"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 256
Томми поманил нас к себе, и мы вышли на скрытую от посторонних глаз парковку, на которой обычно выгружали продовольственные припасы, всякую канцелярщину для судебных залов и кабинетов, а также граждан, которые по каким-то известным им только самим причинам умудрились оказаться с обратной стороны закона и в результате были доставлены сюда в кузове полицейского «воронка». Направившись к единственной двери для пешеходов, врезанной в стальные ворота, он убедился, что за ней не ошивается кто-нибудь из репортеров, благо целая батарея мониторов наблюдения висела прямо рядом с дверью.
– Выходите. Все чисто, – объявил Томми.
– Спасибо, друг! Я твой должник, – отозвался я.
Он похлопал меня по плечу, пока я протискивался мимо него, и мы вышли прямиком на улицу, где сразу же сели в другой темный седан, на сей раз густо-синий – использовать предыдущую машину было уже стрёмно. Фрэнки сорвал его с места, не успел я еще закрыть дверь.
Вырвались! И, к счастью, целые и невредимые, считая и Дэвида. Наконец-то появилось время немного подумать. Но вместо того чтобы проигрывать в голове возможные ходы Зейдера и размышлять об уликах против Чайлда, я постоянно сбивался мыслями на Кристину. С каждым клочком территории, которую удастся отвоевать у меня Зейдеру, вариант с физической ликвидацией Кристины и Дэвида будет становиться для фирмы все более и более привлекательным. Это еще сильней загонит их в угол. Чтобы убедиться, что Дэвид не заговорит, они будут готовы пойти на куда больший риск.
Мне вдруг так захотелось ее обнять, что даже заныли руки. Да и Эми все это совсем ни к чему. Ей и так уже слишком сильно досталось. Надо срочно отправить их куда-нибудь подальше – туда, где они будут в полной безопасности.
– И как мы ответим на этот ход обвинения? – поинтересовался Дэвид. – Того судью нам явно уже не вернуть.
– Тоже сомневаюсь. По-моему, прокурор все-таки выцыганил шанс начать слушание с чистого листа. Вдобавок в запасе у него большое жюри. Этот парень – серьезный игрок.
– Сможете его одолеть? – серьезно спросил Дэвид.
– Лучше будем надеяться на то, что нам вообще не придется это выяснять, – отозвался я.
Глава 48
Холли, должно быть, оставила отопление в своей квартире включенным, пока нас не было. Когда она открыла дверь, нас сразу обдало жаром, как из промышленной печи, в каких сушат свежепокрашенные автомобили. Я проверил окна и проследил, как Ящер с Фрэнки на улице разделились и на своих двоих отправились наматывать круги по окрестностям – на случай, если нас кто-нибудь все-таки вычислил и прячется поблизости. Дрожащий голос Кристины эхом отдавался в памяти – то, как она со скованным страхом горлом передавала мои команды таксисту. И плач Эми. Не сразу понял, что это не она, что это я сам готов заплакать – и абсолютно ничего не могу с этим поделать.
Холли заперла за нами дверь, отыскала ключ для второго замка и накинула обе цепочки. Дэвид подошел к двери и три раза подергал за ручку, убедившись, что она заперта. Для полной гарантии проверил цепочки. Довольный результатом, снял со спины рюкзачок, вжикнул молнией и разложил на крошечном кухонном столике свой лэптоп.
– Давайте присядем, Дэвид. Мне нужно узнать побольше про эту вашу флэшку. Завтра вы ожидаете от меня чуда, но, к сожалению, я не могу разделить с вами подобной уверенности. Должен быть какой-то другой способ вытащить вас с Кристиной из того, во что вы так крепко влипли. Не исключено, что я смогу договориться, но для любого вида сделки мне нужно иметь что-то осязаемое – какой-то более весомый повод для торга.
– Я вам уже говорил: эта программа внедряется в бухгалтерскую систему фирмы. Находит и отслеживает денежные потоки. Федералам нужно просто воткнуть флэшку в любой компьютер, подключенный к внутренней сети фирмы.
