"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 517
На этот раз смутилась Белла.
– Но ведь дети Хитоны совсем не похожи на своих бесчеловечных родителей!
– Согласна. Но здесь многие ведут себя так, словно все еще живут в 1895-м. Хотя прародители Хитонов мертвы и давно разжали свои ежовые рукавицы. Джеймс, Люсинда и Тилли не собирались идти по их стопам, и мы могли бы расслабиться… но судьи садовых конкурсов, видимо, так не смогли.
Интересная мысль. Мы выросли на историях про жестоких, эгоистичных Хитонов, но Джеймс, хоть и по-своему прогнивший человек, совсем не походил на отца.
Белла не успела задать следующий вопрос, потому что миссис Эббот снова заговорила:
– Когда Хитоны строили дом, в котором сейчас живет Люсинда, все были против такой огромной постройки посреди деревни. Тогда там стоял маленький домик, совсем как мой. Они спокойно могли купить огромный кусок земли где-нибудь у леса, но почему-то решили возвести памятник своему богатству в центре деревни. Наверное, чтобы все проходили мимо их денег каждый день. И знаете, как они обошли недовольство и запреты?
Меня загипнотизировал ее уверенный рассказ, поэтому я смог лишь неуверенно замотать головой.
– Они давали взятки, льстили и запугивали любого, кто был против. Не лучшее было время для деревни. – Она замолчала, чтобы сделать глубокий выдох. – Вы должны знать эту историю, мистер Куин. Ваш отец тогда был единственным поверенным, поэтому стоял во главе противостояния. Все были против, но братья Хитоны все же добились своего. И с тех пор, последние тридцать лет, мой маленький домик стоит в тени их чудовища.
– Какой ужас, – ответила Белла, словно забыв, что мы допрашиваем подозреваемую. – Неужели мой отец ничего не предпринял?
– Даже герцог был бессилен перед братьями Хитон. Поля, леса и холмы находятся под его протекцией, а вот земля, на которой стоит деревня, никогда не принадлежала Монтегю. Так Хитонам в руки и уходила любая недвижимость. Старый паб у дороги, магазин, полицейский участок и несколько домов. И эти строения приносили им не только деньги, но и власть. К моменту смерти прошлого поколения Хитонов они были арендодателями половины жителей деревни.
Белла задумалась перед ответом.
– Вы намекаете, что из-за этого кто-то убил Джеймса и угрожает девочкам? Вы же только что сказали, что они совсем не похожи на своих родителей. Джеймс не повышал аренду и не выкидывал людей на улицу, как какой-то викторианский лорд. Тилли вообще неинтересна власть, которой обладал их отец. А Люсинда… Ее сторона семьи никогда не была столь же влиятельной. Так почему же они стали мишенью?
– Потому что у жителей Хёртвуда очень хорошая память. Тома и Грэнвилла давно нет в живых, но это не значит, что их жестокость прощена. Возможно, убийца не успокоится, пока не умрет последний Хитон.
Глава 14
Когда за нами закрылась дверь дома миссис Эббот, все наши силы были окончательно высосаны. За тридцатиминутный разговор мы словно высидели целый день в школе. Наша учительница все-таки была отличным педагогом. За тот короткий отрезок времени, что мы сидели в ее доме, я узнал больше, чем разговаривая все утро с другими жителями Хёртвуда.
– Что думаешь? – спросила Белла, как только мы дошли до перекрестка.
– Думаю, что она успешно вычеркнула свое имя из списка подозреваемых. Что подозрительно само по себе.
– Как это?
Я попытался сформулировать свою мысль.
– Что-то в ее словах меня смутило. Ты заметила?
– Она была слишком мила.
Белла была права.
– Именно! Она без промедления нас пригласила внутрь, делала все возможное, чтобы нас переубедить. И кстати, может, она хотела, чтобы мы увидели мужа и пожалели ее?
– Какой ты циник, Мариус.
– Знаю, я просто ужасен. Но эта женщина как-то отказывалась разговаривать с Нэдом Лайлом целую неделю, потому что тот оговорился в слове «библиотека». Почему она с такой готовностью пригласила нас в дом? Это на нее совсем не похоже.
У памятника войне стояла лавочка, и Белла присела на нее подумать.
