Бессмертный (ЛП), стр. 309
Зажмурившийся Энзо, смекнув, что сокрушительный удар ушел в пустоту, благоразумно отбросил самоубийственную затею прикончить преследователя. Нацелившись исключительно на побег, он вновь рванул к парапету на конце улицы.
Чутье истошно вопило: промешкай он еще хоть мгновение, и на хвост неминуемо сядут подоспевшие «Ночные Ястребы», превратив и без того скверную ситуацию в полнейший, неконтролируемый хаос.
Впрочем, для подлинного «Счастливчика» и «Победителя» именно хаос служил лучшей мутной водой для спасительного рывка!
Продолжая петлять и метаться в слепой скачке, маг по воле рока вновь промчался аккурат мимо того самого места, где валялся прошитый его же пулей марионетка Оув.
На указательном пальце левой руки болванчика тускло поблескивал массивный золотой перстень с кровавым рубином.
Артефакт внезапно полыхнул зловещим, багровым светом. Зияющая рана на груди Оува начала стремительно, с тошнотворным чавканьем извиваться и затягиваться. Оживший труп пружинисто взмыл ввысь и, широко разинув пасть, хищно бросился прямо на пробегающего мимо Энзо.
В зияющем зеве марионетки язык, казалось, напрочь утратил свою плотность, обернувшись бесформенным, пульсирующим комком кровавого месива.
«Цветок Крови»!
Оув щеголял именно тем самым перстнем, что Клейн не так давно сорвал с трупа мистера Икс. Эта реликвия таила в себе двойное дно: с одной стороны, она грозила в любую секунду напрочь лишить носителя рассудка, превратив в одержимого жаждой крови зверя. С другой же — даровала поистине пугающую власть над собственной плотью. Покуда удар не обрывал жизнь мгновенно и не выжигал тело дотла святым очищением, даже самые фатальные, изуверские раны затягивались, возвращая организму первозданную целостность!
Ко всему прочему, артефакт снабжал хозяина изрядным арсеналом магии крови и плоти. Воистину, безупречный, эталонный инструмент для любой бесчувственной куклы!
Выходя на охоту за новой марионеткой и понятия не имея, с каким именно Путем и Последовательностью ему предстоит схлестнуться, Клейн подготовился с параноидальной дотошностью. Вооружив Оува «Цветком Крови», сыщик виртуозно срежиссировал этот спектакль: для внешнего наблюдателя Клейн казался главным действующим лицом, а болванчик — лишь жалкой пешкой, хотя на деле их роли были зеркально перевернуты.
Едва Энзо миновал распростертое тело, как его колено пронзила резкая, саднящая боль — аукнулось то самое падение на брусчатку.
Повинуясь мимолетной вспышке инстинкта, маг грациозно припал к земле, почувствовав, как над его головой со свистом проносится чей-то силуэт, в очередной раз ударивший по пустоте!
Даже столь вероломный, внезапный выпад Оува с треском разбился о железобетонную броню «Победителя»!
Губы Энзо уже начали растягиваться в торжествующей усмешке, и он изготовился к новому рывку, как вдруг душу вновь окатило леденящей волной тревоги. На одних рефлексах он туго сжался в клубок, наглухо прикрывая уязвимые места.
В эту самую долю секунды тело марионетки Оува гротескно раздулось и абсолютно беззвучно разлетелось на куски.
Ошметки плоти и крови обернулись чудовищным, ревущим штормом, безжалостно накрывшим солидный радиус вокруг. С мерзким, свистящим чавканьем кровавая шрапнель градом обрушилась на съежившегося мага.
Еще одним козырем Клейна, заготовленным загодя, стала та самая мутировавшая способность «Ползучего голода», с помощью которой сыщик заботливо упрятал в нутро болванчика «Бомбу из плоти и крови»!
Со звонким, отчетливым лязгом золотой перстень с рубином рухнул на каменную мостовую. Синхронно с этим силуэт Клейна материализовался прямо подле распластанного Энзо.
Вскинув левую ладонь, юноша заставил жуткую перчатку налиться бездонной, непроницаемой чернотой. Казалось, артефакт соткан из мириад крошечных частиц тьмы. Приоткрыв губы, сыщик выплюнул пропитанное мерзкой, первобытной скверной слово:
— Медлительность!
