Жизнь после эпилога 2 (СИ), стр. 8

Неудивительно. Ведь Эржена была невестой принца, а это не только высокий статус и бешеная ответственность, но и безупречное соответствие взыскательной столичной моде. Чтобы ни один злой язык не посмел обвинить герцогов в скупости, а будущую императрицу в отсутствии вкуса. Об этом даже в романе было упомянуто. Относительно вскользь, но вместе с тем отчетливо, чтобы читатель понимал — Эржена была богатой, обеспеченной и избалованной вседозволенностью.

Хотя тут как поглядеть… Лично я вседозволенности не увидела. Эржена не распахивала дверь с ноги, не грубила окружающим, не совершала эксцентричные, необдуманные поступки и ни разу за всю историю не произнесла бранного слова. Она была связана по рукам и ногам местными условностями сильнее, чем кто бы то ни было.

Ещё бы! Будущая императрица была обязана вести себя безупречно. Ни словом, ни делом, ни даже мыслью Эржена не смела разрушить тот образ, который велели ей создать родители. Хотела ли этого сама Эржена?

Сложно сказать. По тем скупым репликам, которые ей достались в истории, я не смогла сложить цельный образ девушки. Она была слишком закрытой и играла роль. Но какой она была внутри?

Подозреваю, глубоко несчастной.

Особенно, когда стало ясно, что для принца она не более, чем помеха. Очень досадная помеха его якобы истинной любви…

Когда в моих мыслях зачем-то всплыл Алехандро, я с раздражением поморщилась. Вот уж о ком я действительно не желаю думать! Кыш из моей головы!

Сфокусировав взгляд на висящих в шкафу платьях, я быстро перебрала плечики, вспоминая основы этикета, которые читала в романе и знала сама, уже глянув в нужную книжицу. Это будет дневной светский прием, а значит никаких бальных и бархатных платьев, никакого чрезмерного оголения и ничего темного. Предпочтительны светлые, пастельные тона, муслин и тонкая шерсть. Ага…

Думаю, вот это пудрово-розовое как раз подойдет. Уже не утреннее, ещё не вечернее, достаточно скромное и одновременно элегантное. Именно для светского раута.

А что у меня по украшениям?

Сунув нос в шкатулку, из украшений, подходящих именно к этому платью, я нашла лишь нить розового жемчуга и небольшие серьги в комплект, но это показалось мне скучноватым. А ведь это можно обыграть с кружевом и чокером! Именно жемчужную нить!

Воодушевившись, сунула нос и в верхний ящик комода, где лежали тонкие хлопковые нити для кружев, взяла белые и розовые, и отнесла всё в кабинет, даже немного жалея, что не могу приступить к процессу прямо сейчас. Пальцы аж зудели от нетерпения, но… меня позвала на ужин Берта.

Пришлось слегка пригасить свой энтузиазм, что в целом далось мне достаточно легко, стоило увидеть, как в трапезную заходит мой замечательный, но чем-то глубоко озабоченный супруг.

— Добрый вечер, лорд Рауф, — поприветствовала его первая, не торопясь набрасываться с вопросами, хотя очень хотелось.

Берта ещё не ушла, отойдя к камину, чтобы подложить дров и сгрести в сторону золу, так что стоило вести себя предельно сдержанно.

— Добрый вечер, леди Рауф, — чуть отстраненно отозвался Дэймос, но приблизился и, приобняв, поцеловал меня в щеку. — Как прошел день?

— О, очень продуктивно, — заверила его. Покосилась на горничную, дождалась, когда она выйдет, и лишь потом продолжила: — С утра разобрала несколько вопросов о магии, сложностей не возникло. Затем сплела одну серебряную «снежинку», она лежит в кабинете, потом была тренировка и перед ужином мы вязали. И ещё я определилась с платьем для завтрашнего приёма. Хочу сплести для него розовый чокер с жемчугом, должно получиться необычно и интересно. Но у меня вопрос!

Произнеся всё это без остановки, я дождалась, когда муж приподнимет брови, давая понять, что внимательно меня слушает, и только после этого спросила:

— Мне как себя вести и позиционировать в целом? Мило, скромно, незаметно или уверенно и ярко? Быть твоей тенью или… — я хитро улыбнулась, — твоей звездой? Что нам будет выгоднее?

