Мастер Трав IX (СИ), стр. 47

И тем не менее, я просто обязан тренировать «силовой отъем» и Поглощение. Не все растения будут ко мне «лояльны», далеко не все. В Глубинах — да что там, уже в Кромке — мне будут встречаться мутанты, которые не захотят идти на контакт и которых нужно будет сначала ослабить, выпить, вымотать и только потом подчинять. Или просто убивать, забирая их силу себе. И чем мощнее мое Поглощение, тем легче мне будет отнять живу у случайного дерева, крупного растения или даже враждебной твари.

По ощущениям навык Поглощение после прорыва не изменился, но стал как бы недостаточным: я чувствовал, что он не соответствует развившейся энергетической структуре моего тела. Значит, этим тоже займусь по пути.

Сейчас же я высасывал всё более-менее крупное и «сорняковое» и чувствовал, как пустота внутри понемногу заполняется. Капля за каплей. На фоне резерва в четыреста семьдесят девять единиц это было, конечно, немного смешно. Но для моих нужд пока хватит, остальное доберу в лесу.

Вернувшись в дом, я вспомнил про корзину Эйны, так и оставшуюся снаружи. Ну-ка, посмотрим, что нам принесла «сестра по Дару».

Внутри, поверх чистой тряпицы, лежали фрукты — крупные и глянцевые, некоторых я даже не видел на обычном рынке, а самое главное — три бутылочки с зельями. Темное стекло, аккуратные восковые пробки и ни одной гильдейской метки. Интересно. Сама варила? Или из своих запасов?

И на каждой бумажка с надписью, красивым почерком. Так…значит, она уже знает, что я умею читать и беру уроки у жены Трана. Иначе бы сама объяснила какая бутылочка от чего. А так она точно знала, что я прочту.

На первой была бумажка «от лихорадки».

Я взял ее и, даже не задумываясь, применил Анализ.

Информация появилась передо мной без малейшей головной боли, к которой я привык. Это было зелье от лихорадки: хорошее, добротное, с качеством за восемьдесят. Не эликсир, но и не отвар. Состав я тут же разложил по полочкам и убрал в память: всего там было семь ингредиентов, из них пять я знал, где взять, а два можно заменить аналогами (если, конечно, они сработают). Пригодится. Во всяком случае, любой рецепт пойдет в мою копилку. А разобравшись в том, как действуют друг с другом эти компоненты, можно уже на их основе делать что-то свое. Похоже, Эйна решила что у меня нечто вроде лихорадки, впрочем, что ей еще думать, если Грэм не сказал никаких деталей.

Хорошо, с этим ясно, что там дальше?

На второй было написано коротко «восстановление». Без малейших пояснений. Вот так просто.

Анализ системы подтвердил — это было зелье для общего восстановления сил. Способ действия отличался от моего отвара восстановления: мой давал незначительное количество сил, но самое главное — стимулировал собственное восстановление. Это же зелье было как…капельница. Оно вообще ничего не стимулировало, просто давало всплеск сил. И…это было интересно. Ингредиенты не бог весть какие редкие, вполне добываемые, но качество исполнения было предельным, выжатым из этого состава до последней капли. Тот, кто это варил, был мастером. Или мастерицей. Но…я думаю со временем и это смогу повторить, кроме того, мне казалось, что можно совместить оба состава, — и мой, и тот, что был тут, — и может получиться что-то любопытное.

Третья бутылочка заставила меня замереть. Там была надпись: «для Дара, поможет».

Так оно и оказалось. Я применил Анализ и…это действительно зелье со слабым заживляющим эффектом для духовного корня. Сильно не дотягивало до того эликсира, рецепт которого я имел, но…даже такое зелье, мягко говоря, не из дешевых. Из всей троицы, думаю, оно самое дорогое. И в лавке Марты такое бы стоило далеко не один золотой.

Значит, вот как? Эйна решила перестраховаться. Она действительно думает, что у меня проблемы с духовным корнем, пусть и не знает точно что это — трещина, раскол или нестабильность. Вся ее версия обо мне строится на этом: сильный, но расколотый Дар — дефект, который я скрываю. И она принесла лекарство. На всякий случай. А может принесла, чтобы проверить. Выпью — значит действительно проблемы с духовным корнем, нет — значит говорю правду, что со мной всё в порядке.

