Бессмертный (ЛП), стр. 355
Что же до самих корсаров — в особенности тех, кто лишь недавно спустил всё до последнего пенни в кабаках да борделях Байама, — Элджер знал их гнилую, алчную натуру как свои пять пальцев. И прекрасно ведал, на какую именно наживку они заглотнут крючок вместе с поплавком.
Ко всему прочему, «Лазурный Мститель» и так проторчал в гавани Байама непозволительно долго. Затягивать стоянку и дальше было бы откровенно подозрительно.
А бремя негласной слежки за «Ремесленником» Шарфом благополучно перекочевало на хрупкие плечи «Отшельника» Катлеи. Из-за параноидального «расследования», развернутого инквизиторами ордена Авроры, этой пиратской владычице вкупе с ее «Будущим» в обозримом времени всё равно предстояло безвылазно дрейфовать в акватории Ротсид. К тому же птички пели, что именно в этих краях пустила корни одна из ключевых ячеек Ордена Аскетов Моисея.
Осушив кружку с ромом до дна, Элджер со стуком опустил её на стол. Устремив тяжелый взгляд на мерно вздымающиеся за иллюминатором океанские волны, он едва слышно проронил:
— Банси…
…………
Прикинув, что на дворе уже конец июня, а значит, Уилл Осептин может появиться на свет буквально в любую секунду, Клейн, немного переведя дух, воспарил в таинственные чертоги над серой мглой. Выудив оттуда беспроводной телеграфный приемник, сыщик переправил его обратно в материальный мир, дав себе железобетонную клятву: задать «волшебному зеркалу» максимум два вопроса и ни словом больше.
Внезапно в погруженной в промозглый, леденящий душу мрак комнате раздался мерный, барабанный стрекот: тук-тук-тук. Аппарат, к которому не прикасалась ни одна живая душа, ожил сам по себе.
Глава 936
Не желая упускать
Под мерный, дробный стрекот беспроводной телеграфный приемник выплюнул лоскут призрачной белой бумаги. На нем ровными лоэнскими буквами было выведено:
'О великий, высочайший и вечный владыка, ваш ничтожный, смиренный и бесконечно преданный слуга Арродес явился на ваш зов!
Ведомо ли вам? В семье доктора Аарона Цереса позавчера ночью наконец-то появился на свет младенец'.
«Какое счастье, что я вовремя навел мосты с волшебным зеркалом…» — Клейн едва заметно кивнул и ровно произнес:
— Теперь ведомо.
Аппарат вновь затарахтел, выплевывая свежую порцию иллюзорного пергамента:
«Следуя закону равноценного обмена, нынче ваш черед задавать вопросы».
Изначально Клейна так и подмывало выпытать всё об Инсе Зангвилле, артефакте «0–08» и том самом злом духе «Красного Ангела». Однако, поразмыслив, он резонно рассудил: раз уж его собственные гадания над серой мглой потерпели фиаско, то и всевидящее око Арродеса вряд ли сможет пробиться сквозь эту пелену. В лучшем случае зеркало подкинуло бы более подробное досье на «0–08». А такой расклад сулил фатальную угрозу: не укрывшись барьером серого тумана, сыщик де-факто «узнал» бы об артефакте нулевого класса, и тот, согласно своим леденящим правилам, неминуемо взял бы его след. Подобная засветка в корне ломала любые планы по дерганию за ниточки из глубокой тени и режиссуре спектакля.
Взвесив всё за пару секунд, юноша поинтересовался:
— Существует ли способ в кратчайшие сроки переварить магический эликсир?
«Безупречнее отыгрывать роль», — под звонкий стрекот выстроились черные буквы на призрачной бумаге.
Пробежавшись взглядом по ответу волшебного зеркала, Клейн впал в непродолжительное оцепенение, после чего медленно, с тяжелым осадком на душе выдохнул.
Для его нынешнего состояния и скудного арсенала Инс Зангвилл нарисовался на горизонте слишком уж рано!
До полного усвоения зелья «Марионеточника» оставалось еще добрых два месяца. Достигни он этой планки, сыщик, загодя скопивший все необходимые ингредиенты, смог бы виртуозно срежиссировать вендетту, превратив убийство полубога Инса Зангвилла в грандиозную постановку. Этот акт возмездия идеально сплелся бы с ритуалом возвышения, напрочь избавляя от нужды готовить пути к отступлению. Увы, суровая реальность диктовала свои законы: Инс Зангвилл отнюдь не собирался покорно дожидаться, пока его палач вооружится до зубов. Он вышагнул на сцену тогда, когда ему вздумалось, безжалостно ломая заготовленный сценарий.