– Хорошо, допустим, она отыграла перед нами милого и невинного человека, но делает ли это ее убийцей?
– Нет… Нет, конечно, ты права. Не делает. И она дала много аргументов в пользу того, что мы пришли не по адресу. – Я разочарованно выдохнул. – Я сказал, что Лавбрук в невыгодном положении, потому что плохо знает деревню, но теперь думаю, что все как раз наоборот.
Белла вместо ответа просто сочувственно на меня посмотрела.
Я осмотрел ряд милых домиков вокруг перекрестка.
– В поисках убийцы мы первым делом заподозрили свою ведьму-учителку! Как это по-детски, она ведь просто покупала марки… – Я хлопнул в ладоши, загадывая забыть все, что только что произошло.
– Все равно разговор получился полезный. – Белла искала ложку меда в бочках дегтя. – Она столько интересного рассказала о Хитонах. Когда мы до этого обсуждали мотив убийства, мы зациклились на Джеймсе, а не Хитонах в целом. Вполне возможно, что кто-то в деревне до сих пор таит обиды на поведение родителей ребят.
Я постучал ногой по асфальту, углубляясь в туманные воспоминания.
– Родители никогда не обсуждали при мне братьев Хитонов. Наверное, не хотели, чтобы я плохо думал про одноклассников. Но миссис Эббот сказала правду. Отцу постоянно приходилось защищать арендаторов Тома Хитона – иногда от его бандита брата. Когда им требовалось выдворить кого-то с земли, Грэнвилл делал все возможное, чтобы их спровоцировать. И жители могли обратиться только к папе.
– Теренс Куин был очень хорошим человеком. – Белла снова встала, лицо ее в который раз выражало сочувствие. Для женщины, которая всегда жила в объятьях роскоши, Белла обладала удивительной способностью представить себя на месте другого, менее удачливого человека. Это ее и отличало от Хитонов мира сего.
– Да, но надеюсь, что он все еще хороший человек. Хотя, возможно, это лишь пустые надежды. – Мне нужно было сделать глубокий вдох. Тяжело, когда за первую половину дня приходится обсуждать и пропавшего отца, и мертвого одноклассника. – Если честно, я чувствую его присутствие с момента, как приехал в деревню. Я вижу его в каждом знакомом лице, каждом здании этой странной маленькой деревни. Семейство с радостью вернулось сюда, но я, приехав, осознал, почему так долго держался отсюда подальше.
Белла дернулась, и я заметил, что мои слова ее расстроили. Но она не впала в меланхолию, а поделилась со мной надеждой.
– Мы пока не можем разгадать исчезновение твоего отца, но можем найти убийцу Джеймса. – Она подошла к памятнику и ткнула на имя Себастьяна. – Расследование пока не зашло в тупик, улик еще много. У нас не было времени обдумать все то, что рассказал нам отец. И мы не спросили миссис Эббот про 1917-й.
Я не успел ответить, потому что со стороны моего дома нас кто-то звал.
– Мариус! Белла! – К нам бежал Лавбрук. Он был очень проворен, и хотя, по моему мнению, для детектива это качество полезное, все остальные инспекторы, которых я знал, скорее были людьми полными. – Как хорошо, что мы пересеклись. Мои коллеги из Гилфорда осмотрели дом убитого.
Еще одна причина цепляться за оптимизм, и я, наверное, выглядел в тот момент чуть радостнее.
– Нашли что-то важное?
– Да вот что странно. Там почти ничего нет. – Лавбрук завел руки за спину, и его пальто «Берберри» обтянуло предплечья. – У него такой большой дом, но там как будто никто не живет. Ни документов, ни фотографий. Лишь самое необходимое и спортивный инвентарь. Я еще не встречал таких домов, там почти нет… личности.
– Похоже на Джеймса, – холодно ответила Белла. – Его отец выбил из него всякую личность. Его волновало только чужое мнение.
– Справедливости ради, – добавил я, – ты его тоже волновала. Мы с тобой никогда это не обсуждали, но он очень изменился, когда понял, что ты не отвечаешь ему взаимностью. До этого он не был и вполовину таким злым и отчаянным.
Лавбруку стало заметно неловко за то, что он – давайте сразу двумя метафорами – разбудил дракона в осином гнезде.