Бессмертный (ЛП), стр. 285
Охотник за сокровищами задумчиво потер подбородок обтянутой черной кожей левой рукой и протянул:
— Та твоя перчатка ведь выкована из останков гиганта, так? И в чем же кроется ее пагубный побочный эффект?
Корсар выпалил на одном дыхании, даже не задумываясь:
— Повышает безрассудство. Заставляет сначала бросаться в пекло, а уж потом ломать голову над последствиями…
На этих словах пират внезапно осекся. Его голос угас, и он впал в глухое, многозначительное молчание.
Глава 896
Проверка Дейли
«Выходить ночью за словарем в город, где обстановка и так накалена до предела, да еще и с типично интисской физиономией — затея воистину самоубийственная… Нет, нельзя вечно таскать на себе эту перчатку…» Даниц на несколько секунд впал в ступор, после чего резко вскинул руку, намереваясь стянуть артефакт.
Движение оборвалось на полпути. Пират внезапно замер, смерил Андерсона подозрительным взглядом, вскользь мазнул по черной перчатке на левой руке охотника и, выдавив из себя сухой смешок, натянул свою реликвию обратно.
— Сдается мне, на Южном континенте, да и вообще в этих краях, важнее всего — собственная боевая мощь, — добавил корсар с натянутой, откровенно фальшивой ухмылкой.
Лицо Андерсона осталось абсолютно непроницаемым. Всё так же задумчиво потирая подбородок, он поинтересовался:
— И как же ты намерен выкручиваться?
Даниц ткнул пальцем в сторону лестницы:
— Думаю стрясти словарь с хозяина гостиницы. Сильно сомневаюсь, что он не обучает своих отпрысков дутанскому наречию.
— Мысль, конечно, здравая, вот только даже со словарем на руках в такие сжатые сроки язык не вызубрить. Даже освоить жалкую горстку ходовых словечек — задачка архисложная. Как-никак, с языками Северного континента они принадлежат к совершенно разным лингвистическим ветвям, — Андерсон укоризненно поцокал языком. — Пожалуй, подкину тебе идейку получше. Ваша капитанша ведь наверняка натаскивала тебя в ритуальной магии из домена Бога Знаний и Мудрости?
— Было дело, — без малейших раздумий кивнул Даниц.
Андерсон звонко хлопнул в ладоши:
— В таком случае, я научу тебя одному новому обряду. Вознесешь мольбу Богу Знаний и Мудрости, и Он дарует тебе способность свободно понимать, читать и писать на дутанском целую неделю.
Пират решительно, без капли сомнений мотнул головой:
— Я истово верую в Повелителя Бурь, а вовсе не в Бога Знаний и Мудрости. Если в былые времена кое-какие таинства и приносили плоды, то исключительно благодаря заступничеству капитана.
На этих словах он искоса мазнул по Охотнику пронзительным взглядом:
— Ты ведь сам родом из Сегаля, вырос в Ленбурге, да еще и протирал штаны за одной партой с нашей капитаншей, так?
— Стало быть, ты и сам принадлежишь к пастве Бога Знаний и Мудрости. Не логичнее ли будет, если этот ритуал провернешь именно ты? Всяко надежнее и эффективнее выйдет!
Искатель сокровищ со смешком покачал головой:
— Прихожан пруд пруди, вот только подлинного божественного отклика удостаиваются лишь избранные единицы.
Напустив на себя вид глубокого мыслителя, он добавил:
— Пожалуй, самый верный путь — навести мосты со жрецами или епископами Церкви Знаний, чтобы те сварганили для нас парочку нужных амулетов. Хм, помнится, в порту Беленс как раз осели несколько проповедников из Ленбурга. Как насчет того, чтобы завтра нанести им визит вежливости…
Даниц уже набрал было в грудь воздуха, чтобы согласиться, как вдруг его лицо исказила гримаса жгучего подозрения:
— Нутром чую: ты опять плетешь какие-то грязные интриги…
Улыбка на губах Андерсона мгновенно окаменела.
…………
Тем временем на борту дирижабля Клейн, надежно пристегнутый ремнями и укрытый мягким пледом, вальяжно откинулся в кресле и давно уже провалился в глубокий сон.
