Попала! Ошибка истинного (СИ), стр. 5
Она подчинилась. Я заглянул в её серо-льдистые глаза и медленно проговорил:
– Вы последняя, кто видел Василису. Любое ваше воспоминание об этом моменте, может быть исключительно важным. Прошу вас, попробуйте вспомнить всё.
За моей спиной Альварес едва заметно фыркнул, но я даже не обернулся.
– ДА ЧТО ТЫ С НЕЙ ВОЗИШЬСЯ, АЛДЕРИАН! – глухо пророкотал в моём сознании Призрак, – ПОПРОСИ СВОИХ ПРИВИДЕНИЙ ПРОНИКНУТЬ В ЕЁ ГОЛОВУ, И ДЕЛО С КОНЦОМ!
Я едва заметно покачал головой. Нет. Не бывать этому. Это слишком варварский метод, у которого могут быть непоправимые последствия.
– Слушаю вас, – мягко обратился я к девушке. Она прерывисто вздохнула, словно стоя на краю ледяного озера и никак не отваживаясь нырнуть.
– В эту ночь, – донёсся до меня её шелестящий шёпот, – я спала очень крепко. Сейчас я думаю, что это странно, обычно я не засыпаю так глубоко… но посреди ночи я услышала какой-то тихий шум и проснулась.
Эстер осеклась.
– Интересно, как я его услышала, если так крепко спала? – пробормотала она и тут же мотнула головой, – нет, неважно…
– Шум, значит, – проворчал Альварес. Я метнул на него гневный взгляд, и он принял непроницаемый вид, скрестив руки на груди. Я ободряюще улыбнулся Эстер:
– Прошу, продолжайте. Вы услышали шум, и…
Девушка кивнула.
– Я не могла пошевелиться, как будто меня сковали цепями, – размеренно заговорила она, полностью погрузившись в воспоминания, – но я лежала так, что могла видеть всю комнату. И я посмотрела на кровать Василисы. Мне показалось, что рядом с ней кто-то стоит…
Вот оно! Я стиснул зубы. Кажется, сейчас что-то прояснится!
– Может, это была сама Василиса? – донёсся до меня мрачный голос Альвареса.
– Нет-нет! – запротестовала Эстер, – Это была Ханна!
И резко замолчала, уставившись на меня расширившимися глазами. Словно сама удивилась вырвавшимся у нее словам.
– Ханна, – задумчиво повторил я. В памяти всплыл случай со злосчастной комнатой. Тогда попались трое: Василиса, паренёк по имени Петер Мольнар и Ханна Саланне, – случайно не Саланне-тар?
– Точно, она, – с готовностью кивнула Эстер. Она словно расслабилась и перестала так отчётливо дрожать, – я узнала её по фигуре. Мы в этой комнате втроём живём: я, Василиса и Ханна.
– Может быть, она просто подошла к Василисе одеяло поправить или что-то в этом роде? – фыркнул Альварес. Я спиной чувствовал, что ему не нравится вести эту беседу. Зная командора, я был готов побиться об заклад, что он бы сейчас ломился напролом, хватая всех и каждого и вытрясая из них души.
Но я не Альварес. Я не действую так опрометчиво. Однако вопрос он задал дельный.
Я посмотрел на Эстер и поднял бровь:
– Что скажете, Стирран-тар?
Девушка задумалась и медленно покачала головой.
– Не думаю, Алдериан-тар, – призналась она, – Ханна стояла неподвижно, она словно застыла и смотрела на Василису. Может, ждала, пока она проснётся и не хотела тревожить… нет-нет! – вдруг воскликнула она, – точно! Я вспомнила!
Она в нетерпении хлопнула ладонями по коленям:
– Вокруг неё я увидела слабое зеленоватое мерцание. Ну, знаете, такое бывает от гнилушек на болотах. И она что-то бормотала, как будто общалась с кем-то.
Так! А вот это совсем интересно.
– Общалась? – переспросил я, – может, просто разговаривала во сне?
Эстер ожесточённо замотала головой.
– Нет! Я вспомнила! Она произносила фразу и умолкала, как будто дожидалась ответа. Но… – девушка запнулась и жалобно договорила:
– Я не поняла, о чём именно они разговаривали. Как будто это был другой язык. Но в речи Ханны постоянно мелькало одно слово, и вот его я запомнила хорошо.
Сзади тяжело, с присвистом, вздохнул Альварес. Мы мельком переглянулись с ним, и я спросил:
– Это слово было… Гонож?
