"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 57

Вытаскивая банкноту из пачки, Гарри поинтересовался:

– А мешка для нее у вас, случайно, нет?

Молодая женщина улыбнулась:

– Вообще-то, есть. У вас сегодня счастливый день! – Она опустила руку и словно из-под земли извлекла белый пластиковый пакет.

Двадцать минут спустя, поглощая сэндвичи с яичницей и беконом, супруги торжествующе показывали друг другу свои трофеи.

Фрейя достала плоский чайник, расписанный цветами:

– Похоже на работу Клариссы Клифф [38], и он мне очень нравится, – конечно, я купила его не за такие деньги, но кое-что пришлось потратить.

Гарри внимательно осмотрел чайник, любуясь им:

– Да, возможно, ты права, молодец!

– А тебе что удалось найти, дорогой?

– Полицейский значок и вот это! – Он вытащил из пакета картину.

– Боже, какой ужас! – воскликнула Фрейя. – Вообще жуть, фу!

– Забудь о картине, главное – рама! Тебе не кажется, что она прекрасна?

Фрейя неохотно кивнула:

– Да, хорошо, но картина… Она пугает меня.

– Согласен, мне тоже не нравится картина, но рама – точно выгодная покупка.

– Если только ты избавишься от этой жуткой головы, которая на меня пялится! – Она сморщилась.

– Когда вернемся, я сразу вырежу холст и сожгу.

Но, как и во многих других случаях, Гарри не выполнил обещания. Они приехали домой чуть позже одиннадцати утра. Том все еще был в своей комнате – спал, ну кто бы сомневался; наверное, опять полночи просидел перед компьютером, играя в «Фортнайт» или еще в какую-то из новейших игр, которыми он сейчас увлекался. Гарри прислонил портрет к стеклянной стене зимнего сада, пристроенного к кухне и служившего одновременно гостиной и хранилищем для покупок, плюхнулся на диван с очередной кружкой кофе и полчаса смотрел по телевизору гольф, а затем вскочил и начал готовить обед.

При этом он заметил, что их обожаемый кот Джинкс, «спасеныш» из приюта, тоже взирает на картину с подозрением.

– Вот видишь, – сказала Фрейя, заходя внутрь, – Джинксу она тоже не понравилась.

– Напоминает вам обоим вашу мать, да? – поинтересовался Гарри и увернулся, когда жена, ухмыляясь, кинула в него мандарином.

5. 16 сентября, понедельник

Рой Грейс сидел в своем тесном кабинете, развернув вращающееся кресло к окну. Отсюда были видны невзрачные бетонные здания штаб-квартиры полиции Суссекса, расположенные в этой части комплекса, а также часть лужайки и автостоянка. Небо было пасмурным, что соответствовало мрачному настроению Грейса. Прошло всего две недели со дня гибели его сына Бруно, сбитого машиной на магистрали возле школы. Теперь работа стала для детектива-суперинтенданта особенно желанной – все-таки она отвлекала его от горьких мыслей.

Как и много раз за прошедшие дни, он пытался сдержать слезы. Эту борьбу он регулярно проигрывал и сейчас сдал позиции снова. Он достал носовой платок и промокнул глаза. Черт! Почему, почему, почему?.. Еще полтора года назад он даже не подозревал о существовании Бруно. Перед тем как исчезнуть, его бывшая жена Сэнди скрывала от него, что беременна.

Впервые он узнал о Бруно благодаря телефонному звонку друга из мюнхенского Landeskriminalamt [39], или LKA. Марсель Куллен сообщил ему, что женщина, находящаяся в коме после того, как ее при переходе дороги сбило такси, может быть его давно пропавшей супругой Сэнди. И это действительно была Сэнди. Она умерла, а теперь при схожих обстоятельствах погиб и их сын.

Никто не мог объяснить, почему в то роковое утро Бруно оказался на дороге всего через какой-то час после того, как Грейс отвез его в школу. Также непонятно, почему Бруно не заметил машину, ведь водитель, согласно отчету отдела по расследованию ДТП, ехал с соблюдением скоростного режима. Единственная свидетельница аварии, женщина, выгуливавшая собаку, сказала, что мальчик, похоже, был поглощен своим телефоном.

