Правила волшебной кухни 6 (СИ), стр. 33
Эта же Венецианка была холодной и черноволосой. Да и лицо! Даром что в карнавальной маске, но что же это я? Свою собственную Венецианку не узнаю?
— Твою-то мать, — выдохнул я. — Это вообще как так-то?
Я подошёл и потрогал раму. Старая, деревянная, с искусной резьбой, но всё равно — другая. Другая Венецианка, не моя, не та, которую я просил переехать в новый зал, а новая и непонятно откуда взявшаяся!
— Артуро! — тут раздался голос Джулии за спиной. — Ты чего тут так долго возишься? У нас ЧП! Посудомоечная машинка стала плохо работать! Смотри, вернула мне грязный бокал! Прямо с остатками помады чьей-то! Ты посмотри-посмотри!
Я обернулся посмотреть на бокал, но не успел оценить степень загрязнения. Проследил лишь за тем, как он выскальзывает из рук кареглазки, падает на пол и разбивается вдребезги.
— Да ладно⁈ — широко-широко распахнув глаза сказала Джулия. — Их что, теперь две⁈ — а затем, кажется, вывихнула челюсть.
— Ага, — кивнул я. — Вот и я думаю, что это замечательно. Теперь в каждом зале будет своя Венецианка. Гармония, симметрия, все дела.
Вернувшись на кухню, я конечно же думал о картинах и их природы.
Две Венецианки. Две звезды, две светлых повести. Одна тёплая, другая холодная, день и ночь, огонь и ледышка. Надеюсь только, что они не размножаются со скоростью открываемых мною заведений, а то ведь так и до беды недалеко. Будут появляться в каждом ресторане, и что мне потом с ними делать? Эдак обесценятся ведь!
А хотя… есть одна мыслишка.
Отложив нож, я снова вышел в зал и подошёл к Венецианке номер раз. Посмотрел ей прямо в глаза, а потом взял и вытянул вперёд проклятую руку.
— Смотри, что у меня есть, — сказал я. — Видишь вот эту штуку, а? Она призрачные корабли обращает в бегство, и туман разгоняет, так может… испугаешься, а? Может, на тебя тоже подействует?
А в ответ тишина. Венецианка смотрела на мои зловещие татуировки с явным равнодушием. Ни испуга, ни интереса, ни намёка на то, что она вообще что-то заметила. Плевать ей было на чёрную метку.
— Ну ладно, — я засунул руку обратно в карман.
На других аномалиях работало, а вот на ней почему-то нет. Ну… как минимум я попытался, верно?
С момента старта социальной программы, мы с кареглазкой открывались на час раньше. Ну… чтобы успеть обслужить всех бездомных. И потому стоило мне лишь щёлкнуть замком, как в зале появился первый гость. Джонни.
Вот только совсем не тот Джонни, которого я запомнил! Конкретно этот был мытый, бритый, аккуратно причёсанный и одетый в новое модное пальтишко, которое на мой вкус было ему чуть великовато, но… в любом случае разница — небо и земля!
Вот только почему-то, не смотря на все свои чудесные преображения, мой любимый бездомыш выглядел грустным. Взгляд в пол, плечи висят, губы дрожат.
— Синьор Маринари, — сказал он и тяжко-тяжко вздохнул. — Вот… пришёл к вам в последний раз. Прошу вас, дайте чего-нибудь поесть. Хоть каши. Хоть хлебных крошек, я съем всё что угодно. Я верю, что ваша божественная пища поможет мне провернуть многомиллионную сделку, я чувствую это. Не знаю почему, но после вашей еды мысли становятся яснее, а идеи ярче…
— Это да, — кивнул я. — Вот только… а почему ты пришёл ко мне в последний раз, Джонни?
Бездомный посмотрел на меня с удивлением. С искренним и настоящим, как будто бы я только что на полном серьёзе начал утверждать, что корова зелёная, а трава говорит «му».
— Как? — ахнул Джонни. — Вы что, не знаете?
— Не знаю о чём? Не томи, пожалуйста.
— Синьор Маринари! — схватившись за сердце, Джонни чуть отшатнулся. — Да как же так⁈
— Рассказывай уже!
— Сегодня утром префект отменил закон, — сказал он. — Тот самый, по которому вы должны были кормить бездомных за счёт города. Город больше не платит, синьор Маринари.
