"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 351

Ладно бы дело происходило в Ираке, Сирии или Ливане, где все политики поголовно коррумпированы или приходятся кому-то бездарными племянниками, там это в порядке вещей. Но в Дании? Почему для политиков действуют иные правила, нежели для обычных людей?

Карла, спасшего столько человеческих жизней, три года назад затравили и упекли за решетку по нелепому подозрению. «Дело о строительном пистолете» фактически поставило крест на его карьере в полиции. А этот придурок, севший пьяным за руль, — слово ахбаль (кретин) тут подходило как нельзя лучше, — преспокойно возвращается в главный законодательный орган страны.

Ассад хлопнул по телевизору, и тот выключился. Хватить злиться, лучше пойти помочь Розе.

После ухода Карла Роза Кнудсен фактически взяла на себя руководство отделом «Q». Возможно, официальная должность руководителя не значилась на ее визитке, но все прекрасно знали, кто здесь главный. Задачи отдела оставались прежними: расследование старых «глухарей» по всей стране. Структура тоже не изменилась — они подчинялись непосредственно начальнику убойного отдела полиции Копенгагена, должность которого в 2023 году занимал Терье Плоуг.

Во время драматических событий 2021 года Терье получил пулю в спину, но поправился без серьезных последствий для здоровья и, к всеобщему удовольствию, возглавил убойный отдел после ухода Маркуса Якобсена. Терье был уже немолод и умел завернуть крепкое словцо, словно погонщик верблюдов, но если отбросить внешнюю суровость, он оставался стоиком и обладал достаточным умом, чтобы не лезть без надобности в дела Ассада, Розы и Гордона. Да и причин для этого не было. Роза, конечно, имела свои причуды — и немало, если начистоту, — но в отличие от Карла она образцово справлялась с бумажной волокитой, укладывалась в сроки и умела находить общий язык с важным начальством, увешанным орденами. Это пока и спасало отдел от нападок сверху.

— Роза, ты уверена, что тебе не нужна помощь? — крикнул он через коридор, но ответа не последовало.

Роза пыталась уговорить его занять бывший кабинет Карла. Это было самое просторное и удобное помещение в подвале, но Ассад отказался: с тех самых пор, как им объявили о возвращении отдела «Q» в Управление, он, как ребенок, радовался мысли снова оказаться в своей крохотной каморке под трубами отопления.

— Это просто чудо, Роза! — радовался Ассад, обнимая ее. Вернуться в великолепное здание Полицейского управления в самом центре Копенгагена — именно то, что им обоим сейчас требовалось, ведь настроение у них было на нуле. В июне уволился Гордон. Он влюбился в парикмахершу по имени Дженнифер, жившую в Йёрринге, и когда открылась вакансия комиссара в полиции Северной Ютландии, подал заявление и получил это место.

Для молодого следователя это было огромным шагом вперед, но Ассад чуть не расплакался, осознав, что они теряют еще и Гордона. Роза пустила в ход все мыслимые доводы, пытаясь удержать их «младшенького», да и сам Ассад во время регулярных телефонных разговоров настойчиво зазывал Гордона обратно «домой». Пока безуспешно.

В итоге за несколько лет штат отдела «Q» сократился с четырех человек до двух.

Терье, надо отдать ему должное, регулярно присылал кандидатов на стажировку. С момента ухода Карла через отдел прошли двое мужчин и две женщины, но всякий раз потенциальные сотрудники сбегали от них с криками ужаса. Одна претендентка без спроса вызвалась «навести порядок в архиве Розы». Больше ее не видели после того, как Роза обнаружила результаты этой самодеятельности. Другой пожаловался профсоюзному представителю на кофе Ассада и «тон» Розы. Третьего в 2022 году задело шальной пулей во время опасного задержания, и, насколько знал Ассад, он до сих пор находился на больничном. Четвертый, хвастливый парень лет тридцати, не скрывал, что пришел в отдел «Q» исключительно ради того, чтобы быстро стяжать славу в стиле Карла Мёрка. Однако во время первой же бешеной погони за подозреваемым он умудрился трижды свернуть не туда. Ассад вылил на него весь запас арабских ругательств и заорал, чтобы тот немедленно припарковался у обочины. Как выяснилось позже, у парня напрочь отсутствовал не только географический кретинизм, но и тормоза по части выпивки.

