Наследник Мудрецов. Том 10 (СИ), стр. 31

— И какой он? — восторженно спросила девушка.

— Да что он там видел, — фыркнула тётушка.

— Хватит тебе, — осадил её дядя. — Твой племянник работает во дворце! За это точно стоит выпить!

— Стоп-стоп! — заговорила Кристина. — От темы-то не уходите! Что там с женихом для меня?

— Девушки, — закатил глаза Игорь.

Я же задумался. А и правда, что? Я по новой взглянул на Кристину. Девушка она красивая. Дар Клятвы, смотрю, развивается. Уже приблизилась к прорыву в адепты. Рожки тоже наметились, что девушка дома не скрывала, с причёской не мудрила. Это минус, конечно. В смысле, наличие рожек — не всем они по нраву, но не сказать, что это такая уж проблема.

В теории, я легко могу вывести её в большой свет. Выделить денег на новые бальные платья, драгоценностей подарить, дать засветиться. Даже если она остановит выбор на Михеевых, то… Одно другому не мешает. Поможет набить цену перед помолвкой.

— Готового жениха у меня нет, — ответил я, — но в свет вывести могу. Только надо придумать, как это лучше сделать и когда мне время найти.

А ещё нужно обдумать все минусы. Возьму с собой — подведу под удар. Без этого тоже не всё так однозначно. Высший свет её точно на зуб попробует, а Кристина простовата для этого. С другой стороны, почему бы не начать с чего попроще?

Всё семейство разом оживилось. Анна Федоровна была не в восторге. Дядя попытался уточнить детали. Как-то так время и провели, пока ужинали. Новости послушал, руку на пульсе подержал, о себе что-то рассказал. Дело, можно сказать, сделано.

Главная ветвь Световых собралась вместе далеко не сразу. Было что обсудить, но после ухода гостей все нервничали, поэтому из затеи поговорить о произошедшем ничего не вышло. Но и откладывать дальше было нельзя.

По крайней мере, так думал Мирослав. Что там думают другие, он догадывался. Отец навстречу пришёл с красными глазами и захмелевшим. От деда отчётливо пахло успокаивающими травами, взгляд его был почти стеклянным. Мать смотрела на всё широко раскрытыми глазами, и, если принюхаться, от неё тоже пахло вином. Был здесь и дядя, от него вроде бы ничем не пахло, но Мирослав не обольщался. Было видно, что и Глеб Борисович находится, мягко говоря, в растерянности.

— Мне по возрасту не полагается говорить такие вещи… — медленно проговорил Мирослав, когда смог всё же всех собрать. — Но уважаемые старшие члены рода. Вам не кажется, что такое поведение недопустимо?

— Не кажется? — ожил Всеволод Борисович, начав багроветь.

— Внук прав, — не дал ему высказаться старик. — Вы, дебилы, всё просрали! Так исправили бы хоть что-то!

Отец с сыном, в смысле, глава и старейшина рода, зло уставились друг на друга.

— Осталось передраться между собой, — сказал Мирослав. — Может, уже успокоитесь?

— Не собираюсь я успокаиваться, — проворчал старик. — Я жизнь положил, укрепляя наше влияние, а вы, бестолочи, просрали всё в один день!

— И ты, дед, чуть не сделал всё хуже, начав провоцировать парня, — раздражённо ответил Мирослав.

— Кто бы говорил, — ощерился его отец. — Ты и сам спровоцировал их.

Мирослав смутился. То, что в его голове звучало как лёгкая провокация, обернулось довольно жёстким ответом Сергея. Который можно было бы воспринимать как браваду, если бы не развитие конфликта после. Когда Сергей подтвердил готовность бросить вызов всему семейству разом.

— Предлагаю подвести итоги, — сказал Мирослав. — Мы все недооценивали Сергея. Сначала его недооценил я, когда взял в разработку. Потом его недооценил Дмитрий, а за ним и тётя. Сегодня его недооценил ты, дед. При всём уважении, — добавил Мирослав, спокойно выдержав гневный взгляд старика, — также мы недооценили Бюро. Они и без всей этой истории узнали слишком много. Твоё желание винить во всём меня, отец, понятно, — нанёс удар Мирослав, понимая, что эта ситуация — отличный повод для продвижения своих позиций. — Но я максимум подтолкнул её к развитию, не более. В остальном же — стоит признать, что политика клана в последние годы была провальной.

