Инструкция по применению (СИ), стр. 28
— Спите, болванчики? — прошептала она едва слышно, и в её голосе проскользнула насмешка, — Спите-спите…
Она провела тыльной стороной ладони по носу, будто утирая его, отвернулась и бесшумно, словно кошка, направилась к двери склада.
А я стоял и переваривал происходящее, матерясь про себя всеми известными словами.
Потому что ситуация была хуже некуда.
Эта мелкая, наглая взломщица уже возилась с дверью склада. Её магическая отмычка светилась в темноте тусклым фиолетовым огоньком, и через несколько секунд замок щёлкнул. Она приоткрыла дверь, скользнула в щель и исчезла в мастерской.
А я остался стоять, глядя на закрывшуюся дверь, и чувствовал, как внутри меня закипает раздражение.
Ну вот и что мне теперь делать? Попытаться объяснить ей, что я не тупая глиняная болванка, а живой человек, запертый в этом уродском теле⁈
Даже не смешно…
Я прокручивал в голове варианты развития событий, и каждый был хуже предыдущего.
Если Мортаз проснётся и поймает девчонку — начнётся такой кипишь, что мне точно не сбежать! Хвостатый поднимет тревогу, вызовет стражу… Да даже если и нет — поймав воришку, хвостатый устроит допрос, проверку, и сегодня мне свалить точно не удастся!
Если же она сделает своё «чёрное дело» и свалит так же тихо, как пришла — хвостатый утром обнаружит взлом. И тогда точно усилит защиту. Поставит новые заклинания на окна и двери… Да даже пофиг на это — придётся ждать, пока она закончит, и хрен знает, сколько времени ей понадобится на всё про всё!
Не могу же я просто выйти и прошествовать мимо неё…
В любом случае — время уходит! И получается, что бежать нужно прямо сейчас! А теперь и времени на сборы толком нет…
Я слегка напрягся. Нажал на внутреннюю пружину, которая позволяла перехватить контроль — тело мгновенно отозвалось и я сделал осторожный шаг вперёд. Подобрался к двери склада и прислушался.
Из мастерской доносились тихие шорохи. И голос — едва слышное бормотание.
— … ну где же… он точно должен хранить их здесь!
Я осторожно приоткрыл дверь — ровно настолько, чтобы выглянуть за неё одним своим мутным кристаллом… Тьфу ты, то есть глазом!
Девчонка стояла у дальнего стола, рядом с тем самым шкафом, где хвостатый хранил свои чертежи.
Книга — та самая, что служила рычагом — была повёрнута. Подсвечник тоже.
Ого, а воришка-то не из мягкой глины слеплена! Получается, знала заранее, что и как искать?.. Интересно…
Девчонка замерла перед шкафом в замешательстве.
— Так… книга, подсвечник… а дальше-то что? — прошептала она, водя пальцами по деревянной панели, — Что-то с полкой нужно сделать?
Так, и что теперь? Если я просто выйду — будет шум… Надо дождаться, чтобы она либо убралась, либо проникла в тайник, и сразу же валить! Хрен с ними, с запчастями и чертежами, разберусь! Второго шанса у меня может и не быть…
Кто же знал, что в следующий миг всё пойдёт… Не так.
Девчонка нажала на что-то — не знаю, на что именно, может, на неправильную панель, может на нужную, но не в том порядке… Но факт — на полке шкафа что-то вспыхнуло!
Мастерскую озарило ярко-голубым светом — настолько сильным, что мои кристаллы-глаза на пару секунду ослепли. А следом раздался короткий, отрывистый вскрик.
А потом девчонка закричала по-настоящему… Пронзительно, высоко и визгливо…
Свет исчез и я увидел, что воришка стояла на коленях, сжимая правую руку. Вернее — то, что от неё осталось…
Кисти не было. Вместо неё из куртки торчала культя, из которой хлестала кровь. Тёмная, почти чёрная в тусклом свете, она заливала пол, стол, чертежи… Девчонка зажимала рану грязной тряпкой — откуда только выхватила? — и издавала сдавленные, гортанные звуки. Не стоны даже, а какое-то звериное мычание сквозь стиснутые зубы.
А затем снова заорала.
— А-а-а-а-а!
И в тот же миг где-то в глубине дома раздался грохот.
Хвостатый проснулся.