— Так. А вот с этого момента поподробней…
Глава 15
— Сегодня утром, — грустно повторил мне Джонни. — Я как обычно смотрел местные новости в магазине электроники, и там передали что «в связи с техническими сложностями и перерасходом бюджета» программа приостановлена. А один диктор, хмурый такой, добавил, что это было сделано после того, как ресторан накормил семьсот восемьдесят пять котов.
— Ага, — я почесал в затылке. — Значит, всё-таки просекли. А жаль, прибыль-то шла хорошая. И баню с лихвой покрывала, и мне тут кое-что по мелочи…. Ладно! Джонни, отставить кашу!
— А хлебные крошечки хотя бы?
— Крошечки отставить тем более! Соберись, Джонни!
— Куда?
— Просто соберись! И скажи мне, что бы ты заказал, если бы у тебя были деньги?
Джонни оживился. Глаза загорелись, плечики расползлись в стороны, и на лице просияла первая за сегодня улыбка.
— О-о-о, — мечтательно протянул он. — Если бы у меня были деньги, то я бы заказал лососину на гриле с овощами-гриль. И ризотто с трюфелями. Только с белыми! И чтобы с настоящими, синьор Маринари, а не этой пережёванной штукой из баночки. И ещё карпаччо с пармезанчиком, рукколой и каплей кунжутного масла в добавок к оливковому. И пасту с лангустинами. А на десерт взял бы тирамису. Да, определённо тирамису.
Тут Джонни перевёл дух, закрыл глаза и сказал:
— А ещё брускетты с анчоусами. Три штучки. Мечта-а-а-а…
— Ладно, — кивнул я. — Располагайся пока что, сейчас всё будет.
— Подождите! — крикнул Джонни, хватая меня за рукав. — Синьор Маринари, но у меня ведь нет денег! Вообще! Но это только сейчас, синьор Маринари. Я обязательно поднимусь, и вот как только поднимусь, первым же делом съем всё это…
— Не беспокойся, — ответил я. — У меня есть совесть, Джонни. Пока не поднимешься, можешь приходить ко мне и есть бесплатно. Артуро Маринари никогда не отказывается от своих слов! Даже человек, у которого совсем нету денег, может спокойно поесть в моём ресторане.
У Джонни глаза вылезли из орбит. Вытаращившись на меня, он на манер Жанлуки хватал ртом воздух, а потом хрипло спросил:
— В каком смысле?
— В самом что ни на есть прямом, Джонни.
— Но подождите, синьор Маринари. Как это «бесплатно»? А если все узнают, что вы кормите бесплатно? Сюда же придёт целая толпа и… и что тогда⁈ Вы же разоритесь! Вы же закроетесь! И весь город тогда останется без вашей замечательной еды!
— Да брось, — отмахнулся я. — Не будет такого. Потому что те, кто может заплатить, обязательно заплатит. Людям нравится у меня. Им нравится еда, нравится атмосфера и нравится то, что их уважают…
— УВАЖЕНИЕ!!!
— Кто это⁈ — испуганно глянул Джонни в пустой угол, из которого донёсся крик.
— Не бери в голову, — сказал я. — Короче говоря, взрослые вменяемые люди понимают, как и что работают, а потому разорение мне не грозит. Ну а если вдруг что… у меня есть вышибала.
При слове «вышибала» я, конечно же, подумал о сестре. К слову, надо бы позвонить ей на досуге и узнать, как вообще дела. Давненько не забегала.
— Короче говоря, не переживай, Джонни, — резюмировал я. — Наглецов нигде не любят, и аферистов с мошенниками тоже. А нормальные люди всегда сумеют друг с другом договориться.
В целом, мне ведь будет не трудно продолжить социальную программу соло, потому что… ах-ха-ха! Поддержка города и поддержка Города — это очень разные вещи, и думается мне, что я больше склоняюсь к последнему варианту.
Короче говоря, продолжить определённо стоит. Этим бедным людям и так живётся очень плохо. Им и так тяжело. К тому же вот какое наблюдение: до сих пор я не видел ни одного бездомыша, который пришёл бы ко мне в ресторан с пустым взглядом. Все чем-то горят. Все чего-то хотят, и все к чему-то стремятся. Да вон, тот же Джонни по кличке Бизнес!
Кхм… кличку я придумал только что, но не суть. Суть в том, что просто у этих людей сейчас такое положение, в котором самое обычное дело сделать гораздо труднее. Ну какой, к чёрту, бизнес, когда ты не знаешь где тебе переночевать? На минуточку, в Венеции! Там, где отсутствие крыши над головой в ночную пору может обернуться самыми печальными последствиями.