Жизнь после эпилога 2 (СИ), стр. 50
— Не останавливайся, — шепнул мне на ухо и из его ладоней в мою грудину толкнулся ком обжигающей энергии, что подействовало на меня, как освежающий душ из концентрированного энергетика.
Правда, секунду спустя меня держали уже чьи-то совсем другие ладони, а сам Дэймос отдавал четкие указания бойцам разойтись и не лезть под руку. И я бы охотно помогла ему, уничтожив тварь, чей громогласный рев чуть не оглушил и где-то совсем близко вызвал даже обвал, но понимала, что отвлекаться нельзя. Только не сейчас!
И до боли, до рези в глазах впилась взглядом в обелиск, выжигая на нём очередную руну жизни.
Ещё немного. Ещё чуть-чуть…
Я точно знала, что Дэймос разобрался с монстром раньше, чем я закончила, нанося последние штрихи уже через силу и нехороший гул в ушах, слыша, как гулко долбится пульс в виски, а под носом неприлично мокро, но всё равно сначала завязала нить света на шпиле в знак бесконечность, убедилась, что энергия течет, как должно, и только потом резко обмякла, даже не пытаясь быть сильной.
— Госпожа Эржена! — испуганно пробасил боец, который меня держал, причем я распознала в его тоне отчетливую панику, но уже через секунду к нам подскочил Дэймос и забрал меня, тревожно всматриваясь в лицо и прикладывая к губам отрез чистой ткани.
— Я закончила, — прошептала откровенно через силу, но улыбаясь.
— Умница моя, — похвалил меня супруг и склонился ниже, касаясь губ губами и вливая в меня порцию энергии, хотя я прекрасно видела, что он сам серьезно устал и выглядит осунувшимся.
А секунду спустя мы все услышали, как обелиск загудел, вызывая неприятную вибрацию внутренностей, отчего некоторые бойцы даже вскрикнули, но это продлилось всего секунд десять, после чего огромный артефакт вспыхнул белым сиянием, из вырезанных рун во все стороны выстрелили лучи чистейшего света, ослепляя, но потом гул превратился в мерное гудение, а яркий свет — в приглушенное свечение.
И стало тихо-тихо…
— Благодать… — прошептал кто-то из мужчин и гулко сглотнул, но так отчетливо, что услышали все, и дружно выдохнули с нескрываемым облегчением.
А потом мы отдыхали и собирались в обратный путь. Сразу не пошли, решив и вторую ночь заночевать здесь, потому что время уже близилось к вечеру и не было смысла идти в ночь, да и бойцам стоило отдохнуть (как и мне, и Дэймосу!), ну а наутро, плотно позавтракав, убедившись, что обелиск работает и распределив раненых между товарищами, мы отправились домой.
Не знаю, просто ли нам повезло или обелиск так хорошо работал, но по дороге нам не попался ни один разлом, ни одна тварь, так что мы добрались до имения без приключений и даже успели отдохнуть, приняв ванну и поспав на мягкой кровати чуть ли не до обеда.
А потом…
— Лорд Рауф, — в трапезную, где мы обедали, торопливо вошел откровенно взволнованный Тиль, — к вам прибыли… прибыл…
Парень резко выдохнул и выпалил:
— Император!
— Не было печали, — безо всякого пиетета скривился муж и жестом отправил парня прочь, — сейчас спущусь.
А когда Тиль выскочил из комнаты, посмотрел на меня, причем придирчиво и в первую очередь на простое домашнее платье, коротко усмехнулся своим мыслям и подошел сам, беря за руку и привычным небрежным жестом в очередной раз активируя браслет.
— Искренне надеюсь, что в последний раз. Надоели уже эти гости… Вот скажи мне, зачем было отправлять нас в ссылку на край мира, чтобы потом настойчиво лезть в нашу жизнь?
— Ох уж эти бессовестные и непоследовательные политики, — поцокала с иронией. — Сами не знают, чего хотят!
На что Дэймос мимолетно улыбнулся, склонился для поцелуя и заявил:
— Побудь пока у себя. Уверен, он потребует личной встречи, но сначала сам с ним пообщаюсь.
— Мне переодеться более… светски?
— Обойдется, — небрежно отмахнулся муж, тем самым давая понять, что даже император для него не авторитет. — У нас не столица, свои порядки. Да и гости незваные.
