"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 523

И вот, спустив ноги с кровати, я встаю, выхожу в коридор и дергаю дверь в комнату Дэвида. Она заперта. Ну разумеется. Вернувшись к себе, я сажусь за туалетный столик. Из зеркала на меня пялится мое же отражение. Я вижу его каждое утро, когда крашусь, но сегодня лицо нельзя назвать просто сонным или опухшим. Оно совсем осунулось, макияж практически смылся от дождя и пота, а незамазанные консилером темные круги под глазами выглядят как огромные синяки.

– Дэвид умер, – шепчу я, глядя на женщину в зеркале.

Я почти не знала его. Мы работали вместе меньше двух недель, но Дэвид нравился мне. Он привносил в мою жизнь спокойствие и стабильность, рядом с ним я чувствовала себя в безопасности. Как так вышло, что теперь его нет? Вот он болтает со мной на кухне, секунда – и он уже лежит на полу. Как смерть могла в считаные минуты забрать такого прекрасного человека? Завтра с утра он не постучится ко мне и не крикнет, что пора вставать. Когда я спущусь, он не будет суетливо возиться на кухне. Он уже не рассмеется, когда я ненароком сделаю что-нибудь нелепое. Он не вскинет брови, встретившись со мной взглядом. Он не…

По щеке женщины в зеркале катится слезинка.

– Он умер, – снова шепчу я.

Ее ресницы блестят от слез, которые вот-вот побегут по лицу.

– Умер.

Они текут и текут, катятся по щекам, пробегают мимо губ, капают с подбородка.

Меня мутит, в груди тесно, я больше не могу сдерживать рыдания. Я отворачиваюсь от зеркала и, закрыв лицо руками, утыкаюсь им в колени. Скорбь пронзает мою израненную душу, словно нож.

Это не какая-нибудь там игра. Не выдумка.

Я встаю со стула и, преодолевая дрожь в ногах, делаю шаг. Потом еще один, еще, пока наконец не валюсь на кровать. Свернувшись калачиком, я вою от боли.

Умер не только Дэвид.

Меня будит еле слышный стук, и я открываю глаза.

Чей-то голос тихо зовет:

– Анна?

Деревянная дверь со скрипом приоткрывается, и я вижу женское лицо.

– Простите, если разбудила, – говорит Мелани, участливо глядя на меня поверх ярко-красной оправы очков. – Как вы?

Мне сложно дать какой-то вразумительный ответ. Я измотана? Разбита? Сломлена?

– Я в порядке, спасибо.

Воодушевившись моими словами, Мелани открывает дверь пошире, чтобы прошмыгнуть в комнату, но дальше не проходит. Она прислоняется спиной к стене, на ее лице сердечком так и читается нерешительность.

– Понимаю, вам, скорее всего, сейчас не хочется думать об этом… Да и никому из нас тоже… Мы не хотели говорить, но…

– Все нормально.

Мелани явно не в своей тарелке, и ее дискомфорт передается мне.

– Дэвид… так и лежит рядом с кухней, – продолжает она, слегка вздрагивая. – И его видно, когда дверь в столовую открыта. Разумеется, он по-прежнему под простыней, но все же Кэти… Она…

– Очень переживает.

– Верно. – Мелани согласно кивает. – Мы хотели спросить, нельзя ли перенести его… ну, Дэвида… до тех пор, пока кто-нибудь не приедет нам на помощь? Мы решили, что можем…

Она мельком смотрит в сторону комнаты Дэвида.

– Да, конечно. – Я слегка приподнимаюсь. – Конечно.

– Пожалуйста, Анна, не вставайте, – поспешно говорит Мелани. – Если вам нужно еще побыть одной, то мы и сами справимся.

– Нет. – Я сажусь на кровати и тру лицо руками. – Меня это тоже касается. Спущусь через минуту.

Смотреть на то, как Джо и Малкольм несут Дэвида наверх, было почти невыносимо. После аварии я сразу отключилась и не видела, как нас доставали из-под груды металла, но, глядя на тяжелое, безжизненное тело Дэвида и его свесившуюся голову, я невольно задумалась о том, как могли выглядеть тела Фредди и Питера. Пока постояльцы поднимали Дэвида с пола, мне ужасно хотелось убежать и забиться в какой-нибудь угол, но я все же сдержалась. Малкольм схватил тело за ноги, а Джо, как более молодой и крепкий, взял на себя бо́льшую часть ноши. Он держал Дэвида под руки и аккуратно шел спиной вверх по лестнице. Простыня так и норовила соскользнуть с тела и упасть под ноги Малкольму, поэтому я решила пробраться к ней и осторожно стянуть.

