Комбриг (СИ), стр. 31
Но почему-то прислали всего лишь какого-то несчастного суб-лейтенанта с десятком морских пехотинцев.
— Все хорошее всегда быстро заканчивается… — с досадой бросил Чан. — Мне хотелось, чтобы вы присутствовали на встрече.
— Не спешите, мой друг, — Алексей отрицательно покрутил пальцем. — Эти презренные варвары, из-за своей глупой ненависти ко всему окружающему и неимоверной кичливости ведут себя абсолютно неподобающе. Прислать на переговоры непонятного лейтенанта — это прямое оскорбление. Настала пора показать им на подобающее место. Отправим к нему… скажем, нашего Фаня! Пусть передадут послание повару.
— Мой друг?.. — Чан удивленно посмотрел на Алексея.
— Не сомневайтесь, они проглотят, — уверенно ответит Лешка. — Единственный формальный повод для интервенции — это угроза иностранным подданным. Но подданные находятся под нашей защитой. Им ничего не угрожает. К тому же, я уже приказал восстановить гарнизоны фортов в устье и установить дополнительные артиллерийские батареи по берегам. Мало того, при малейшей угрозе, мы за несколько часов перегородим реку минами. Они старой конструкции, но, в любом случае, представляют определенную опасность. А если начнут бомбардировку с недоступного для нас расстояния, никто не помешает нам организовать прогулки иностранцев под огнем. Поиграем с этими мерзавцами, мой друг. Пока у нас хватает козырей. Отступить еще успеем.
Алексей говорил абсолютную правду. Иностранцы в руках Гоминьдана являлись неплохим аргументом. Конечно, он не собирался выставлять их под снаряды, но до конца такой вариант не отрицал.
Чан уважительно склонил голову.
— Как всегда, вы правы, мой друг. Поиграем. Где там этот сын черепахи?
Встреча прошла просто эпически. Для начала у суб-лейтенанта и его сопровождающих морских пехотинцев отобрали оружие, а потом его встретил в маленькой комнатке сидящий на стуле Фань в колпаке и белоснежной поварской куртке. Лейтенантик орал от негодования, как резаный, но ничего не добился, Фань английский язык сроду не понимал. В итоге пакет морячок все-таки передал и сбежал, красный как рак.
В послании ничего нового не обнаружилось. Требовали обеспечить безопасность иностранных подданных, вернуть управления концессиями и прочее подобное. В противном случае грозились карами небесными, вплоть до обстрела города и десанта.
Лексу ничего не впечатлило. До тех пор, пока иностранцы находились в безопасности, угрозы являлись банальным пустословием. А причинять им вред никто не собрался, мало того, для охраны района проживания выделили целый взвод. Да и жители Нанкина вели себя смирно.
В общем, все пока разрешилось благополучно.
Уже ближе к вечеру, когда Лекса и Чан коротали время за чаем и партией шахмат, в комнату прошмыгнул Дай Ли и торопливо сообщил, что в Нанкине начинаются массовые волнения против иностранных узурпаторов. И организовали волнения коммунисты. Все осложнялось тем, что этих самых иностранцев охранял как раз взвод из «коммунистического» полка, да и в самом городе среди гарнизона тоже преобладали подразделения КПК.
— Я ждал, ждал подлости от этих мерзавцев! — заорал Чан. — Они хотят меня стравить с британцами и американцами!
Лекса подошел к окну, расслышал нарастающий ропот на улице, потом резко развернулся и сухо сообщил:
— Спокойно, мой друг. Я немедленно отправлюсь со своей охраной к иностранцам. Не думаю, что народ посмеет ослушаться моих приказов. А ваша задача — мобилизовать верные подразделения и отправить их ко мне на помощь. И не забудьте блокировать всех видных деятелей коммунистов. Вперед, работаем. Ничего не поправимого пока не случилось.
Лекса сбежал вниз по лестнице к своим «маузеристам» и хлопнул по капоту «Даймлера».
— За мной. Будем убивать!
Маньчжуры осветили восторженным ревом. Убивать им всегда нравилось.
В городе прямо физически ощущалось нарастающее напряжение. Народ бродил по улицам пока еще неорганизованными толпами, но в воздухе уже стоял возмущенный рев.
— Кровопийцы!
— Они сосут кровь из народа!
— Заморские ублюдки!
— Всех убить! Мы заставим варваров убраться к себе! Свобода Китаю! Да здравствует Коммунистическая партия Китая!
— Генерал Чан Кайши продался заморским чертям! Бей, убивай!!!
Все выглядело, как тщательно спланированная акция. Судя по всему, Дай Ли оказался прав, заваруху устроили коммунисты, чтобы воспользоваться внутренним разладом в Гоминьдане.
К счастью к иностранному кварталу удалось добраться без происшествий, попутно Алексей мобилизовал еще до взвода солдат из городских патрулей.
А уже на месте обнаружил, что охрана куда-то испарилась, службу остались нести только два рядовых и один сержант, старый знакомый Алексея.
— Эти подлые трусы сбежали! Позор, позор мне… — ревел красный от злости сержант. — Я лично их расстреляю!
Лекса быстро крутнул головой, оценивая обстановку. Иностранцы компактно проживали в одном месте на окраине города. Многие уехали еще до осады Нанкина, но в городе все еще находилось около полусотни человек, в том числе женщины и дети.
По прикидкам, до того, как начнется погром оставалось всего около часа или немногим больше. К счастью, обошлось без паники, иностранных подданных удалось быстро загнать в школу. Несколько иностранцев, в основном немцев, изъявили желание помогать с оружием в руках, в том числе, все еще привлекательная дама лет пятидесяти возрастом, в капоре и кружевном пеньюаре.
— Мадам… — несколько растерянно пробормотал Лекса. — Я думаю, будет более целесообразно, если вы вместе со всеми…
— Спокойно, малыш, — спокойно ответила женщина на чистом русском языке, но с отчетливым одесским акцентом и сноровисто лязгнула затвором винчестера, загнав патрон в патронник. — Я Сара Галлахер из Одессы, в девичестве Найштут. Уж своих-то внуков я смогу защитить. Покажите мне мое место. На втором этаже школы? Отлично. Гарри, за мной!
— Уже бегу, бегу, дорогая! — за ней грузно потрусил полноватый мужичок в пижаме с двустволкой в руках.
Алексей проводил их взглядом, невольно улыбнулся и повернулся к своим людям.
— Кто желает, может уйти, пока не поздно. Очевидно, мы все скоро умрем.
Несколько солдат переглянулись, но все остались на месте.
Лекса отправил солдат в школу вместе с сержантом, а сам с маузеристами стал в ряд прямо на дороге.
Квартал с одной стороны защищала река, с другой лес. Горожане могли подойти только со стороны города. Но свои шансы против нескольких тысяч разъяренных людей Алексей оценивал совершенно трезво. Солдаты были вооружены винтовками, к тому же, вряд ли пылали желанием использовать их против гражданских. В мотивации своих маньчжуров Лешка не сомневался, но при них находились всего лишь маузеры и сабли, а пулеметы остались в расположении.
Оставалось надеяться только на подмогу и свой авторитет. Но с подмогой могло не сложится, если коммунисты серьезно взялись за дело. На авторитет Лешка тоже особо не рассчитывал. Массовая истерия страшная вещь.
— Кобылья сиська… — ругнулся Лешка, сообразив, что сам забыл прихватить Томпсон. — Ну да ладно…
С собственными мотивами он разобрался сразу. Во-первых, он исполнял приказ своего прямого командования: обеспечить безопасность этих гребаных иностранных подданных. А ежели приказ получен, его следует исполнить, несмотря ни на что. Все. Остальное лишняя лирика.
Облака неожиданно разошлись, небо засияло тысячами искрящихся звезд и, одновременно, впереди на дороге замаячило множество огоньков и донесся полный ненависти злой рев.
— Убивааать!!!
Глава 14
Глава 14
— Стоять! — шагнул вперед Лешка, подняв руку. — Я генерал Лан! Стоять, я вам сказал!
Никаких сомнений Алексей не испытывал. Увидев в руках горожан факелы, он сразу решил, что не допустит погромщиков к школе даже ценой своей жизни. Школа деревянная, а точнее фахверковая, но, все равно, вспыхнет, как спичка. А в школе — дети! Две девочки близняшки с куклами, мальчик лет шести, с клеткой, в которой сидел петух, еще один мальчишка с деревянным мечом в руке, грузная негритянка сразу с двумя младенцами в руках, подросток в очках и с двустволкой, длиной почти с его рост. И еще дети…