Но на лице Эстер отразилось непонимание и удивление. Она покачала головой.
– Нет, Алдериан-тар. Слово было другое.
– Какое же? – в нетерпении спросил я. Эстер ответила, и её ответ прозвучал, как удар хлыста, рассекшего воздух. В первую секунду мне показалось, что я ослышался.
– Нет! – вырвалось у меня.
Глава 7
Василиса
– Ещё хуже? – слабым голосом переспросила я, – ну давай… выкладывай все, не трави.
Крыса ожила, покачалась туда-сюда и одним махом перевернулась на живот. Подняла голову и уставилась на меня своими глазами-пуговицами. Я невольно поёжилась, только сейчас осознав, что при виде самостоятельно двигающейся игрушки мне становится не по себе. Присела рядом с ней.
Впрочем, это мимолётное ощущение тут же исчезло, стоило только Тивадаю заговорить вновь.
– То, что ты нащупала – тогда, когда пыталась связаться с Алдерианом – не иллюзия. Это место действительно окружает стена, только её возвели не совсем в физическом мире. Эта стена тянется на том пласте этого мира, где обитают духи, призраки, и прочие нематериальные штуки… короче, те, с которыми ты общаться можешь. Поняла?
Я наморщила лоб и кивнула. На ум сразу пришло моё испытание, которое устроил мне Иштван. Перед глазами мелькнуло уже подзабытое видение: старый покосившийся деревянный дом с чёрными окнами, пустыми бельмами уставившимися на меня. Уши наводнил шёпот, несущийся из этих окон: “Иди к нам… к нам… скорей… мы ждём тебя…”
По спине вновь скользнул озноб. Я передёрнула плечами и нарочито бодро спросила:
“Ну, духовный мир и что с того? Наверное, от этого эта стена не такая прочная, как в обычном?”
Крыса постучала лапой себе по плюшевому лбу, и я насупилась.
– Как раз наоборот! – сердито сказал Тивадай, – с той стороны её питают витающие вокруг призрачные сущности! А это значит, что воздвиг её кто-то, очень сильный в духовной магии.
“Мой конкурент, короче, – пробормотала я про себя, – и что? Теперь её никак не преодолеть, не отправить послания Иштвану?”
Крыса развела лапками:
– Пока я такого способа не нашёл.
“Понятно, – вздохнула я, – я так понимаю, это и есть плохая новость и та, что похуже?”
Подумала – и мысленно закатила глаза. И чего Тивадай страху нагонял, когда на деле всё выглядит, вроде бы, не так уж и сложно? То, что стена эта – нематериальная, уже казалось мне обнадёживающим. Что бы там ни говорил Тивадай, но мне кажется, что сломать настоящую стенку, из кирпича и цемента, намного сложнее, чем мысленную.
Я так увлеклась этими рассуждениями, что не заметила, как крыса суетится прямо под боком и тычется плюшевым носом прямо мне в бедро.
– Если ты будешь постоянно отвлекаться, то этот их Гонож тебя сожрёт и не поморщится! – сердито рявкнул на меня Тивадай, когда я обратила на него внимание, – Сосредоточься!
Хмыкнув про себя: ей-богу, у духа прорезались интонации моей тётки. Та точно так же прикрикивала на меня, когда вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, я втихую залипала в телефоне.
“Да успокойся ты, – примиряюще сказала я, – всё нормально будет! Мы с тобой найдём выход, пошлём весточку Иш… Алдериану, и он нас спасёт.”
– Сначала выслушай про вторую новость, которую я принёс, а потом уже рассуждай! – сердито перебил меня Тивадай, и сердце нехорошо ёкнуло.
“Так, погоди-ка, – я тряхнула волосами, – так это ещё не всё? Я думала, ты уже рассказал обо всём, о чём хотел.”
– О боги, – прошипела крыса, – и как ты ещё только не вылетела из Академии раньше, с таким-то уровнем концентрации… конечно, нет! Хватит ёрзать, слушай внимательно!
Я послушно замерла, но в душе остался горький привкус обиды. И ничего я не отвлекаюсь, просто в голове слишком много мыслей!
– Значит, так, – голос Тивадая резко стал серьёзным, – нас окружает не только эта стена, о которой я тебе сказал. В ней есть разрывы, видимо, чьей-то духовной энергии не хватило, чтобы сделать её сплошной.
“Так это же замечательно!” – подпрыгнула я, но Тивадай тут же цыкнул на меня, и я умолкла.
– Прямо за стеной есть ещё что-то, что окружает её и, соответственно, нас плотным кольцом.