Медоед 10 (СИ), стр. 43

— Ты думаешь, мне это нравится всё⁈ — спросил я.

— О, а вот и они, — произнёс Тиммейт, и из комнаты смотрителя вышли эти двое.

Понурая парочка: огромный Питон и миниатюрная Колонок, уже одетые, но вышли за ручку. Ромео, блин, и Джульетта.

— Я всё решу, — произнёс Питон своей любовнице и набрал воздуха для самых важных в его жизни слов…

Глава 21

Ротация в Калининградском лесу

— Я знаю, кто ты такой, видел с тобой видео, и если у тебя ко мне вопросы, то задавай их мне лично, а её не трожь! — выдал «хвостатый» представитель ликвидатора.

— Вы, товарищ Питон, почему игнорируете моё указание о субординации? Я для кого это всё писал⁈ Внимание, цитирую себя: «За пренебрежение субординацией, грубость и некультурное поведение предусмотрены взыскания, вплоть до изоляции и принудительного прохождения курсов по этике и развитию софт-скиллов».

— Почему ты считаешь, что ты можешь командовать, даже если тебя над нами назначили? — продолжил Питон, сделав шаг вперёд, но я снова достал автомат с колодки, направляя «рогатку» ему в бедро.

— А ты думал, что если тебе деньги платят, то это благотворительность, потому что мы все гордимся, что у нас есть человек с хреном по колено? — спросил я.

— Я свои полмиллиона в месяц честно отрабатываю, — произнёс он.

— С субординацией у тебя что? — спросил снова я. — За нарушение только этого пункта получаешь неделю образовательного курса отеля по распределению в любой город по моему желанию. Как понял?

— Ты чё, правда в своего выстрелишь⁈ — спросил он, смотря на мой автомат.

Точнее, не мой, а Колонка — она же ответственна за всё оружие в отеле.

— Что у тебя за особенность? Ускоренное сокращение мышц? Я тебе не только подстрелю, я тебя, если ты голос разума слушать не будешь, завалю тут и буду самым быстрым стрелком на Диком Западе! — произнёс я.

Вот она проблема с Вернувшимися, хрен кому подчиняются, никого не слушают, считают себя главными героями истории под названием жизнь, и думают что они какого-то хрена бессмертные.

— Не надо, он выстрелит, я видела, как он своих убивает! — проскулила Колонок, потянув Питона за руку.

— Я не боюсь смерти. Я уже умирал, — выдал Питон, посмотрев на девушку. — Если я виновен, то пусть стреляет! Но я умру за руку с тобой.

От чего Колонок изобразила умилительную мину на её заплаканном лице.

— Бля-я… — протянул я. — Хорош, а⁈ Вы ещё целоваться тут начните! Развели, с-сука, Шекспира! Теперь ты, Колонок, цитирую своё же указание. Пункт — организация быта и безопасности в оружейной комнате: в каждом отеле должна быть оборудована отдельная комната для хранения оружия и боеприпасов, ответственность за которую несёт смотритель отеля. Почему я тебя спрашиваю на вахте никого⁈ Почему дверь открыта? Почему оружие твоё в свободном доступе⁈

— Медоед, — произнёс Питон, — ну косячнули мы, ну накажи нас. Но не ори, а⁈ Особенно на девушку.

Ну что с ними делать?..

— Слушай мою команду. Ты, Питон, отправляешься в комнату номер два! Прямо сейчас! Старший лейтенант Григорьева, привести в исполнение и поставить на довольствие сроком на месяц! — выдал я и переспросил: — Что нужно сказать контролёру?

— Пойдём, — произнёс Питон. — Всё нормально.

— Есть, заключить под стражу и поставить на довольствие, — сдавленно прошептала Колонок, и они под ручку пошли к комнате номер два. И прямо возле неё устроили долгий поцелуй, а после чего Питон шагнул в камеру, а Колонок закрыла железную дверь и нажала комбинацию закрытия на табло магнитного замка.

А после подошла ко мне и также сдавленно произнесла:

— Ваше приказание выполнено, старший лейтенант ОЗЛ Колонок.

— Смотри, Вера Павловна. — выдохнул я уже спокойным тоном. — Я видел вероятности событий, когда ты могла остаться жива, но не спасти Питона. Однако ты применила хитрость и спасла ему жизнь, однако погибла сама. Как ты считаешь, он бы для тебя сделал то же самое?

