшом расстоянии друг от друга – вот и вся структура. На этих четырехугольниках, служащих комнатами участников эксперимента, привешены номера – от одного до восьми. Комнатки не более десяти метров каждая, но зато между ними был оставлен промежуток порядка метра, так что можно было не беспокоиться о приватности. При всей высоте потолка стены доходили прямо до него. И в окружении комнат находилось пространство, которое могло служить чем-то вроде общей комнаты. Организаторы называли его «лаунж» [2]. А место, которое было отведено для совместного приема пищи, они обозначали как «дайнинг-рум» [3].

Минчжу без особого интереса осмотрела помещение, которое выглядело точно так же, как и на первом этапе эксперимента. Широкое, но разделенное на части, оно при этом казалось каким-то слишком пустым. Возможно, это впечатление усиливалось отсутствием окон. В любом случае пространство было замкнутым, и из него не было возможности выглянуть наружу. По углам все так же располагались камеры наблюдения.

Минчжу выбрала для себя комнату под номером один, которая располагалась дальше всего от входа. Это была комната на противоположной от входа стороне, ближе всего к дайнинг-руму, та же, в которой Минчжу находилась во время первого этапа. С учетом отсутствия каких-либо изменений в организации внутреннего пространства не было смысла менять свой выбор.

Ознакомившись с инструкцией, размещенной возле дверного замка, Минчжу ввела новый код доступа. Несколько раз убедившись, что дверь запирается надежно, она прошла в лаунж. Воспоминания о проведенной в этих стенах предыдущей неделе делали пространство менее чужим. Тогда они играли в «Монополию», «Ручеек», «Скажи правду». Помнится, тогда по углам лежали всякие настольные игры… Теперь же комната была абсолютно пуста.

Интересно, чем они будут заниматься в этот раз? Ей было непонятно, что может дать организаторам сидение участников над настольными играми. Это все называется экспериментом, посвященным «анонимности», и невозможно было догадаться, в какой момент будут результаты. Интересно, это так задумано?

Безусловно, это не то, что Минчжу полагалось знать. Ведь, как ни крути, стоит закончиться эксперименту, ей на счет упадет пятьдесят миллионов вон. Максимум за месяц она получает пятьдесят миллионов! О чем еще тут стоит беспокоиться! Размечтавшись о вариантах, на что она потратит эту сумму, Минчжу тихонько улыбнулась. Все равно маска не передает эмоций.

Прошло около получаса, когда раздался звук открывающейся двери. В помещение вошел еще один участник, выглядевший абсолютно так же, как Минчжу: серый комбинезон, та же маска и перчатки, полностью скрывающие руки.

Мёну́ спросил у провожавшего его сотрудника, можно ли пройти, и зашел в помещение, где будет проходить эксперимент.

За дверью открылось абсолютно белое пространство. Или нет, это вроде называется цветом слоновой кости. Он так и думал, что пространство будет, скорее всего, таким же, как на предыдущем этапе, но первым делом Мёну охватило тягостное чувство. Будто он втайне желал, чтобы хоть что-то выглядело иначе.

Он вышел из дома не позавтракав, и в животе урчало. Мёну спросил у сотрудника:

– А нет ли чего-нибудь перекусить? В тот раз, помнится, в дайнинг-руме было много всего… – И тут же, чтобы не произвести впечатление выскочки, добавил: – Просто я сегодня не позавтракал.

– В дайнинг-руме всегда будет приготовлен перекус, но пока прибыли не все участники, ничего брать нельзя. Может, подойдет что-то из нашего?

– Буду очень признателен.

– Хорошо.

Сотрудник вышел, и дверь автоматически закрылась. Мёну почувствовал себя отрезанным от внешнего мира.

Он прошел в лаунж и взрогнул от неожиданности. На часах было только десять, и он думал, что будет первым, но в помещении уже находился человек. Кто-то в точно таком же облачении нагло восседал на диване, будто у себя дома.

– Добро пожаловать, – поздоровалась маска. Измененный голос звучал грубо и был очень низким, наверняка мужчина. Это тот участник, который ему так не нравился на первом этапе эксперимента. Удивительно надменный человек с резким характером, к которому никак не получалось почувствовать расположение.

– Здравствуйте! – Измененный голос Мёну представлял собой нечто среднее между мужским и женским, так что невозможно было определить его пол. Может, подойдет слово «бесполый»?