Бессмертный (ЛП), стр. 236
— Вполне сносные сроки.
«Вполне сносные… А затянись эта волокита еще на пару-тройку недель или месяц, ты бы, небось, просто „Телепортировался“ прямиком ко мне с дружеским визитом?» — от этих слов у Элджера внутри невольно шевельнулся червячок безотчетной тревоги.
Поскольку его ближайшим замыслом было легально выудить из закромов Церкви Повелителя Бурь эликсир «Жреца Бедствий», а переваривание «Океанского Певца» только-только стартовало, нужды рыскать в поисках свежих Потусторонних ингредиентов у него пока не предвиделось. Моряк вновь погрузился в безмолвие, взяв на себя роль стороннего наблюдателя за чужими торгами.
Прямо сейчас для него куда важнее было раздобыть одну-две убойные реликвии, дабы те гармонично дополнили его «Плеть Разума». Конечно, в вопросе артефактов качество всегда било количество, ведь наложение пагубных побочных эффектов грозило фатальными последствиями. Но иметь в рукаве всего один козырь, будучи без пяти минут полубогом на пятой Последовательности, — это было откровенно плачевно.
В идеале мастер такого ранга должен располагать парочкой-тройкой мистических предметов, чьи изъяны не сливались бы в резонансе.
Разумеется, одну обновку Элджер уже забронировал. Стоило лишь «Ремесленнику» покончить с заказом Германа Воробья, как на наковальню ляжет его собственное кристальное ядро шестикрылой горгульи.
Эта диковинка обойдется ему в тысячу фунтов. Приплюсовав сюда расходы, которые он покрыл за «Мира», его и без того скудные капиталы похудели на целых две тысячи, оставив на дне кошелька жалкие 1800 монет. Причем пять сотен из них составляли те самые комиссионные, что он любезно отщипнул с заказа перчатки для мисс «Справедливости».
Воспользовавшись повисшей тишиной, Эмлин перевел взгляд на «Солнце». Тщательно взвешивая слова, вампир поинтересовался:
— Мне позарез требуется Потусторонняя характеристика пятой Последовательности искусственных вампиров. Что ты желаешь получить взамен?
За минувшие дни он успел навести справки в кругах своего благородного рода Крови и доподлинно знал: способ вытравить ментальную скверну из подобных характеристик существует. Вот только чтобы бить челом старейшинам о такой милости, надлежало сколотить солидный багаж заслуг.
Именно поэтому Эмлин резонно рассудил, что для начала нужно прибрать к рукам сами стержневые ингредиенты для эликсира возвышения, а уж прочие хлопоты отложить на потом.
Опираясь на прежние расценки, подобный материал пятой ступени тянул примерно на восемь тысяч фунтов — по крайней мере, именно такие цифры в свое время заламывал суровый господин «Мир». А поскольку наличность вампира едва переваливала за пять тысяч четыреста монет, до заветной суммы было еще пилить и пилить.
Будь его воля, он бы ни за что не заикнулся о сделке, пока не скопил бы нужный капитал до последнего пенни. Кредиты и жизнь в долг претили его натуре: даже ради самой роскошной, новомодной куклы он не пошел бы с протянутой рукой, предпочтя затянуть пояс и горбатиться еще пуще. Однако суровая реальность подкинула ему весьма занятный нюанс: малышу «Солнцу» эти деньги и даром не сдались. Для затворников Города Серебра хрустящие лоэнские фунты представляли ценность разве что в качестве макулатуры.
Стало быть, юноша стопроцентно потребует натурального обмена, и выведать его нужды загодя было бы воистину мудрым решением.
«К тому же, этот паренек совершенно не сечет в наших рыночных ценах. Вдруг то, о чем он попросит, обойдется мне всего в какие-то пять тысяч…» — в душе Эмлина затеплилась робкая надежда на чудо. Горделиво вскинув подбородок, он устремил взор на соседа.
Деррик искренне, со всей серьезностью призадумался, после чего произнес:
— Э-э… Пожалуй, формулу эликсира пятой Последовательности для Пути «Солнца».
Первым его порывом было попросить вампира погасить долг перед господином «Миром». Вот только этот мрачный авантюрист так до сих пор и не озвучил своих требований, а значит, перевешивать подобное обязательство на чужие плечи было бы откровенно некрасиво.