Его гладкое, как персик, юношеское лицо не изменилось ни на йоту. Глаза двигались совершенно естественно – ни на чем намеренно не фиксировались, но и не бегали по сторонам. Он говорил правду. Холли передала ему еще одну банку его любимого энергетического напитка. Чайлд тут же открыл ее, щелкнув алюминиевым язычком крышки, и налил себе полный стакан. Мне она предложила чашку перестоявшего в колбе на подогревателе кофе, который из жидкости превратился в горькую густую бурду. Я и сам такой регулярно употребляю. Я поблагодарил ее; в ответ она лишь слегка улыбнулась, не размыкая губ и не сводя глаз с Дэвида.
– Так вы сегодня эту программу и написали?
– Нет. Она у меня уже была. Перед тем как запустить систему безопасности в рабочем режиме, надо было протестировать алгоритм и убедиться, что он работает. Поскольку эта программа отслеживает денежные потоки, можно вживую посмотреть, как именно она это делает. Учитывая, какие огромные суммы там фигурируют, эта задача требует высшего уровня допуска, так что доступ к алгоритму есть только у меня – поскольку я сам его и написал.
– И разработать его вас попросил Джерри Синтон?
– Угу. Ему требовалась резервная система безопасности, которая в случае хакерской атаки на базы данных брала бы под контроль клиентские счета. При обнаружении угрозы, заслуживающей внимания, установленная моей компанией система начинает осуществлять серию проверок – тысячи вычислений в секунду. И если решает, что риск взлома действительно есть, запускает защитный алгоритм, который в течение семидесяти двух часов перекидывает деньги туда-сюда и по завершении процесса собирает их на одном секретном счету. По пяти различным манхэттенским банкам раскиданы сотни законсервированных счетов, открытых на имя Бена Харланда. Алгоритм случайным образом выбирает один из них – это и будет конечный пункт, на который в итоге сбрасывается вся сумма.
– И вдобавок как следует отмытая, – сказал я.
– Честно говоря, когда я создавал этот алгоритм, такое просто не приходило мне в голову, – бесстрастно произнес Чайлд.
«Структурирование» – вот как это вроде правильно называется. Альби – бухгалтер моего криминального дружка Джимми Кепарика – использовал примерно такой же метод для того, что именовал «стиркой в тридцати водах». Он тоже дробил вносимые наликом суммы на мелкие порции – менее сакраментальных десяти тысяч долларов, так что от банка не требовалось предоставлять предусмотренный законом о банковской тайне отчет в надзорные органы и сигнализировать о подозрительной деятельности в Отдел финансовой безопасности.
– И доступ к алгоритму есть только у вас – не считая фирмы, я хотел сказать?
– Да, фирма на этом настояла. Вообще-то и я тоже. Я там добавил кое-какие секретки, чтобы никто, кроме меня, в эту программу не влез. На рынке ничего подобного еще не видели – никакая стандартная система безопасности и рядом не лежала, так что для максимальной надежности она может работать только под одним паролем. Вообще-то она рассчитана на то, чтобы работать сама по себе, без постороннего вмешательства. Ей не нужны ни регулярные обновления, ни какие-либо дополнительные настройки. Фирма может ею спокойно пользоваться, однако только я имею возможность, так сказать, открыть капот и подкрутить гайки. Любое вмешательство в коды программы доступно только мне. Но я могу сделать это только из их офиса – естественно, с их ведома.
– Фирме это известно – оттого-то вы и попали под прицел. А как про это могли прознать в ФБР?
– Не знаю, – ответил Чайлд, пожимая плечами.
– Что нужно, чтобы запустить этот алгоритм?
– Угроза хакерской атаки или команда.
– То есть кто-то в фирме может запустить его вручную?
– Естественно. Пришлось предусмотреть и такую возможность, ведь атака может быть не только виртуальной – есть еще и обычные грабители. Видите ли, в угрожающей ситуации абсолютно законно заморозить любые активы, чтобы их не похитили. Если фирма использует это как новый метод отмывания денег, то задействует мою систему. Так что неважно, что сделала ваша жена. Если только она сама не нажала на «пуск», то что ей можно предъявить?