— Выгоднее? — повторил за мной Дэймос, акцентировав внимание именно на этом слове. — Хорошая позиция, одобряю. Думаю, выгоднее всего будет вести себя так, словно эти земли по праву твои. И пускай это правда лишь отчасти, но… — он усмехнулся, чуть прикрывая глаза ресницами, — не стоит забывать, что герцоги Инсомро обязаны выделить тебе определенное приданое, иначе общественность их не поймёт. Я уже намекнул им, что меня вполне устроит поместье Хайтонхолл и прилегающие к нему земли, включая и городок Хайтон, но пока жду ответа. Кстати, императору я тоже написал, так что проигнорировать мой запрос у них не выйдет. Посмотрим, что они на это ответят.

— Ты… — у меня аж дар речи пропал, а потом с губ сорвался недоверчивый смешок, — невероятный нахал!

— Коварный, расчетливый, абсолютно бессовестный и местами даже аморальный тип, — согласился со мной Дэймос, в глазах которого сияло неприкрытое ехидство. — Ну а чего мелочиться, милая моя леди Рауф? Ты единственная дочь герцогов. Даже ссыльная, ты безумно выгодная партия, если подумать. Тем более твой отец в этих краях в последний раз был лет пятнадцать назад, предпочитая жить в столице. Максимум, куда доезжал, это до Нельстбурга, который в двух днях пути отсюда. Тоже, кстати, принадлежит герцогам Инсомро, как и два десятка деревень. Твари из разломов туда уже не добираются, да и земли там побогаче. Нам они в любом случае не светят, особенно учитывая волю императора. Тут же, можно сказать, все звёзды сошлись. Осталось лишь дождаться их положительного ответа и начать уже ремонтировать замок так, чтобы в нём было действительно удобно и безопасно жить.

И вроде бы интересные вещи он сейчас говорил, местами даже провокационные, но мне почему-то казалось, что он додумался до них уже после того, как мы поженились. Это я про земли. Но ведь… Логично, черт возьми!

— Искренне надеюсь, что все твои планы сбудутся, — произнесла с чувством, после чего поцеловала его в щеку и увлекла к столу. — А как прошел твой день? Чем занимался?

— Разным, — неопределенно отмахнулся Дэймос, не торопясь рассказывать подробности, а когда мы сели за стол, то предпочел сосредоточиться на еде, причем с довольно голодным видом.

Не рискнув отвлекать, потому что чувствовала, он сейчас не настроен на легкую беседу, я тоже уделила внимание ужину, а потом с огорчением услышала:

— Сегодня ложись у себя. Я буду занят допоздна.

При этом взгляд его был обращен внутрь себя и было видно, что Дэймос о чем-то старательно размышляет, так что я лишь вежливо произнесла:

— Хорошо, как скажешь.

И не позволила себе ничего лишнего.

Хочется, да… очень хочется. Но я уже не маленькая девочка, которой вручили подарок в виде идеального мужа. Я взрослая женщина, которая понимает, что иногда этот муж ещё и работает.

Сам Дэймос едва ли на это отреагировал, задумчиво кивнув, и, одним махом допив свой чай, просто ушел, даже не поцеловав перед сном. Но это я уже придираюсь…

Хотя мог бы и поцеловать!

Позволив себе выразительный вздох, в следующую секунду я приказала себе не зацикливаться на том, что он не оправдывает моих ожиданий, потому что он и не обязан этого делать, ну а потом просто прошла в свой кабинет и сосредоточилась на кружевах.

Для начала нарисовала. Затем нарисовала чуть иначе… Сплела один крошечный элемент с центральным «окошечком» четко под жемчужину, затем другой… Убедилась, что смотрится необычно и, смело разрезав ножницами жемчужную нить, начала плести уже полноценное украшение.

Час, другой, третий… Я уже заканчивала, оплетая центральную розовую композицию белой окантовкой, решив доделать всё сегодня, чтобы не отвлекаться завтра, когда безо всякого предупреждения дверь в мой кабинет распахнулась и на пороге возник чем-то крайне недовольный супруг.

Я даже с мысли сбилась, когда увидела не просто хмурый, а злой взгляд.

— Ты почему здесь? — задал он вопрос крайне сердитым, отрывистым тоном, подходя ближе.

— А где я должна быть? — растерялась.