Энзо, благодаря своей баснословной удаче чудом избежавший фатального урона и отделавшийся лишь легкими увечьями, внезапно окоченел. Его судорожные попытки вырваться налились пугающей, свинцовой тяжестью, а сжатый в комок силуэт начал дюйм за дюймом, мучительно медленно разворачиваться.
В следующее мгновение маг, распахнувший глаза от жгучей боли, воочию узрел перед собой ту самую фигуру. Знакомый силуэт, облаченный в черный костюм и полуцилиндр, возвышался над ним словно неумолимый вестник гибели.
— А-а-а!
Из глотки Энзо вырвался пронзительный, надрывный вопль. Вскинув дрожащие руки, маг судорожно вцепился себе в лицо, наглухо закрывая глаза ладонями.
Сквозь сжатые пальцы тут же густыми, частыми каплями заструилась алая кровь.
«Монстр?» — Клейн едва заметно вскинул бровь, созерцая корчащуюся на брусчатке в жутких муках мишень. Не теряя времени, сыщик продолжил методично дергать за «нити духовного тела», в считанные мгновения накинув удавку первичного контроля.
На сей раз обошлось без внезапных, ломающих планы сюрпризов. Балансирующий на грани полнейшего безумия Энзо, чья кожа уже успела покрыться жесткой чешуей, напрочь лишился сил для сопротивления, позволив кукловоду без малейших заминок углубить свою власть над телом мага.
Секунды таяли одна за другой. Внезапно Энзо резким, пружинистым движением вскочил на ноги, а проступившие на его плоти змеиные чешуйки послушно втянулись обратно, исчезнув без следа.
Прижав ладонь к груди, новоиспеченная марионетка отвесила Клейну глубокий, учтивый поклон. Следом болванчик неспешно отошел в сторону, нагнулся и подобрал оброненный золотой перстень с рубином. Натянув артефакт на указательный палец левой руки, он составил безупречную пару кольцу с зеленым самоцветом, что уже красовалось на другой кисти.
Сыщик титаническим усилием воли подавил в себе жгучий порыв взглянуть на самого себя глазами свежеобретенной куклы. Вместо этого он мысленно скомандовал Энзо тщательно зачистить поле боя от кровавых ошметков и прочих оккультных следов.
Покончив с этой рутиной, Клейн в компании марионетки шагнул в густые, непроницаемые тени на обочине улицы и в мгновение ока бесследно растворился во мраке.
Глава 910
Путь «Монстра»
Спустя несколько минут Дейли Симон и Леонард Митчелл, чья интуиция раз за разом давала сбой, наконец-то добрались до вершины той крутой лестницы.
Они спускались ступень за ступенью, намеренно сбавив темп и настороженно озираясь по сторонам, готовые в любую секунду принять бой.
Увы, даже достигнув самого дна, напарники так и не обнаружили ни малейших аномалий, не сыскав ни единой стоящей зацепки.
Дейли вновь сделала хватательный жест в воздухе, словно ловя ветер, поднесла кулак к уху и напряженно прислушалась.
Спустя пару секунд девушка обвела округу тяжелым взглядом и произнесла:
— Слышны отголоски выстрелов. На углу улицы впереди звенело упавшее оружие… Тот человек… тот самый беглец по имени Энзо — мертв. Он испустил дух…
— И чьих же это рук дело? — с неподдельным изумлением выпалил Леонард.
По его разумению, учитывая всю ту вереницу нелепых неудач, что преследовала их по пятам, Энзо уже благополучно сбросил хвост. Не оставалось ни малейшего шанса на то, что затаившиеся в тени надзиратели из Школы Розы вмешались, пустив бедолагу в расход ради зачистки следов.
Но если так, кто же, во имя всех богов, сумел стереть в порошок этого матерого Потустороннего, чей ранг наверняка достигал шестой или пятой Последовательности?
Как-никак, сегодняшняя облава «Красных перчаток» с самого начала прикрывалась запечатанным артефактом, наглухо отсекающим любые попытки прорицания. Ни одна живая душа не смогла бы загодя предвидеть их маневры и устроить засаду именно здесь, поджидая спасающегося бегством сектанта.
Дейли лишь отрицательно покачала головой:
— Малыши ничего не разглядели. Судя по всему, убийца виртуозно владеет искусством антипрорицания…
— Вполне вероятно, что это какой-то кровный враг Энзо, который и без того точил на него зуб и планировал нанести удар именно сегодня ночью.