Грейса ужасно печалили предстоящие похороны. К тому же присутствие родителей Сэнди, с которыми он никогда особенно не ладил и которые в свое время подозревали его в убийстве жены, точно не сделает прощание с Бруно менее мучительным.

Он снова промокнул глаза, сделал несколько глубоких вдохов и опять сосредоточился на работе – это было практически единственное, что, наряду с поддержкой Клио, помогало ему в последние дни. В декабре они ждали второго ребенка, так что дома хватало хлопот, и это более или менее заглушало горе. А в своем отделе, к счастью, он мог сконцентрироваться на одном нераскрытом деле – оно очень интересовало его.

Раскрываемость убийств в Великобритании в среднем составляла около девяноста процентов в год – один из самых высоких показателей в мире. Однако каждое десятое убийство все равно оставалось нераскрытым, и Грейс прекрасно понимал, что в любом из этих случаев есть жертва, для которой правосудие не совершилось, и близкие, оставшиеся без ответа. Убийства попадали в заголовки сенсационных новостей, но, как говорится, сегодняшние новости завтра становятся оберткой для фиш-энд-чипс. Страна переключается на новости следующего дня, а для близких жертвы боль никогда не утихнет. И все же успешное завершение дела в виде вынесения обвинительного приговора по крайней мере позволило бы им немного успокоиться и жить дальше.

Детектив-суперинтендант отлично знал, что у большинства опытных коллег из отдела по расследованию убийств всегда было хотя бы одно нераскрытое дело, не дававшее им покоя долгие годы. «Висяки» продолжали преследовать некоторых полицейских даже после окончания карьеры. Ускользнувший преступник заставлял их вечно терзаться вопросом: «Что же я упустил, какую важную улику?» Порой детективы в отставке уходили в мир иной, так и не ответив на этот вопрос.

Полицейские досье на нераскрытые убийства в Великобритании никогда не закрываются. И пока существует вероятность того, что преступник еще жив или есть члены семьи, для которых раскрытие дела было бы полезным, эти дела периодически пересматриваются.

Отношения между людьми меняются, и былая привязанность иногда перерождается в совсем иное чувство. Партнеры или супруги, некогда обеспечившие алиби, после разрыва отношений – особенно если те закончились плохо и были достаточно конфликтными – вполне способны обратиться в полицию. Кроме того, с развитием технологий усовершенствованные методы получения особо важных улик, таких как отпечатки пальцев и ДНК, могут отправить за решетку того, кто долгое время считал себя безнаказанным.

Каждая улика, найденная на месте преступления, тщательно маркируется и помещается в надежное хранилище. Такие улики готовы раскрыть свои секреты спустя годы, а может, и десятилетия после совершения преступления.

Будучи начальником отдела по расследованию особо тяжких преступлений в Суррее и Суссексе, Рой Грейс отвечал как за текущие расследования убийств, так и за регулярный анализ нераскрытых дел. Не так давно они устроили посиделки с недавно вышедшим на пенсию коллегой Ником Слоуном, блестящим детективом-суперинтендантом. Грейс очень уважал его и многому у него научился. За пинтой пива Слоун признался, что в своей карьере он сожалеет только об одном деле – убийстве, которое он так и не смог раскрыть. Неудача не давала забыть о себе. Он уверен, что-то было упущено, но что именно?

Богатый лондонский арт-дилер Чарли Портеус был забит до смерти в собственном «бентли» на подъезде к дому. Убийство произошло поздно вечером на улице элитного жилого района в Брайтон-энд-Хове.

Команда Слоуна установила, что у Портеуса были проблемы с денежными средствами и незадолго до убийства он хвастался картиной, которую приобрел у сомнительного продавца. Заплатил он наличными – совершенно несвойственный ему поступок, поскольку обычно он платил чеком или банковским переводом, чтобы оставить след, как это было принято у торговцев произведениями искусства на случай возврата.