Мой командор (СИ), стр. 28

Я встаю, чтобы не чувствовать себя в уязвимом положении. Распрямляю спину и тоже сжимаю кулаки.

Кристан зол. Очень зол. Пусть так. Имеет право. Это его эсминец. И он здесь главный. Соберись, Мила, главное, бурю переждать. Его скоро отпустит. Просто отвечай на его вопросы, и всё будет хорошо.

Хотя нет, он молчит. Значит, я тоже могу задать вопрос.

— Почему конфетка, Кристан? — тихо спрашиваю я.

После долгой паузы, он, на удивление, отвечает.

— Конфетками у нас здесь называют карьеристок, — с бесконечным спокойствием в голосе произносит он, — на эсминце, как и на других кораблях гвардейской эскадры, много работы без грифов секретности. Сюда часто присылают талантливых выпускников на стажировку. В определённых кругах то, что на моём эсминце служат принцы, далеко не секрет. Не говоря о других перспективных холостяках.

Я удивлённо смотрю на него, и он поясняет:

— Личная гвардия императора, Мила. Да сюда длиннющая очередь из дочерей приближённых императора, министров и советников, и прочих влиятельных людей. Девушки с блестящим образованием легко находят себе пары, если правильно себя ведут. Старательные кстати, очень. Выслуживаются изо всех сил. Как и мужчины. Здесь, на месте службы, очень легко найти себе хорошую жену и заодно укрепить связи влиятельных семей.

Кристан вдруг усмехается:

— Если ты захочешь всё же строить отношения с принцами, они оба, и Зар, и Лор, крепко запали на тебя. Если ты идёшь по стратегии карьеристки, рекомендую Зарикларрара. Лор слишком…

— Кристан, да чтоб вас всех, нет! — вспыхиваю яростью я.

Порывисто отхожу от него подальше, останавливаюсь спиной к нему. Обхватываю себя за плечи, опускаю голову.

— Не нужен мне никто, — с застарелой злостью дёргаю плечом я. — Одно и то же, что в академии, что здесь. Кристан, я не строю никому глазки! Не играю! Ни принцы, никто мне не нужен! Я просто хочу… — прерывисто втягиваю воздух, резко выдыхаю, — я просто хочу выжить, Кристан. Спокойно служить, чтобы никто меня не трогал. Это всё, что я хочу.

Как же неслышно он двигается… совершенно не услышала, как он подошёл. Только вздрогнула от ощущения его сильных рук на своих плечах.

Он поворачивает меня к себе. Берёт мой подбородок пальцами, приподнимает, всматривается пристально, будто в мысли мои проникнуть хочет.

— Чтобы я тебя трогал, тоже не хочешь? — с непонятной мне интонацией спрашивает он.

Зажмуриваюсь, чтобы не видеть его странный взгляд. Как же я устала…

— Ты говорила, что я не противен тебе. Но даже смотреть на меня не хочешь.

Распахиваю глаза. В его взгляде столько всего смешалось, не понимаю, что он от меня хочет услышать.

У нас же пси-связка, почему он просто не возьмёт меня, как тогда, в лаборатории, к чему эти разговоры сейчас? Он же хочет, вон бугор какой ниже пояса, да и у меня от его близости между ног уже всё промокло. Трясёт от желания.

— Я не понимаю тебя, — обречённо выдыхаю я. — Конечно, ты не противен. Я просто… — поджимаю решительно губы и решаюсь признаться: — Мне не нужны отношения с мужчинами, потому что это опасно. Я не хочу передать свою… как ты говоришь особенность, детям.

— А если бы твои дети были защищены? — продолжает спрашивать он. — Если бы знала, что ты в безопасности. И всё можно. Всё равно личных отношений бы не хотела?

— Это невозможно, — поджимаю губы я.

— И всё же. Ответь на вопрос, Мила.

Спрашивает, а сам держит меня за плечи и едва ощутимо поглаживает большими пальцами.

И я сдаюсь, и так я полностью перед ним как на ладони. Чего уж тут.

Говорю прямо, как есть.

— Если с кем бы и хотела, то только с тобой, — с горечью признаюсь я. — Кристан, к чему эти вопросы? Мы сеансы уже пропустили, нам же в постель с тобой надо. Почему ты просто… Ты же из-за пси-сцепки. Со мной.