Я слышал, как он ругается, как что-то опрокидывает, как его тяжёлые шаги — и шарканье хвоста по полу — приближаются к мастерской.
Времени не осталось. Совсем…
Девчонка тоже услышала это и даже через боль, с ужасным увечьем попыталась бежать.
Она рванула обратно к складу, но почти сразу споткнулась — потеря крови, шок, перекошенное от боли лицо… Она тут же вскочила, а я рванул обратно на своё место.
Чувствую, сейчас у меня выдастся шанс свалить… Без разницы, удерёт ли она, или Мортаз её поймает…
Дверь распахнулась, и девчонка пробежала мимо, надеясь добраться до окна — но тут стальной голем, стоявший справа от меня, ожил.
Я даже не заметил, как это произошло… Металлическая туша, которая несколько часов простояла без движения, теперь двигалась очень быстро.
Стальная рука — тяжёлая, с кистью, похожей на крабью клешню — метнулась вперёд и схватила девчонку чуть выше локтя. Пальцы сомкнулись, сдавили, и из раны с новой силой хлынула кровь.
— А-а-а-а! — заорала воришка, дёрнулась, попыталась вырваться — но куда там…
Голем даже не шелохнулся. Он стоял как монумент, держа девчонку и его кристаллы-глаза — мутно-синие, в отличие от моих — тупо смотрели в пустоту.
А в следующую секунду дверь склада распахнулась с такой силой, что ударилась о стену.
На склад влетел Мортаз.
В одной рубахе, без штанов (о, а где его причиндалы⁈), без привычного камзола и трости. Чешуя на его лице блестела, хвост метался из стороны в сторону, а глаза — жёлтые, с вертикальными зрачками — горели яростью.
— Тварь! — заорал он, увидев девчонку, — Мелкая воришка!
Девчонка, цепенея от боли, сумела-таки сунуть здоровую руку в карман куртки. Она рывком вытащила оттуда маленькую стеклянную склянку с мутной зеленоватой жидкостью.
И с размаху швырнула её в лицо Мортазу!
Вот это экшен!
Ваятель даже не попытался увернуться — просто взмахнул хвостом, и костяной нарост на конце встретил склянку в полёте.
Звякнуло стекло, осколки посыпались на пол…
А вокруг Мортаза мгновенно образовалось облако.
Зелёное, густое, и наверняка едко пахнущее — запаха я не чувствовал, но Мортаз сразу закашлялся, схватился за горло. Его глаза мгновенно заслезились, чешуя потемнела, а изо рта пошла какая-то пена.
— По… проклятье… — прохрипел он, пытаясь сделать шаг назад, но ноги не слушались, и он упал на колени, — Ты… дрянь… это… Ночной… цветок…
Но даже под действием этого газа он успел выставить вперёд руку с браслетом.
— Големы! — прорычал он сквозь кашель, — Убить её! Убить!
Приказ прошёлся по мне словно молот по наковальне — но я не собирался ему подчиняться, и почти мгновенно разорвал плетение.
ПШИК!
Один из кристаллов на браслете Мортаза лопнул и от него поднялась струйка дыма…
А вот стальной голем, до этого просто державший девчонку за руку, мгновенно переключился на новую задачу. Его вторая рука взметнулась вверх и сомкнулась на горле взломщицы.
Она захрипела, дёрнулась. Голем поднял девчонку над полом и её глаза вылезли из орбит.
И я понял — всё. Сейчас она умрёт. Прямо передо мной! Шестнадцатилетняя девчонка, которой вырвут горло!
Я мог бы свалить.
Мортаз валялся на полу, корчась и задыхаясь, двери были открыты, никакой охраны не было… Я мог бы просто развернуться, перешагнуть через ваятеля и исчезнуть в ночи — и никто бы меня не остановил!
И это был бы самый разумный поступок в моей глиняной жизни.
Но вместо этого я шагнул вперёд, врубая режим «овердрайва», прорываясь за пределы стен, ограничивающих мой разум.
Тело отозвало мгновенно.
Одним движением — быстрым, как тогда на арене, я оказался рядом со стальным големом, по пути подхватив упавший инструмент воришки.
Миг — и штырь врезался под нажимную пластину у плечевого шарнира моего собрата…
Щёлк!
Рука стального голема отделилась от корпуса и повисла на пальцах, всё ещё сжимающих горло девчонки. Но хватка ослабла — управляющие линии были отключены вместе с сочленением.