Терье намекал, что Ассад, Роза и Гордон принимали новичков не слишком гостеприимно. «Вы хотите вернуть Карла. Но второго такого нет!» — вздыхал он и неизменно добавлял: «И слава богу».

Это было неправдой. Ассаду не нужен был новый Карл. Он хотел вернуть прежнего Карла. Старого доброго Карла. Настоящего Карла. Только так мир обретал правильные очертания, и он искренне надеялся, что Карл поймет это теперь, когда отдел снова переехал в подвал.

Роза категорически не разделяла радости по поводу переезда.

— Чудо? Да черта с два это чудо, Ассад! Это попытка избавиться от отдела «Q», выпихнуть нас на мороз. При одном упоминании нашего отдела у начальства зубы начинают стучать.

— Выпихнуть на мороз? Куда? У нас в подвале всегда так тепло, Роза.

— Отодвинуть на задний план, Ассад! Сделать нас бесполезными. Карл сбежал, Гордон уехал, у нас годами не было дел, которые заинтересовали бы прессу. Они хотят закрыть отдел «Q»! — Щеки Розы пылали даже сквозь плотный слой макияжа. — Они хотят довести нас до белого каления, чтобы мы сами уволились. Как Карл и Гордон!

Ассад до конца не понимал, насколько верен этот анализ, но решил сделать еще одну попытку помочь Розе до конца рабочего дня. Он пересек коридор и заглянул к ней в кабинет: она сидела прямо на полу, зажав между ног картонную коробку. С нее катил пот, а взгляд был устремлен в какую-то точку на стене за спиной Ассада.

— Роза! — Ассад с максимально возможной для его плотного телосложения ловкостью перепрыгнул через коробку. — Ты упала?

— Что? — Роза посмотрела на него так, словно он оторвал ее от дела государственной важности.

— Ты упала вместе с коробкой? — Ассад протянул ей руку, чтобы помочь подняться.

Она с недоумением посмотрела на его волосатую ладонь.

— Я просто поскользнулась. Это дело «Журнал 64» [219]. Там должно быть три коробки с папками-регистраторами, а я нашла только две. Это катастрофа! Карл наверняка захочет просмотреть их, если соберется писать об этой истории, так что я кровь из носу должна найти последнюю коробку прямо сейчас. — Роза тяжело вздохнула и оттолкнула его руку. — И нет, Ассад, помогать мне не надо. В этом подвале существует только одна логичная система архивации — моя. — Она постучала пальцем по виску.

— Ну, коробки-то я могу потаскать? — Ассад едва осмеливался предлагать услуги, когда Роза пребывала в таком настроении. За долгие годы они с Карлом твердо усвоили правило: любой, кому дороги жизнь и барабанные перепонки, должен позволять Розе безраздельно править в собственном королевстве.

Но стоять в стороне было тяжело. Роза всегда заботилась об Ассаде, и ему хотелось отплатить ей тем же, тем более сейчас, когда она выглядела совершенно измотанной. Все эти годы Роза приходила на работу с густо подведенными черным глазами и шлейфом тяжелых духов с ароматом жасмина и ванили, напоминавших ему восточные базары его детства. Но в последнее время она казалась блеклой тени самой себя. Розу никогда нельзя было назвать образцом стабильности, но, к счастью, после ее психического срыва семь лет назад светлые периоды преобладали. И Ассад очень не хотел, чтобы все вернулось на круги своя. Ведь в одиночку тащить отдел «Q» он просто не сможет.

— Фигушки, держи свои лапы при себе, — отрезала она. Похоже, это прозвучало резче, чем задумывалось, потому что она тут же мягко улыбнулась и похлопала его по плечу: — Ассад, дружище... На дворе 2023 год, мы, женщины, сами таскаем свои коробки. Даже те из нас, кто приближается к климаксу. Но от чашечки чая я бы не отказалась.

Он кивнул, немного успокоившись. Острая на язык Роза была прежней, нормальной Розой. Он направился к себе, чтобы выбрать лучшую чайную смесь. А насчет климакса... Марве уже перевалило за пятьдесят, так что он не понаслышке знал об учащенном сердцебиении, бессоннице, сухости глаз и таких перепадах настроения, из-за которых ему пришлось попрятать дома все ножи и тяжелые предметы. Но ему и в голову не приходило, что Роза — женщина, отличавшаяся от Марвы как небо и земля, — может страдать от тех же гормональных неурядиц.