После чего сначала допил свой чай и только потом вышел из трапезной. Я же, прекрасно понимая, что за мной пошлют с минуты на минуту, первым делом доела свой обед, зачем-то начав волноваться, но в итоге прошло минут двадцать и только тогда в комнату вошла Берта, чтобы сообщить:
— Госпожа Эржена, лорд Рауф просит вас спуститься вниз, в центральный зал.
Кивнула ей и, не в силах унять бешено колотящееся сердце, отправилась на первый этаж. По дороге получилось немного продышаться и закрепить на лице максимально невозмутимое выражение, так что в зал, где уже расположились гости под присмотром моего личного дракона, я входила не ссыльной девчонкой, а полноправной хозяйкой имения.
И очень сильно удивилась и даже напряглась, увидев в зале подозрительно многочисленную толпу.
Ну и что им всем от нас надо?
Идя неспешно и не забывая о достоинстве, я переводила взгляд с одного незваного гостя на другого, прекрасно видя, что все они неотрывно смотрят на меня.
И архимаг, сканирующий меня жадным прищуром. И его высочество Алехандро, смотрящий на меня, как на личного врага. И чета герцогов Инсомро, которые старательно делают вид, что у них всё под контролем и хозяева тут они. И моложавый привлекательный мужчина лет сорока пяти, отдаленно похожий на его высочество, но более импозантный, темноволосый и величественный. Он был одет довольно скромно для императора, в удобный дорожный костюм синего цвета безо всяких знаков отличий, но держал себя так царственно, что не оставалось ни единого сомнения, кто именно тут правитель.
Хм, а он симпатичный…
Но мой дракон всё равно лучше!
Добравшись до этой разношерстной толпы, я первым делом присела в низком реверансе перед императором Юлианом, учтиво склонив голову, и вежливо произнесла:
— Приветствую вас в Хайтонхолле, ваше императорское величество.
— Добрый день, леди Эржена, — одними губами улыбнулся мне правитель целой империи, придирчиво сканируя мою внешность цепким взглядом пронзительно синих глаз, не раз и не два изучив оба запястья: и с блокирующим магию браслетом, и с брачной татуировкой. — До нас дошли любопытные слухи… Прошу вас, ответьте на пару вопросов.
— Конечно, ваше императорское величество, — кивнула, всем своим видом давая понять, что буду предельно честна и откровенна.
И император, не став ходить вокруг да около, задал вопрос в лоб:
— Вы одарены светом?
— Да.
Архимаг всем телом подался вперед, герцогиня манерно приложила пальцы ко рту, а герцог предвкушающе сверкнул глазами, словно уже просчитал, где и как сможет это использовать. Хах! Наивные!
Алехандро почему-то скривился, откровенно настораживая тем, что вообще приехал. Император тоже не остался безучастным и его взгляд стал ещё пронзительнее.
— Как это произошло?
— Недавно. Внезапно. Ошеломительно, — перечислила я, скупо улыбнувшись напоследок. — И это слишком личное, я не могу говорить об этом. Простите.
Взгляд императора стал неприятно колючим и я уже морально приготовилась к тому, что он прикажет мне рассказать правду, но… нет. Он сдержался и задал другой вопрос, но не менее неприятный:
— Вы исцеляли светом?
— Да.
— То есть использовали магию выше первого уровня, нарушив мой прямой запрет? — прищурился.
— Нет, — улыбнулась невозмутимо.
Император нахмурился.
— Что это значит?
— Вашей прямой волей, — произнесла я, — мне запрещено использовать магические заклинания выше первого уровня. Исцеляя пострадавших светом, я не использовала заклинания. Я исцеляла чистым светом. Я могу поклясться в этом.
— М-м, вот как… — император выглядел одновременно раздосадованным и заинтригованным. После чего мотнул головой и распорядился: — Магистр Грейгор, снимите с леди Эржены блокирующий магию браслет и просканируйте её суть. Я желаю убедиться в том, что нас не вводят в заблуждение.
Упс!
Прекрасно помня, что мою суть прикрывает артефакт-сережка, который я ношу в пупке, невольно метнулась взглядом к Дэймосу, который стоял чуть в стороне от остальных, и заметила, как он чуть заметно поморщился. Да уж, это мы не предусмотрели! Ну и как быть?