"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 218

Подстава по всем статьям не из простых, но мне малость помогли – нашлись люди, которые организовали дело так, чтобы патруль ехал за машиной адвоката и нацепил на него браслеты, пока тот не успел воспользоваться мобильным телефоном. Люди, для которых практически нет ничего невозможного.

Короче говоря, шансы появиться тем утром в суде были у Джерри Синтона практически нулевые.

– А ваш клиент очень хорошо о вас отзывается, – заметил Дэвид, несмело показывая рукой на Попо.

– Да говорю же, круче Эдди только тучи! – проскрипел Попо, продолжая ощутимо постукивать зубами. Ломало его все серьезней.

Я задержал взгляд на Дэвиде, словно впервые решил рассмотреть его повнимательней. Лицо его было грязно от слез, волосы прилипли ко лбу.

– Эй, а я вас вроде и впрямь знаю! Вы же…

– Не здесь! – быстро выпалил Дэвид. Глаза его заметались по камере, и он даже зажал руки между коленей, чтобы умерить дрожь. Но ноги у него тоже чуть ли не отбивали чечетку, и, почувствовав мой взгляд, он затолкал их поглубже под скамью.

На то, что у Дэвида отожмут ботинки, я не рассчитывал. Но иногда приходится импровизировать. Порой самые успешные и убедительные разводы удаются только потому, что разводила вдруг получает возможность выдать себя за честного человека. Самое трудное в этом деле – сделать так, чтобы лох проникся к тебе доверием, и когда выпадает шанс укрепить отношения с объектом, то просто грех им не воспользоваться. Кое-кто из моих коллег-мошенников называет это «подсунуть конфетку». За такие шансы надо хвататься при любом раскладе. То, что он сидел сейчас босиком, давало мне бесценную возможность доказать ему, что человек я глубоко порядочный.

– Эй, а где ваша обувь?

Дэвид повесил голову, почесал в затылке, нервно перебирая ногами. Заломил руки. Заглянул мне в глаза, после чего перевел взгляд куда-то в глубь камеры. Там я увидел здоровенного черного парня, который стоял в самом центре – словно это он тут хозяин. В камере, до отказа набитой весьма опасной публикой, вокруг него оставалось довольно обширное пустое пространство. Малый явно располагался на самой вершине местной пищевой цепочки. На ногах у него были новехонькие кроссовки «Найк». Красные – из тех, что без шнурков. Ему они были явно маловаты, так что пятки высовывались прямо на пол.

Не обращая внимания на молитвенные жесты Дэвида и шепот «пожалуйста, не надо!», я решительно направился на середину камеры и протянул руку стоящему там черному великану. Он был дюймов на шесть повыше моих шести футов и, может, фунтов на сто потяжелее, причем весь этот дополнительный вес приходился исключительно на внушительную мускулатуру. На широченной груди красовалась татуировка в виде орла, раскинувшего крылья, и я заметил, что в пасти у него поблескивает золотишко.

Здоровяк просто уставился на меня.

– Я Эдди Флинн, – сообщил я, все так же протягивая руку.

Ноль эмоций.

– Не могу не заметить, что на вас обувь моего клиента. Не думаю, что это ваш размер. Мне хотелось бы получить ее назад.

Глаза здоровяка вспыхнули, и краем глаза я заметил, как его остальные сокамерники принялись пихать друг друга локтями, предвкушая нежданную развлекуху. Не убирая протянутой руки, я неотрывно смотрел ему прямо в глаза.

Правая рука великана метнулась вперед, но отнюдь не для того, чтобы обменяться со мной рукопожатием, – он цапнул меня за галстук. Либо собирался подтянуть меня вплотную и придушить, либо просто напугать. Я не дал ему такой возможности – перехватил его руку и крепко прижал к груди. Моя левая рука взлетела к потолку, увлекая за собой локоть здоровяка и заламывая его назад. Поскольку его запястье я продолжал крепко удерживать внизу, в плече у него громко хрустнуло. У меня на глазах по его физиономии последовательно промелькнули злость, изумление, испуг и нестерпимая мука. Человеческие руки не приспособлены для того, чтобы их сгибали под такими углами.

– Сейчас дерну повыше, и плечо окончательно лопнет. Там полно хрящей, от которых останется одна каша. Ты вырубишься, а когда очухаешься, то пожалеешь, что не помер. Так может, все-таки снимешь тапки подобру-поздорову? Или пособие по инвалидности в начале каждого месяца тебя больше устраивает?

