"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 433

От двух оглушительных ударов у нее сердце подпрыгнуло к самому горлу. Хелена резко развернулась на каблуках и увидела Ассада: тот стоял на главном крыльце, занеся ногу для очередного удара. Он с силой выбил по двери еще раз, но добротная дубовая преграда даже не шелохнулась.

— Заперто, — жестом показал напарник.

Хелена поманила его рукой.

— Отлично, теперь о нашем присутствии знают все к северу от Копенгагена, — прошептала она, и шепот этот больше походил на злое шипение. — Здесь кто-то недавно прошел, — добавила она уже спокойнее, указывая на землю под ногами.

Влажные сорняки в нескольких местах были примяты, а на клочке голой земли между островками гравия отчетливо проступал след обуви. Судя по размеру и форме носка, это был мужской ботинок. След вел на запад, и напарники двинулись в том направлении. Обогнув угол здания, они наткнулись на сорванную дверь, лежащую прямо на земле.

— Жди здесь, — Ассад потеснил Хелену плечом и, держа пистолет наготове, скользнул внутрь спального корпуса. Несколько секунд она видела, как в темноте мечется луч его фонарика, пока тот не скрылся в глубине здания. Вокруг снова воцарилась тишина.

Подняв пистолет, Хелена посветила на заброшенный сад позади корпуса. Некошеная трава давно пожухла и перемешалась с сорняками и сухим чертополохом. Она не могла утверждать со стопроцентной уверенностью, но примятый след, похоже, уходил по прямой линии в сторону темнеющей опушки леса.

— Ни крыс, ни ублюдков, — Ассад бесшумно вырос рядом с ней. — Обыскал все комнаты, заглянул под каждую двухъярусную кровать. Изнутри в главный корпус не пройти — дверь заперта наглухо.

— Что думаешь? — Хелена указала лучом фонаря на примятую траву. — Видишь просвет вон между теми березами? Похоже, там начинается лесная тропа.

Ассад задумчиво потер подбородок.

— И зачем им соваться в чащу? В лесу же сейчас темень непроглядная.

— В детстве Якоба уволокли именно в лес. Разве не в этом Ванг признался Гордону? Они разбудили его посреди ночи и сбросили в озеро. Значит, где-то здесь поблизости есть водо...

Хлесткий далекий хлопок заставил Ассада сжать руку Хелены, и она осеклась. Как и напарник, она мгновенно узнала этот звук. Он прогремел негромко — звук шел из глубины леса, за несколько сотен метров от них. Ошибиться было невозможно: резкий металлический щелчок прокатился над кронами деревьев, отозвавшись недовольным птичьим гомоном.

— Выстрел! — бросил Ассад и рванул с места.

Хелена на пару секунд оцепенела, пораженная тем, с какой невероятной прытью этот грузный мужчина продрался сквозь высокую траву и растаял среди деревьев. Наконец она тоже бросилась в погоню, но под ногами лежал толстый влажный ковер из палых листьев; подошвы скользили, и догнать Ассада ей удалось лишь в глубине леса. Тот, тяжело дыша, стоял возле огромного старого пня. Тропинка перед ними разделялась на два рукава.

— Куда теперь? — Даже в темноте она видела глубокую хмурую морщину между его широкими бровями. — Надо было проколоть ему шины! Если мы пойдем по одной тропе, он вернется к машине по другой, а если выберем вторую...

— Спасибо, с арифметикой у меня всё в порядке, — перебила его Хелена. — Надо разделиться. Я проверю эту дорогу, — она мотнула головой в сторону правого ответвления.

Ассад посмотрел на нее со снисходительностью, какую родители проявляют к излишне упрямым детям.

— Разделиться? Хелена, этот Якоб давно уже не тот беззащитный мальчик из церковного хора. На его счету три, а то и четыре трупа. Он хладнокровно взорвал четырех ни в чем не повинных людей. И ты сама слышала выстрел — он вооружен.

Хелена выразительно похлопала по кобуре:

— Я тоже вооружена. И стреляю без промаха. — Она глянула на часы: — Сейчас 17:36. Пройдем немного вперед и встретимся на этом самом месте не позже 17:50. Идет?

Ассад помедлил.

— Точно справишься? — Он не двигался с места, словно давая ей возможность передумать.