— Хочешь бросить мне вызов? — холодно спросил Всеволод Борисович.

— Ради чего? — поморщился Мирослав. — Чтобы сесть на твоё кресло и самому с этим всем разбираться? Особенно сейчас? Сдалось оно мне.

На самом деле Мирослав лукавил. Особенно сегодня. Смотря на то, как вся эта ситуация выбила отца из колеи… В голове Мирослава могущественная фигура всегда сильного, пусть и закостенелого отца вдруг превратилась в фигуру обычного мужчины со своими слабостями, который не очень-то готов действовать в условиях настоящего кризиса.

— Справедливости ради, — заговорил Глеб Борисович, — Мирослав с одной стороны ухудшил ситуацию, а с другой — улучшил. Эта его идея подружиться с Валовым действительно хороша.

— Тебе напомнить, что этот парень убил твою сестру? — холодно спросил глава рода.

— Напоминать мне об этом не надо, — посмурнел его брат. — Только я вот сегодня не ощутил уверенности, что мы легко сможем от него избавиться. А если и получится, где гарантии, что император не объявит на нас охоту? Сейчас время смирения и осторожных шагов.

— Да… плевать, — устало ответил глава рода. — Делайте, что хотите.

— Ты глава, — напомнил Мирослав.

— Хочешь — забирай этот пост, — бросил мужчина.

— Не хочу, — качнул головой сын. — А даже если бы хотел, сейчас нам нужно думать, как выступить перед всеми союзниками. Не время для передачи власти. Ты должен быть на виду, отец, и демонстрировать уверенность, а не… это.

Мужчина посмотрел на сына тяжёлым взглядом.

— Нет уж, — сказал он. — Я вижу, как ты лезешь вперёд. Так давай.

— Выдашь мне полномочия?

— Ты наследник, — дёрнул щекой Всеволод Борисович. — У тебя их и так хватает.

— И всё же. Мне печать нужна.

— Бери.

Мирослав немного удивился, что так легко получилось, но не особо. Тот разговор с императором был, так сказать, всего лишь первым шагом. Отец потом рассказал, о чём он переговорил со Смородинским наедине. Корона знала многое. Это не было пустыми обвинениями. Наверняка многие детали императору не были известны. Пока что. Но какая разница? Если ты правитель и знаешь, что твои вассалы замараны в чём-то, то, учитывая всю сложность ситуации, предложить им амнистию в случае сотрудничества — чуть ли не подарок. Можно было утешать себя тем, что удастся сбежать и отомстить, но достаточно было вспомнить ворона Сергея, эту могущественную и голодную сущность, чтобы растерять всю уверенность.

Реакцию же отца в некотором роде можно было понять. Репутация, все связи, все проекты, потоки денег — они теряли, только по первой оценке, если император будет добр, где-то шестьдесят процентов активов. Остальные сорок относились к светлой стороне, так что совсем уж без денег клан не останется, но… Простое разгребание всего этого попьёт столько крови у всех — что подумать страшно.

— Хорошо, — кивнул Мирослав. — Мам, как прошла твоя беседа с Сергеем?

— Он показался мне приятным молодым человеком, — ответила она, отведя взгляд.

— О, Сергей умеет быть обаятельным, — улыбнулся Мирослав.

— Что-то я этого не заметил, — проворчал старик.

— Это потому, что ты в штаны наложил, когда тебя в заложники взяли, — мстительно ответил ему глава рода.

— Провались в ад! — рявкнул старик зло. — Видеть вас всех не хочу, — поднялся он и отправился на выход.

Никто его останавливать не стал.

— Удалось прояснить его отношение к браку? — спросил Мирослав, продолжив разговор как ни в чём не бывало.

— Если я не обманулась, то… — ответила женщина. — Он обещал как минимум позаботиться о Ярославе. Только с одним условием.

— Каким же? — нахмурился Мирослав.

— Если она станет частью его рода, а не на нас работать будет, — поморщилась женщина.

Она не стала этого говорить вслух, но теневую жизнь клана Световых она в гробу видела. И не считала, что происходящее так уж плохо. Если повезёт, клан очистится от зла.