Он кивнул. Я отпустил его. Рука все равно еще несколько часов будет как неживая – и нервы полопались, и связки. Представляю, как он меня сейчас мысленно крыл.

Я улыбнулся.

Здоровяк безропотно снял кроссовки.

В общем, занимайтесь спортом с самого детства. Желательно в таком спортклубе, в котором собираются самые отпетые отморозки. Потом пригодится. Даже в юридической практике.

Я перебросил кроссовки объекту. Челюсть у него отвалилась. Потрясенное молчание нарушил Нейл.

– Знаешь, а мне реально надо новые стекла заказывать… – объявил он, снимая с носа очки и изучая их на свет. – Тебя уже ждут, Эдди. И твоего маленького паршивца тоже. Я звонил Денизе. И да – мистера Синтона до сих пор нет.

– Спасибо, Нейл, – поблагодарил я, заметив, как у Дэвида перехватило дыхание, когда тот услышал, что Джерри Синтон так и не появился в суде. Скривив губы, он с короткими судорожными всхлипами втягивал в себя пропитанный зловонными испарениями воздух; на носу повисла капля пота, смешиваясь со слезами, которые опять покатились у него из глаз.

– Вы не могли бы меня выручить? Ну пожалуйста! Не знаю, что случилось с Джерри. Он точно должен уже быть, но понимаете… Все равно непохоже, что меня выпустят под залог. Джерри сказал, что у меня нет шансов. Просто я… я не могу идти туда один. Может, возьметесь меня представлять? Хотя бы временно? Пожалуйста, я вас умоляю!

Все эти мои планы, все приготовления – абсолютно все, что я проделал нынешним утром, – были направлены исключительно на то, чтобы услышать эту мольбу о помощи. И вот теперь, когда я ее наконец услышал, то поймал себя на том, что не в состоянии вымолвить ни слова. Потому что, если скажу «да», обратного пути уже не будет. Я еще раз пробежал в уме все возможные варианты. Впрочем, ничего нового за последние десять часов в голову не пришло. Ничего не изменилось. Никакого другого выбора, никакого другого выхода не существовало. Любая альтернатива могла закончиться только тем, что мне опять придется посетить «обезьянник» вроде того, в котором я сейчас нахожусь, только на сей раз не для того, чтобы навестить клиента, – навещать придется свою собственную жену.

– Ладно, – сказал я.

Он медленно выдохнул и улыбнулся. Я же почувствовал себя так, будто на плечи мне навалился какой-то тяжелый груз, грозящий раздавить меня в лепешку.

Затем, подойдя ближе, понизил голос:

– Давайте для начала покончим с формальностями. Вы ведь Дэвид Чайлд – тот самый, что основал «Рилер»?

– Точно так, – вздохнул он.

– А чё это за рилер? – встрял Попо.

– Это вроде «Твиттера» или «Фейсбука», – объяснил я.

– А чё за фейсбук? – не отставал Попо.

Проигнорировав его, я обратил свое внимание к Дэвиду.

– Если я собираюсь вас представлять, то мне нужно знать все подробности вашего дела. Не особо-то вежливый вопрос при первом знакомстве, но лучше бы мне это сразу выяснить. В чем вас обвиняют?

Дэвид смахнул с лица пот и слезы, после чего вытер мокрые руки о рубашку. Перед тем как ответить, выглядел он так, будто и сам не верил в то, что собирается сказать. Будто заново осознал тот факт, который только что мысленно облек в слова. Это все равно как с больной коленкой – пока сидишь, все вроде ничего, но стоит встать и пойти, как жестокая боль тут же вернет тебя в реальность. В конце концов парень все-таки выдавил ответ.

– В убийстве, – едва выговорил он. – В умышленном убийстве первой степени. Но клянусь вам – я ее не убивал!

Глава 9

Он спрятал лицо в ладонях. Мне требовались подробности, но в данный момент не стоило с ходу брать быка за рога.

– Ладно, для начала успокойтесь. Мне нужно пока что с Попо закончить. Это займет минут десять. Я попрошу судью чуть сдвинуть ваше слушание, чтобы мы могли пообщаться в спокойной обстановке. Может, к тому моменту и Джерри уже подъедет…