И всё равно…она слишком щедра. Подозрительно щедра. Хотелось бы, конечно, верить в человеческую бескорыстность, но верилось…слабо.

Ладно, это всё не важно. Ее щедрость мне на руку: теперь у меня есть рецепт еще одного зелья для духовного корня. И его ингредиенты можно собрать не в пример проще. И даже если я сам их не соберу, но гнилодарцы-то соберут. Они достанут эти ингредиенты быстрее, чем ингредиенты для эликсира. А слабое зелье, которое есть уже сейчас, всегда лучше сильного, которое будет через несколько недель. Для Лорика, для Морны, для Шурши это шанс притормозить болезнь. Тем более, что с эликсиром у меня при варке точно будет больше проблем, чем с этим зельем.

Настроение сразу поползло вверх. Да, похоже на днях, как восстановлюсь, пора идти к Хабену. Пусть я к нему относился с настороженностью, но сейчас его лавка с десятками зелий и отваров — просто идеальное место, чтобы с новым лимитом Анализа скопировать кучу рецептов. Тем более повод есть. Настораживали слова Эйны о свободе Хабена. Не думаю, что она проговорилась, скорее не считала, что сказал что-то не то. Но ее можно понять: если в нужные моменты не проявлять жесткость, то вряд ли у тебя получится управлять отделением.

Я убрал бутылочки в корзину, — захвачу с собой к гнилодарцам, может кому-то из детей стало хуже, — и пошел проверить сеть сорняков.

Она работала: двенадцать растений, сплетенных корнями, гнали энергию по кругу, и я, прикоснувшись, ощутил этот слабенький, но ровный ток как пульс. В отличие от дубов тут всё было примитивнее, но потому и работало проще. Им не нужно было перегонять через сеть и узел сотни и сотни лет воспоминаний и некое подобие личности, которая у каждого дуба была своя. Нет, тут были мелкие сорняки, у которых было только два желания — поглощать и размножаться.

Я остался доволен. Сеть не распалась и сохраняла свою целостность, а главное — я чувствовал, что пока ни один из сорняков не перетягивает на себя больше энергии, и всё в сети распределяется равномерно.

После этого я оставил сеть и достал спрятанную у пристройки, где хранились все инструменты Грэма, корзину. Ту самую живую корзину, которую создал когда-то из изгороди Морны, да так и не сделал ее мутантом — просто направлял ее лозы, чтобы они живыми побегами оплетали каркас корзины. И они давно оплели ее, сросшись в единое целое.

Самое время превратить ее в мутанта.

Я вытащил корзину на улицу, поставил на солнце и кольнул палец кинжалом. Кровь впиталась мгновенно, будто корзина только этого и ждала. Затем я положил обе ладони на прутья и открыл поток живы.

Живы пришлось отдать много. Гораздо больше, чем я рассчитывал: корзина была не ростком, а взрослым, сформировавшимся организмом, и ее структура сопротивлялась перестройке. Вот почему нужно вносить изменения в растения в самом начале, уже при пробуждении семени.

Я лил и лил, чувствуя, как только что собранный по каплям резерв тает, и следил через Дар за внутренними процессами. Изменений не было. Пока не было. Побеги чуть потемнели, у основания набухли странные узелки, но на этом все. Но я понимал: нужно время, чтобы это количество живы растение «переварило». Вдобавок, я впервые заставлял мутировать такое крупное растение.

Ладно, надо просто подождать. На трансформацию могут потребоваться сутки, а может и двое — заранее знать невозможно.

Я оставил корзину на солнце и пошел проверять то, что ждало меня полторы недели: грибные выжимки.

Грэм их не трогал, они стояли на полке, как я их и оставил: ряд плотно закрытых глиняных сосудов, в каждом из которых — моя смесь на основе грибной выжимки спорника и пеплогриба. Я вздохнул и начал снимать крышки одну за другой. И нос тут же скручивало от вони. Да уж, настоялось тут всё как надо. Тут даже просто дышать таким тяжело, а представить это пить…так и вообще жуть!