— Да, я не сомневаюсь в этом, — произнесла она.

— В первую очередь, Вер, надо выполнить задание. Это я в ОЗЛ только понял: чем дольше ты живёшь, тем больше вероятность выполнения миссии или минимизации потенциала противника. У тебя же много самопожертвования, для ОЗЛ много. Я не могу тебя уволить, так как ты тут по блату, но и работать с ним в одном регионе я вам не дам!

— Я могу уволиться, — быстро приняла она решение.

— Вот как мы сделаем: ты отправляешься в другой регион и работаешь там, а через полгода я разрешу тебе приехать в Калининград, — произнёс я и вдруг понял, что у меня теперь фамилия тоже Калинин, словно всё меня вело в этот город. Эх, не люблю я такие совпадения…

— Как это «разрешите»? Я свободный человек! — выпалила она, собрав всё своё женское упрямство.

— Вот так это. Отработаешь полгода, потом берёшь отпуск с выездом сюда. Тут вы с Питоном идёте в ЗАГС, если у вас так всё серьёзно, и только в этом случае я разрешаю твоё увольнение и присутствие с ним рядом.

— А если я не желаю больше работать на ОЗЛ? — спросила она. — Особенно с таким токсичным начальником?

— Тогда я посажу тебя в Томский отель ОЗЛ, что в Сибири, и просидишь ты там до тех пор, пока срок твоей секретности не выйдет, — ответил я.

— Вы не сможете, мой папа…

— Твой папа будет рвать и метать, если тебя, дуру такую — убьют, потому, что ты АК оставила в колодке при открытой двери. И к первому, к кому возникнут вопросы, буду я. Поэтому выбор за тобой: либо полгода отрабатываешь в другом регионе, либо сразу в Томск, к волкам и медведям в Сибирь!

— Я лучше полгода. Он дождётся меня! И мы будем вместе! А вам будет стыдно! — произнесла она надув губки, словно кавказская пленница Нина.

— Иди вещи собирай свои и ПМ не забудь сдать! — произнёс я и обратился к Тиммейту: — Колонка отстранить от должности смотрителя, её биометрию с замков аннулировать.

— Сделано. Что-то ещё? — спросил ИИ.

— Волкодаву напиши письмо от меня. Скажи, что мол посылаю к нему девочку на полугодичную стажировку на любую должность. В двух словах опиши ситуацию, — произнёс я.

— Да я ещё и видео приложу. Ещё будут кадровые перестановки? — проговорил Тиммейт.

— Будут. Кто там кляузу на них написал?

— Рысь написала, капитан ОЗЛ Екатерина Алексеевна Морозова.

— Слушай мой приказ, капитану Екатерине Алексеевне Морозовой за бдительность в ходе несения службы и быта объявить благодарность и направить на место службы в солнечный Ханты-Мансийск на должность ликвидатора. Естественно, с северными надбавками.

— Зачем? — не согласился со мной Тиммейт. — Я просто понять хочу.

— Дзен познавать, — ответил я.

— Объясни, пожалуйста, как для тупых, — настоял ИИ.

— Смотри. Была условная баба «М» встречалась с мужиком «П». У них что-то не сложилось, и она докладывает, что тут что-то происходит неладное и неуставное с мужиком «П» и девушкой «К». Я приезжаю и оставляю «П» тут, но в камере у неё под боком. И получается, она победила. Хотя по сути сдала двух своих. А оставлять её тут с «К», даже когда у нас «П» послан куда-нибудь подальше, — это порождать конфликт между ними. Поэтому я их и «развёл» по стране. Через месяц у нас «П» выйдет и продолжит всё движущееся ебать, на ЗАГС он с «К» не согласится, и она снова вернётся в Москву работать.

— Ну, судя по списку контактов с его телефона, ты скорее прав, — поддержал меня Тиммейт.

— Поэтому приказ Рыси на перевод прямо сейчас пиши через ОЗЛ-спецсвязь! — настоял я.

— Сделано, — рапортовал Тиммейт. — И так, Медоед. У тебя было в Калининграде четыре ликвидатора и смотритель. Одного ликвидатора ты посадил, другого отослал, а смотрителя депортировал в Москву. Внимание, вопрос: сколько надо ликвидаторов на Калининград, если его численность почти полмиллиона человек?