— Абсолютно, — бросила Хелена и поспешно зашагала вперед, чтобы напарник не успел прочесть в ее глазах предательское сомнение.

Дай она слабину сейчас, и это станет главным анекдотом во всем полицейском управлении Копенгагена. Коллеги наверняка уже судачат о том, что стряслось перед взрывом в Ассербо. Не хватало еще дать им повод зубоскалить, прослыв трусихой и паникершей в реальном деле. Тогда на ее карьере оперативника можно ставить крест: отправят перекладывать бумажки в отдел патрулирования дачных поселков или розыска домашних питомцев — подальше от раскрытия тяжких преступлений.

И она пошла дальше. Двигалась осторожно, на слегка полусогнутых ногах, держа пистолет обеими руками.

Тропинка сузилась: протяни руки в стороны, и коснешься стволов по обеим обочинам. Высоко над головой смыкались кроны вековых деревьев, навевая ассоциации со сводами опустевшего готического собора. Хелена чуть приподняла пистолет, медленно водя лучом фонаря из стороны в сторону, как вдруг свет выхватил впереди нечто странное. На земле лежал какой-то темный предмет. Она прищурилась, силясь рассмотреть находку. Похоже на какой-то мешок или крупный сверток.

Она медленно приблизилась, держа темное пятно на мушке, пока не удостоверилась, что перед ней не живой человек. Находка оказалась совершенно черной, если не считать белой эмблемы, которая ярко вспыхнула светоотражающим светом в луче фонаря. Хелена мгновенно узнала логотип в виде двух встречных полудуг: «Under Armour». Спортивная сумка.

Оглядевшись по сторонам, Хелена опустилась на одно колено и потрогала сумку. Ткань была сухой — значит, вещь бросили совсем недавно. Она заглянула внутрь, раздвигая молнию стволом пистолета.

Что за чертовщина? Вся сумка была забита пачками нарезанных газет, имитирующих пачки денег. Очевидно, кто-то крайне топорно пытался разыграть комедию с выкупом.

Вдруг ее до костей проняло отчетливое ощущение чужого присутствия. Хелена мгновенно вскинула пистолет, принимая стойку для стрельбы. Луч фонаря метнулся вперед по тропинке, но в ту же секунду она поняла, что совершила роковую ошибку. Впереди никого не было. Опасность подкралась со спины.

За последние двенадцать лет Хелена сотни раз прокручивала в голове сценарии собственной гибели, но почему-то никогда не думала, что всё произойдет вот так. Настолько буднично и просто. Она даже не увидела нападавшего, бесшумно сделавшего шаг из-под низких сосновых ветвей. До ее слуха донесся лишь характерный металлический щелчок прокрутившегося барабана, вызвавший в душе дикую смесь ужаса и мгновенного облегчения. Хелена прекрасно знала это оружие — на стрельбище она лично отстреляла тысячи патронов из револьверов. Барабан этого оружия был пуст.

Хелена дернулась было, пытаясь вскочить на ноги и резко развернуться, наводя пистолет на цель. Но секунда была упущена. До ее слуха донесся лишь короткий свист, краем глаза она успела уловить взмах темно-зеленого рукава, а затем в область за ухом пришелся страшный удар тяжелого литого железа, отозвавшийся в черепе тонким звоном.

Было ли ей больно? Если и так, она не успела ничего почувствовать — сознание мгновенно поглотила кромешная тьма. Именно та тьма, которой она так боялась всю жизнь.

Глава 70

Ассад

Ассад бежал по скользкой лесной тропинке всего минуты четыре-пять, когда понял: что-то не так. В густой чаще было трудно ориентироваться, но внутренний компас подсказывал ему, что тропа медленно, но верно забирает всё сильнее к западу. А звук выстрела донесся не с запада, а с севера.

Он посветил назад, вдоль пройденного пути.

— Хелена! — крикнул он во всю мощь своих легких.

Ответа не последовало. Понятно, что сквозь густую чащу крик вряд ли мог до нее долететь, но от этой абсолютной лесной тишины у него по спине пробежал холодок.

Он развернулся и припустил обратно — так быстро, как только способен бежать человек в возрасте пятидесяти трех лет, потребляющий больше оливкового масла, чем средний провинциальный датский городок.