Он всего лишь уснул, твердила я себе, мельком увидев бледное, отрешенное лицо Дэвида. Только так я смогла взять себя в руки и не рвануть вниз по лестнице.

– Осторожнее, – предупредила я, когда Джо и Малкольм заворачивали на третий этаж. – Тут половица просела. Не упадите.

Дэвид предостерег меня насчет нее еще в мой самый первый день на Раме, как только отнес чемодан в мою комнату. Он уверял, что починка пола уже в его списке дел. Но поскольку он все время включал в этот список новые и новые пункты, до половицы у него руки так и не дошли.

Джо и Малкольм обошли опасную доску и после того, как я вытащила ключи из кармана Дэвида и открыла его комнату, аккуратно занесли тело в спальню и со всей осторожностью положили его на кровать.

– Спасибо. – Я слегка поглаживаю их по влажным от пота спинам. – Подняться сюда было непросто.

– Это меньшее, что мы могли сделать, – отвечает Малкольм, выходя из комнаты.

В отличие от него Джо не торопится уходить.

– Как вы? – спрашивает он.

– Не очень.

Я беру тяжелую, неподатливую руку Дэвида и кладу ему на грудь. Обходя кровать, чтобы поправить вторую руку, я ощущаю какой-то странный диссонанс. Я знаю, что Дэвид умер, но никак не могу смириться с самой мыслью об этом. Мне кажется, что он вот-вот откроет глаза и спросит, какого черта здесь происходит.

Джо стоит на пороге комнаты, скрестив руки на груди. Его лицо побледнело, взгляд выражает тревогу.

– Я раньше не видел покойников.

– И я.

Я отвожу глаза от лица Дэвида, иначе обязательно расплачусь.

Джо добавляет:

– Дэвид мне нравился, он был замечательным человеком.

– Да, это точно.

Встряхнув простыню и накрыв ею тело, я вдруг понимаю, что после шторма связь снова появится и мне нужно будет позвонить близким Дэвида и сообщить о его смерти. Нутро сжимается при одном только воспоминании о звонках родителям Фредди и Питера. Поверить не могу, что мне придется пройти через это снова.

Я отворачиваюсь от кровати и смахиваю слезы. Дождь все так же барабанит в маленькое окошко, по небу несутся свинцовые, почти черные тучи.

– Анна, – говорит Джо, – что, если мы не сможем перебраться через реку?

– Наверное, тогда придется переждать шторм. В холодильнике имеются запасы еды. Все будет хорошо, пока у нас есть тепло и электричество.

Он тихонько смеется:

– Постарайтесь не сглазить нас, Анна.

Сглазить? У меня по спине пробегает холодок. Дэвид уже третий мой знакомый, умерший в этом году. И когда за ними приходила смерть, рядом всегда была я.

21

Встав из-за стола, Стив Лэнг подходит к огромному панорамному окну своего кабинета, занимающему целую стену. Внизу раскинулся Лондон с его высотками, огромными небоскребами и вековой архитектурой. Запрокинув голову назад, Стив глубоко вдыхает. Вот уже битый час он таращится в экран компьютера, силясь разобраться в данных, которые получил накануне вечером от бухгалтера. И дело не в том, что Стив плохо разбирается в цифрах, – разве тогда он смог бы сколотить многомиллионный бизнес? – нет, ему просто сложно сосредоточиться. После встречи с Джимом его нервы раскалены до предела. Он никак не может остыть, не может уснуть. Каждый раз, когда на телефон приходит оповещение, он тут же хватает его с мыслью, что это сообщение от Джима. Стоит кому-нибудь постучать в дверь, Стив уже уверен, что к нему нагрянула полиция. Дома он без конца переключается с одного канала на другой, готовясь увидеть ее лицо. На работе он шерстит новостные сайты, отвлекаясь от дел и переключая вкладки, – вдруг вышла какая-нибудь новая статья? На экране в очередной раз мелькает слово «убийство», и его пробирает дрожь. Но нет, это не она, опять не она.

Хуже всего неизвестность. Стив не знает, где и когда это произойдет. Он постоянно лезет в ящик стола за одноразовым мобильником, начинает набирать Джиму сообщение и тут же стирает. Нельзя показывать Джиму свой страх. Надо выдохнуть и продолжить играть по правилам, иначе Джим испугается, и все сорвется.