За иллюминатором царил непроглядный мрак, лишь изредка прорезаемый тусклыми, редкими огоньками на земле. Пейзаж внизу, казалось, проплывал неспешно, хотя на деле левиафан мчался с огромной скоростью. Всё вокруг дышало безмятежным, первозданным покоем.
Одному богу известно, сколько минуло времени, как Клейн внезапно вынырнул из небытия и со стоном размял затекшую шею.
Из-за мерзкого побочного эффекта револьвера «Похоронный звон» он выхлестал слишком много воды, и теперь переполненный мочевой пузырь безжалостно вырвал его из сладких грез.
Откинув плед и отстегнув ремни, Клейн, прикрывая зевающий рот ладонью, покинул полуоткрытую каюту и направился прямиком к уборной, притаившейся в углу просторного холла.
С превеликим облегчением справив нужду и тщательно вымыв руки, юноша только-только переступил порог, возвращаясь в зал, как его взгляд внезапно выхватил одинокий человеческий силуэт.
Фигура застыла в густой тени, куда почти не доставал тусклый свет газовых ламп. Облаченная в мрачный, глухой балахон, с кричаще-синими тенями для век и такими же румянами, она с первого взгляда походила на леденящего кровь призрака, только что сбежавшего из морга.
«Мадам Дейли…» — Клейн безошибочно узнал старую знакомую и тут же, на чистых инстинктах, виртуозно отыграл испуг, слегка отшатнувшись назад.
Дейли сделала пару неспешных шагов навстречу. Вскинув голову, она устремила взор на точеное лицо Дуэйна Дантеса, намертво пригвоздив взгляд к его глазам, и растянула губы в усмешке:
— Ваши глаза и сама выправка до боли напоминают мне одного старого приятеля. Особенно глаза.
Клейн тут же напустил на себя вид человека, с которого спало оцепенение, и с легким смешком парировал:
— Мадам, поменяйся мы с вами полами, это прозвучало бы как самая хрестоматийная попытка завязать знакомство.
Дейли и не подумала отвести пронзительный взгляд, лишь сухо, бархатисто рассмеялась:
— А пол менять совершенно ни к чему. В подобных делах он не играет ровным счетом никакой роли.
— Брякни я подобное при иных обстоятельствах, это бы стопроцентно означало, что я сплю и вижу, как бы затащить вас в постель. А то и вовсе довести дело до алтаря.
— Впрочем, прямо сейчас подобных порывов я не испытываю. Я подошла лишь потому, что ваши глаза и впрямь заставили меня воскресить его в памяти.
«Воистину, светские пикировки с мадам Дейли изматывают похлеще любой драки… Уступать ей инициативу категорически нельзя. Иначе ее цепкий ум мигом раскусит, что Дуэйн Дантес — никакой не прожженный ловелас и виртуоз флирта, а просто неоперившийся юнец, краснеющий перед роковыми дамами… Я обязан взять быка за рога и перехватить русло беседы…» — мысли молниеносно пронеслись в голове сыщика. Нацепив маску полушутливого любопытства, он ударил в лоб:
— Мадам, сдается мне, вы питали к этому приятелю весьма нежные чувства?
Дейли на долю секунды опешила. Изящно изогнув бровь и опустив взгляд, она тихо рассмеялась:
— Глупо делать из этого тайну за семью печатями.
— Обладай он вашей хваткой, умей так же дерзко брать инициативу в свои руки при общении с дамами и виртуозно нагнетать интригу — одному богу известно, быть может, мы бы уже нянчили общих детей.
— Какая досада, что он был до зубовного скрежета консервативен. Любая наша беседа сводилась к сухим сводкам и казенному опыту. Стоило лишь закинуть легкую удочку или отпустить пикантную шуточку, как он тут же багровел, терялся и суетливо искал предлог для бегства. Выглядел он старше своих лет, за шевелюрой следить не умел, а память у него была дырявая как решето — даже мой день рождения умудрялся забыть. Как только о нем вспоминаю, меня так и кроет от злости! Возникает дикое желание швырнуть его на кровать и намертво привязать запястья к спинке…
Клейн, чей взор потяжелел и налился бездонной, темной глубиной, неотрывно смотрел на макушку женщины. Издав тяжелый вздох, он деликатно оборвал её пламенную тираду:
— Мадам, вы сболтнули лишнего.
Дейли вскинула голову, и её улыбка ни на йоту не утратила прежней, обволакивающей теплоты: