Дед в режиме охотника (СИ), стр. 5

А во время полёта думал о том, в кого превращаюсь. С одной стороны, мне было жутко страшно потерять себя, а с другой — в душе бил копытом интерес человека, увидевшего приоткрытую дверь во тьму, где поблёскивали какие-то завлекающие огонёчки. Эх, главное, чтобы они не сделали меня «частью корабля — частью команды». Вдруг я стану всего лишь очередной душой во чреве «Вампира»?

К слову, кинжал со мной никуда не полетел, а остался лежать на дне реки, куда я его зашвырнул, поддавшись секундной панике после того, как выбрался из руин фабрики. Наверняка он до сих пор там и лежит.

А вот мне повезло без всяких приключений добраться до дворца императора, где меня сопроводили в белый кабинет, оставив в одиночестве.

Стены здесь оказались покрыты серебристого цвета обоями, а вся резная мебель, естественно, была далеко не чёрной, а как раз наоборот. Даже занавески тут висели белые. За ними мрачнело окно, из которого открывался вид на укрытый ночью сад с фигурно постриженными кронами деревьев. Листья уже начали перекрашиваться в жёлтый цвет, но дыхание осени ещё не разогнало мошкару, вьющуюся возле горящих кованых фонарей.

— Пурум-пум-пум, — пробормотал я и уселся в кресло напротив окна в ожидании императора.

Мой взгляд упал на небольшой нож для писем. Тот поблёскивал на конторке в свете единственной лампочки, горящей вполсилы, из-за чего в тепло натопленном кабинете хозяйничал полумрак, пахнущий чернилами и воском.

Взяв ножичек, я вернул свой зад на кресло и воровато огляделся. Вроде никто не подглядывает.

Стиснув зубы, решительно воткнул ножик в ладонь, пробив её насквозь. Боль пронзила руку, мигом добравшись аж до локтя. Но я не издал ни звука, даже когда вытащил нож. По нему медленно заскользили капельки крови, а дыра в моей ладони затянулась быстрее, чем обычно исчезает гречка с полок магазина в преддверии очередного кризиса.

— Работает как швейцарские часы, — прошептал я, разглядывая небольшой свежий шрам на ладони. — Но какая энергия тратится на столь быструю регенерацию? Выносливость? Но я вроде бы не чувствую её потери. Хм…

Вытерев с ножа кровь, вернул его на место и задумался, расчертив лоб глубокими морщинами.

А ведь помнится, в детстве я мечтал о такой регенерации. А ещё о невидимости, чтобы за девками в бане подглядывать, ну, это уже в подростковом возрасте, когда учился в школе-интернате ведьмаков.

Внезапно скрипнула дверь, и на пороге возник облачённый в халат Железный Пётр. Всё такой же слегка сутулящийся, с побитыми сединой русыми волосами, пышными кавалерийскими усами и бакенбардами.

Он посмотрел на меня цепкими голубыми глазами и изобразил радостную улыбку, добавившую ему ещё с десяток морщин:

— А вот и виновник торжества!

— Опять я во всём виноват, — тяжело вздохнул я, поднимаясь с кресла, чтобы поприветствовать императора.

Тот испустил хохоток и уселся на кресло напротив меня, закинув ногу на ногу. Император начал подёргивать ступнёй в мягком тапочке.

— Не могу не отметить, что вы прекрасно выглядите, хотя на вашу долю, Игнатий, выпало немало испытаний. Однако по виду вас словно добрая тётушка избила волшебной палочкой с эффектом подтяжки кожи, — выдал государь, сверкнув крепкими зубами. — Поведайте мне поскорее, что произошло. Кое-что мне уже известно, но далеко не всё.

Я вздохнул, собираясь с мыслями, а потом выдал почти всю правду, как пробирался по городу, убивал демонов, специально попал к ним в плен и завладел артефактом-кинжалом.

— Кхем, — кашлянул я в кулак, слегка охрипнув во время рассказа. — Вот кинжал-то мне и помог перебить всех демонов, кроме военачальника. А тот, желая сохранить свою жизнь, рассказал, что основной удар клана Каас придётся на город на Волге.

— Кто-то видел, как вы допрашивали демона? — спросил император, задумчиво потирая подбородок.

Его хорошее настроение улетучилось, оставив подозрительного государственника, ищущего везде подвох.

— Нет, — соврал я, прекрасно помня о Ларе.

Но какова вероятность, что она выжила? Крайне мала. У неё же не ДНК таракана.

— Это хорошо. Ведь если кто-то видел ваш допрос или слышал, то, вернувшись в мир демонов, обязательно поведает об этом, и клан Каас перенесёт место удара. Вы хотите что-то ещё мне рассказать?

Государь перестал трогать подбородок, уставившись на меня бесстрастным взглядом. Но я почувствовал, как вдоль позвоночника забегал холодок. Император словно знал нечто, что мне не стоило скрывать от него, дабы не оказаться в сырых застенках в нежных и заботливых руках пыточных дел мастера-ломастера.

— Спрашивайте, Ваше Императорское Величество. Отвечу на все вопросы. Признаться, я сам пока не могу понять, что действительно важно, а что не стоит внимания, — опять солгал я, уже второй раз за столь короткий срок. Иду на рекорд…

— Где теперь этот самый кинжал-артефакт? Вы ведь понимаете, насколько он важен для империи? Такое оружие…

— Его утащил в проход какой-то демон.

— Вы это чётко видели?

— Угу. Даже всплакнуть успел, но ничего сделать не смог.

Ну, точно рекорд.

— Жаль, — дёрнул щекой государь, а потом хлопнул себя ладонями по бёдрам и сказал: — Но в целом я весьма доволен вами. Да, жертв оказалось больше, чем я рассчитывал, однако основная цель достигнута. Теперь князь Корчинский будет вести такую же скрытную подготовку по отражению основного удара демонов. Конечно, та дата, которую вы назвали, неприятно удивила меня. Оказывается, у нас осталось совсем немного времени до атаки демонов. С чем, по-вашему, это связано?

— Я слышал от демонов о некоем «часе власти» — это день, когда кто-угодно из высших демонов может бросить вызов правителю клана, если имеет достаточный уровень дара. Думаю, правитель в преддверии него хочет собрать побольше душ, дабы никто даже не думал вызывать его на бой, — ради разнообразия честно ответил я, подумав, что Ирис наверняка хочет успеть до «часа власти» отравить главу клана Хаас, а потом вызвать нового лидера.

— Здравая мысль, — уважительно покивал Железный Пётр, потирая подбородок двумя пальцами. — Что ж, Игнатий, вы добыли важные сведения, но за них я не могу дать вам титул барона прямо сейчас. Сперва сказанное вами должно подтвердиться. И ежели демоны действительно нападут на волжский город, тогда вы и получите титул.

— Справедливо.

— Однако очки рейтинга и денежную награду мой помощник уже перевёл на ваш счёт. Наверное, этого вам покажется маловато. Уверяю, потом добавлю ещё пару артефактов на выбор, но сейчас они все нужны. Вы в курсе, что с утра по всей империи начали появляться блуждающие проходы? И чтобы сдерживать лезущих из них монстров мне пришлось даже из запаса вызвать некоторых магов, уже порядком покрывшихся ржавчиной.

— Да, слышал что-то такое по радио, — кивнул я, прикинув, что теперь подобные массовые прорывы будут происходить довольно часто. Ведь грядёт столетний юбилей Лабиринта.

Император опустил обе ноги на пол. Его тапочки не издали ни звука. Зато деликатный стук в дверь раздался весьма отчётливо.

— Кто? — бросил император, недовольно поджав губы. Его же прервали во время важной беседы.

— Ваше Императорское Величество, пришёл отчёт из Ратиборска. Вы велели доставить его, как только он появится, — донёсся приятный мужской голос.

— Входи.

Тотчас дверь открылась, и в кабинет энергичной солдатской походкой вошёл парень в форме с аксельбантом. Он с поклоном вручил правителю пакет, а потом молча вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

Император вскрыл пакет тем самым ножом, вкусившим моей крови, а потом достал несколько сложенных вчетверо листов бумаги с красивыми красными печатями.

Государь углубился в чтение. А я с его молчаливого согласия принялся читать те листы, которые Пётр уже изучил. Таким образом мне повезло наткнуться на описание тел, которые извлекли из-под обломков швейной фабрики. И каково же было моё удивление, когда среди них не оказалось ни одной женщины.

Нет, не может этого быть! Лара выжила⁈ У меня сердце заколотилось о рёбра так, что аж больно стало. Если это не ошибка, тогда у меня большие проблемы. Демоница слишком много знает!