Ко всему прочему, за время посиделок в Клубе Таро Деррик изрядно заматерел и набрался ума. Сплетя эти знания с внутренними расценками Города Серебра, он кристально ясно осознал: пропасть между стоимостью рецепта шестой ступени — «Нотариуса» — и характеристикой пятой Последовательности поистине колоссальна. Погасить второе за счет первого было бы вопиющим расточительством. А потому он благоразумно взвинтил ставку до формулы пятого ранга.
«Рецепт пятой Последовательности… Раздобыть такую редкость на подпольном рынке — та еще задачка. Ценник будет скакать от четырех с половиной до семи тысяч фунтов, всё зависит от того, кому нужнее. Да и на проверку подлинности придется изрядно раскошелиться…» Эмлин уже было приоткрыл рот, чтобы ударить по рукам, как вдруг тишину разорвал хриплый, надтреснутый голос «Мира»:
— Он есть у меня.
Под монументальными, уходящими ввысь сводами дворца повисла звенящая тишина. Резиденты Клуба Таро застыли в легком, почти парализующем ступоре.
«Неужто в наши дни материалы пятого ранга валяются на каждом шагу?..» Эмлин, всё еще не сумевший дотянуться до этой ступени, почувствовал удушающую, глухую досаду. Выждав пару секунд, чтобы усмирить эмоции, он спросил:
— Какова цена вопроса?
Клейн, молниеносно подбив в уме финансовые возможности этого надменного кровососа, дернул за ниточки, заставив «Мира» Германа Воробья издать низкий смешок:
— Пять тысяч фунтов. Рецепт зелья «Жреца Света».
«Пять тысяч⁈» Эмлин на долю секунды опешил, но тут же, не раздумывая ни мгновения, выпалил:
— По рукам!
В этот миг вампир походил на человека, дорвавшегося до долгожданной, роскошной куклы на сумасшедшей распродаже.
— Договорились, — марионетка «Мир» ответила коротким кивком, всем своим видом показывая, что сделка эта — сущие пустяки, не стоящие лишних волнений.
Следом он заметил, как мисс «Справедливость» обвела собравшихся взглядом, и до его слуха донесся звонкий девичий голос:
— Я бы хотела выставить заказ на одно расследование.
«Заказ на расследование?..» Сердце Клейна тревожно екнуло, а лицо «Мира» Германа Воробья в ту же секунду приобрело слегка отсутствующее, застывшее выражение.
— И что же это за дело? — с нескрываемым интересом подалась вперед «Фокусник» Форс.
Писательница кристально ясно помнила: все поручения мисс «Справедливости» славятся баснословными гонорарами и до смешного смехотворными рисками. Упускать такую халтурку было бы форменным преступлением!
Тщательно подбирая слова, Одри начала:
— За последние дни Баклунд сотрясли два весьма примечательных инцидента. Первый — это история с бароном Синдрасом, которого, судя по всему, попытались подставить. А второй — дерзкое покушение на члена нижней палаты, парламентария Махта, разразившееся на почве борьбы за чистый столичный воздух…
Чем дольше распиналась мисс «Справедливость», тем сильнее у Форс отвисала челюсть. Звучало всё это до боли знакомо, ведь в обеих заварушках она лично варилась от начала и до конца, обеспечивая негласную охрану!
Девушка непроизвольно выпрямила спину, всем своим существом обратившись в слух.
— И в эпицентре обоих событий неизменно маячит фигура одного и того же человека — толстосума по имени Дуэйн Дантес. Он объявился в Баклунде от силы пару месяцев назад и уже успел пожертвовать Церкви Богини Вечной Ночи пакет акций на добрый десяток тысяч фунтов, дабы учредить благотворительный фонд для бедных студентов, — продолжала вещать Одри, виртуозно напуская на себя вид человека, который знает об этом типе лишь по слухам и досье, но уже нутром чует неладное. — Я жажду, чтобы кто-нибудь досконально прочесал его подноготную и вывел на чистую воду.
«Да я же в курсе! Я знаю его как облупленного! Денег куры не клюют, физиономия весьма недурна, хватка в делах стальная и прожженная… А еще у него явно барахлят почки или простата…» Форс едва не подскочила на месте, отчаянно порываясь выложить всё как на духу.