— Я бы с тобой и без всякой пси-сцепки, — усмехается Кристан. — Я тебя понять хочу. Ты говоришь, что личные отношения не нужны, но всё твоё поведение идеально укладывается в карьерные игры молоденьких девушек-псиоников.

До меня вдруг окончательно доходит. Проигрываю мысленно то, как меня прожигал взглядом Лорсил, когда я демонстративно его игнорировала. Да и Зарик, тоже самое.

Горько усмехаюсь. Кристан тотально прав. Сколько раз я слышала похвальбы в окружении Рины про успешные захваты перспективных мужчин-псиоников. Слишком уж их цепляет незаинтересованность и недоступность.

То, о чём сейчас говорит командор Хэлтор, мне полностью понятно. Наконец-то.

Вот почему он спрашивает. Ему надо решить, что делать с принцами. Если я действительно карьеристка, то тогда и меры к принцам неправильно будет применять. На моём месте действительно могла оказаться такая вот охотница за перспективным мужем. И тогда она вела бы себя точно так же как я — всячески показывая, что ей никто не нужен.

И мне тогда нет смысла злиться на принцев, и других мужчин, кто проявлял ко мне интерес в кают-компании. Их поведение укладывается в схему. Заинтересовались новенькой конфеткой, пошли в атаку. То-то меня Лорсил весь вечер взглядом прожигал.

Не надо было мне идти на эту традиционную встречу. Надо было упереться, отказаться, настаивая, что у меня приказ командора Хэлтора.

— Почему ты вообще пошла в кают-компанию? — командор задаёт новый вопрос.

Глава 32. Почему

Отличный вопрос. Действительно. Почему же я в эту самую кают-компанию пошла?

Кристан ждёт ответа. Стоит ко мне вплотную, близко-близко, так, что я чувствую запах его разгорячённого душем мужского тела. Смотрит на меня сверху вниз, нависает надо мной звёздным крейсером, прожигая лазерами льдистых глаз.

— Потому что Линда дала мне понять, — поднимаю голову я, прямо глядя в его ледяные бесстрастные глаза, — что я уже член команды, причём внутреннего круга. Офицер с допусками. Значит, когда я стану бывшей любовницей командора, мне потребуется уважение экипажа. Я согласилась с ней, что у меня есть только одна возможность создать первое впечатление. Да, я пошла. У тебя невероятная команда. Несмотря ни на что, я не жалею, что познакомилась с ними. И в целом, я считаю, что я справилась хорошо.

Его взгляд полностью непроницаем. Зубы стиснуты, а в ледяных глазах легко читаю спрессованное бешенство. Всей кожей чувствую расходящуюся от него волнами смертельную опасность.

От его холодности, легко читаемой ярости под кажущейся бесстрастностью, на меня накатывает дикий, иррациональный, неконтролируемый страх перед ним. Я никак не могу это контролировать, это сильнее меня, командор Хэлтор реально сейчас устрашает.

Он медленно поднимает руки к моей голове. Я вздрагиваю, зажмуриваюсь, почему-то мелькает мысль, что он меня сейчас попросту задушит…

С одной стороны понимаю, что он не причинит мне вреда, а с другой — моё пси расслоилось. Одна часть рвётся к нему, чтобы снова сплестись телами. Другая часть утверждает, что от этого высокого могущественного мужчины исходит смертельная угроза.

Съеживаюсь от страха, всем телом ощущая и осознавая, что наши силы совершенно несопоставимы. И физически, и в пси-полях. Что я могу противопоставить ему, если он нападёт на меня, если решит ликвидировать прямо сейчас?..

Вздрагиваю от нежного прикосновения к моим волосам…

Распахиваю глаза, глядя на Кристана.

Он медленно распускает мои волосы обеими руками, расправляет их по моим плечам, пропуская их сквозь пальцы, рассматривает их странным взглядом.

— Я приказывал тебе ни с кем не общаться, — тон его низкого хрипловатого голоса ровный, безэмоциональный.

Прерывисто вздыхаю, чувствуя, что страх постепенно отступает. Но всё равно, его ласка сейчас воспринимается, как если бы громадный хищник сначала лизнул беспомощную добычу, прежде чем вгрызться зубами.

— Я сказала об этом Линде, что ты мне запретил, — удивительно, как я ещё способна говорить. — Она ответила, что действительно был такой приказ. Но он сейчас отменён, — я делаю паузу и всё же добавляю виновато: — Линда настаивала, что мне необходимо соблюдать традиции, установленные тобой на эсминце.