Бессмертный (ЛП), стр. 73
В этот самый миг собственным, физическим зрением Клейн выхватил во мраке человеческий силуэт, ловко перемахнувший через ограду особняка парламентария Махта. Тень стремительно заскользила вдоль улицы, приближаясь к канализационному люку. Это была не кто иная, как Хейзел, владелица того самого мистического артефакта Пути «Мародера».
«Она же сейчас нос к носу столкнется с Вальтером… Какая к дьяволу канализация, это же прямо-таки парадные двери на шумный рынок!» Глядя вниз, Клейн едва удержался от порыва отчаянно хлопнуть себя по лбу.
Оказавшись у люка, Хейзел несколько секунд настороженно озиралась по сторонам. Лишь затем она сноровисто сдвинула тяжелую чугунную крышку и скользнула внутрь. Все ее движения были выверены до автоматизма, без малейшей заминки.
Ступив на скользкий, покрытый слизью пол, девушка целенаправленно и уверенно зашагала вперед, держась вдоль ржавых труб и медленно текущей, зловонной речушки из нечистот.
Внезапно по её спине пробежал ледяной озноб, вдоль позвоночника скользнул пронизывающий холод, а волоски на теле встали дыбом.
В следующее мгновение Хейзел почудилось, будто она с размаху рухнула в промерзлую до дна реку. Чудовищная, всепоглощающая стужа вмиг сковала каждую клеточку её плоти.
С леденящим ужасом она обнаружила, что ее собственные ноги послушно меняют направление и чеканят шаг прямо к стене с железными трубами — и всё это происходило напрочь в обход ее собственной воли!
Паника и первобытный страх молниеносно затопили разум Хейзел. Титаническим усилием воли она сбросила оцепенение и единым порывом влила всю доступную духовность в ожерелье на своей шее.
На этом украшении красовались семь безупречно прозрачных, изумрудно-зеленых камней, расположенных на равном расстоянии друг от друга и окаймленных россыпью мелких бриллиантов. Даже в этой глухой, беспросветной тьме камни источали едва уловимое, мягкое свечение.
Вдруг один из изумрудов ярко полыхнул, озарив прекрасное личико Хейзел зловещим, мертвенно-зеленым светом.
Ее шаг к стене резко оборвался. Ступни неестественно, словно у сломанной куклы, дернулись вперед, но тут же послушно вернулись на место.
В эту долю секунды девушка физически ощутила, как сковавшая ее нутро ледяная хватка дала слабину, впав в секундный ступор.
Не теряя ни мгновения, она без малейших колебаний зажгла духовностью следующий прозрачный изумруд. Вскинув правую руку и направив её на саму себя, девушка резко, с силой вывернула запястье.
В тот же миг в ее голове вспыхнула причудливая вязь таинственных символов и узоров, а духовность вкупе с голосовыми связками претерпели кратковременные, но ощутимые метаморфозы.
Она благополучно украла Потусторонний талант — «Вопль мстительного духа»!
Хейзел уже приоткрыла рот, готовая отчаянно, не считаясь с последствиями исторгнуть этот разрывающий перепонки визг, как вдруг её собственные руки вновь вышли из-под контроля. Ладони молниеносно взметнулись вверх и с первобытной, беспощадной силой наглухо зажали ей рот.
Оглушительный крик захлебнулся, обратившись лишь жалким, сдавленным мычанием в глубине горла. Ее ноги, ступая с пугающей, кошачьей легкостью, в несколько шагов приблизились к стене, свернули в глухой туннель и заставили тело покорно осесть на корточки прямо в кромешном мраке.
Она билась и извивалась из последних сил, но всё было тщетно. Ей не удавалось даже заново пробудить магию своего ожерелья.
Темно-карие глаза Хейзел распахнулись до предела, переполненные леденящим ужасом и глухим отчаянием. Две хрустальные слезинки проступили в уголках глаз и медленно покатились по щекам.
А в это самое время Вальтер, осторожно ступая в темноте, вынырнул из соседнего прохода. Добравшись до канализационного люка, он сноровисто и ловко вскарабкался по скобам наверх.
Лишь когда мажордом бесшумной тенью перемахнул через ограду особняка Дуэйна Дантеса на улице Бёклунд, 160, Хейзел внезапно ощутила, как власть над собственной плотью возвращается к ней. Та самая пробирающая до костей, пугающая стужа бесследно испарилась.
Сперва она с нескрываемым изумлением вскинула дрожащие руки, окинув их взглядом благодаря дарованному ночному зрению. Затем в панике принялась затравленно озираться, словно в непроглядных глубинах коллектора всё еще таились мириады невидимых, кошмарных тварей.
Судорожно нащупав правой ладонью ожерелье на груди, девушка с предельной осторожностью поднялась на ноги и попятилась к выходу.
Она благоразумно не стала сломя голову бросаться наутек, ежесекундно ожидая нового, смертоносного удара из темноты.
Наконец ей удалось выбраться обратно на улицу Бёклунд. При виде тусклого света, льющегося с черных чугунных фонарей и отражающегося в лужах на брусчатке, она смогла перевести дух.
Лишь теперь Хейзел сорвалась с места, со всех ног мчась к родному дому. Впрочем, на полпути она резко затормозила, бросилась обратно и, суетливо, дрожащими от напряжения руками водрузила чугунную крышку люка на место.
Покончив с этим, девушка тенью заскользила вдоль темных стен, просочилась в свой сад и, виртуозно карабкаясь по газовым и водопроводным трубам, благополучно достигла балкона своей спальни.
Лишь очутившись в безопасности, она наконец-то обрела способность здраво соображать. Широко распахнув глаза, Хейзел на одних инстинктах затравленно огляделась по сторонам, а ее тело пробила крупная, неконтролируемая дрожь.
Она уже было вскинула левую руку, намереваясь просто утереть лицо рукавом, но на полпути замялась, вспомнив о манерах, и вместо этого суетливо выудила из кармана носовой платок.
…………
«А у этой Хейзел и впрямь имеются недурные задатки для выживания, на зеленую новичку она явно не тянет…» — в недрах канализации из ниоткуда соткался силуэт Сеньора, щеголяющего в потертой треуголке и темно-красном сюртуке. Клейн через марионетку беззвучно вынес свой вердикт.
Вслед за этим болванчик, повинуясь воле Клейна, вновь бесследно растворился во мраке и скользнул в тот самый глухой туннель, где пряталась Трисси.
Едва «Мстительный дух» приблизился, как облаченная в длинное черное платье Трисси вскинула голову. На её губах заиграла причудливая улыбка, в которой хрупкая беззащитность сплеталась со стальной, первобытной дерзостью:
— Сдается мне, ты пришел с миром.
— А той леди чертовски повезло.
Она не только почуяла присутствие Хейзел, но и с легкостью засекла невидимого «Мстительного духа»!
Силуэт Сеньора в мгновение ока проявился из пустоты. Издав глухой смешок, он отозвался:
— Вполне вероятно, что её смерть банально сулила бы куда больше лишних хлопот.
Положа руку на сердце, Клейну до смерти хотелось сдать Трисси с потрохами властям. Юноша кристально ясно помнил все ее кровавые злодеяния: как виртуозно она стравила пассажиров и матросов «Клевера», заставив их с остервенением рвать друг другу глотки прямо посреди моря; как хладнокровно губила безвинные души. Однако, смекнув, что ведьма тоже роет землю носом в поисках разгадки гибели принца Эдсака, сыщик на ходу перекроил планы. Он твердо вознамерился использовать эту Ведьму в своих интересах, наладив с ней сугубо деловое, ограниченное сотрудничество.
Тайна смерти принца Эдсака — это и есть ключ к подлинной изнанке Великого баклундского смога!
«Копать в этом направлении — затея смертельно опасная. Вздумай я втянуть в эту бойню невиновных, меня бы сгрызла совесть за их искалеченные судьбы или пролитую кровь. А вот бросить на амбразуру Трисси — милое дело, никаких душевных терзаний! Эта дрянь своими зверствами давно заработала себе персональный котел в Бездне! Загвоздка лишь в одном: вдруг она использует эти поиски как ширму для какого-нибудь нового дьявольского ритуала? Нужно держать ухо востро и ни на секунду не терять бдительности, иначе можно запросто сыграть ей на руку и спровоцировать очередную катастрофу…» — лихорадочно взвешивая все риски, Клейн заставил Сеньора сделать еще пару шагов вперед.