В своих изначальных, черновых планах Клейн вознамерился первым делом наладить агентурную сеть, намертво взять след беглеца, а уж к концу августа — началу сентября выковать железобетонную стратегию удара. Вот только вскоре этот замысел с треском разбился о горькую истину. Инс Зангвилл мертвой хваткой сжимал проклятый артефакт «0–08». Не вляпайся он в одержимость злым духом, его координаты вовек бы не всплыли на радарах. Если не выжать максимум из его нынешнего плачевного, нестабильного состояния, то, едва выжегши скверну из плоти, ублюдок вновь бесследно испарится. И тогда сыщик будет вечно, раз за разом упускать мишень из-за мириад роковых, виртуозно сплетенных случайностей.
Ко всему прочему, подтвердись гипотеза о том, что в тело бывшего архиепископа угнездился именно злой дух «Красного Ангела», Клейна грызла еще одна леденящая паранойя. Он до смерти боялся, что Инс Зангвилл сыграет в ящик еще до того, как они с Леонардом успеют обрушить на него свой карающий клинок. Сгинет в пучине чьих-то чужих, куда более грандиозных интриг, или же подохнет от какой-нибудь нелепой, гротескной случайности, так и не поплатившись за свои кровавые злодеяния.
Подгоняемый этим вихрем тревог, Клейн отчаянно рвался подстегнуть усвоение эликсира, искренне уповая завершить процесс за жалкую неделю-другую. Однако лаконичный ответ волшебного зеркала Арродеса окатил его ледяной водой, ясно дав понять: в таких делах прыгнуть выше головы попросту немыслимо.
Как, во имя всех богов, за эти полмесяца — а то и вовсе за считанные дни — можно выковать почву для поистине безупречного отыгрыша?
В те мгновения звенящей тишины Клейн принял непреклонное, железобетонное решение: он больше не станет пытаться усидеть на двух стульях, искусственно сплетая вендетту с возвышением. Отныне и впредь, покуда шансы на триумф остаются приемлемыми, ликвидация Инса Зангвилла становится абсолютным, безоговорочным приоритетом.
Упускать столь идеальную возможность он категорически не желал.
И пускай с той кровавой трагедии в тингенском охранном агентстве «Терновник» минуло от силы десять месяцев, даже не дотянув до года, для самого Клейна этот срок растянулся на целую вечность. Вечность, после которой ждать дольше было физически невыносимо.
Бросив тяжелый, пронзительный взгляд на жутковатый беспроводной телеграф, сыщик на секунду задумался. Его лицо мгновенно окаменело, налившись суровой серьезностью, и он глухим, вибрирующим баритоном вопросил:
— Не так давно, взглянув на себя сквозь призму зрения марионетки-«Победителя», я наконец-то раскусил, отчего адепты Пути «Судьбы» так шарахаются при встрече со мной.
— А теперь я жажду услышать: что именно видишь во мне ты?
Этот вопрос ударил подобно громовому раскату, раскатившись эхом по комнате. Телеграфный приемник впал в глухой, леденящий ступор, напрочь лишившись признаков жизни. Лишь спустя долгую, томительную паузу в тишине вновь зазвучал робкий, дробный стрекот.
Аппарат выплюнул лоскут непроницаемо-черной призрачной бумаги, по которой один за другим начали вылепляться мертвенно-бледные слова:
'Я… я узрел в вас Опору. Узрел Доминирование.
Удовлетворит ли вас подобный ответ?'
«Опора, Доминирование… И как это прикажете понимать?» — Клейн уже было приоткрыл рот, намереваясь вытрясти подробности, но вовремя прикусил язык. Юноша резонно рассудил: Арродес вряд ли сможет разжевать всё до кристальной ясности, банально не обладая достаточным багажом знаний о столь заоблачных материях.
Понимая, что промедление грозит привлечь нежеланный визит самой «Матери Древа Желаний», он скупо кивнул и бросил:
— Вполне сносно.
— На сегодня закончим. Ступай.
Мерный перестук телеграфа вмиг налился бьющей через край, задорной легкостью, а вылетающая из нутра бумага вновь обрела свой первозданный, белый цвет: