Комбриг (СИ), стр. 13
Русские имена, фамилии и звания на китайском звучали, как сущая абракадабра, но Лекса без проблем переводил все себе на нормальный русский язык. Получалось, что его предположение полностью оправдалось, покушение устроили русские эмигранты. Оставалось только выяснить, по чьему указанию они действовали. Но он не сомневался, что Дай обязательно коснется этого момента.
— Все вышеуказанные господа, — продолжил Дай Ли, — являлись активными участниками эмигрантского кружка антисоветской направленности, которым руководила некая госпожа фон Дюккер. Она же, находилась в тесном контакте с резидентом британской разведки господином Эдуардом Сеймур-Конвеем. Контактов госпожи фон Дюккер с нынешним резидентом Британии, к сожалению, не установлено, но это не значит, что они не происходили. Одновременно, госпожа Дюккер обладает некоторыми связями среди руководства «Зеленой банды». Мы склонны предполагать, что сегодняшнее покушение на вас, господин генерал, спланировано русскими эмигрантами по указанию британской разведки, но через руководство известной вам банды…
Лексу резанула нехорошее предчувствие. Такое показное явление Чан Кайши со свитой смахивало на тщательно срежиссированную постановку. С момента покушения прошло всего два с половиной часа, а у китайцев на руках уже присутствовал почти полный расклад. Для Китая, просто неслыханная оперативность. Создавалось такое впечатление, что Чан уже давно все знал, но почему-то не предупредил своего «лучшего друга». Да, такую оперативность можно было списать на талант Дуй Ли и нового начальника полиции, но, как говорится, осадочек все равно остается. Хотя, с другой стороны, смерть генерала Лана пока была Чану очень невыгодна — впереди поход, а без «злого маньчжура» этот поход быстро накроется медным тазом. Вот и гадай…
— Мой добрый друг, — сквозь мысли Алексея прорвался вкрадчивый голос Чан Кайши. — Эти нечестивые негодяи преступили последнюю черту, поэтому пора указать им на их место.
Лекса посмотрел на него.
— Мы готовы, — решительно заявил Чан. — Но так, как дело касается ваших… — он сделал деликатную паузу, — соотечественников, мы решили согласовать операцию с вами, мой друг.
Алексею эта фраза тоже очень сильно не понравилась. Ответ на покушение автоматически предполагал репрессии в отношении русских в Гуанчжоу, к которым Лешке очень не хотелось быть причастным. Но сложилась такая ситуация, что отказываться уже было поздно.
— Ваша мудрость неоспорима, мой почтенный друг, — после паузы проговорил Алексей. — Я тоже считаю, что медлить нельзя.
Чан просиял, по его указанию Дай Ли и новый начальник полиции, по очереди, изложили подробный план операции. Надо сказать, очень толковый и логичный. Помимо причастных к покушению, всех остальных представителей российской иммиграции в Гуанчжоу тоже планировалось задержать, после чего подвергнуть тщательной фильтрации. Для этого уже освободили крыло местной тюрьмы и выделили целый батальон курсантов академии.
В общем, Алексей дал отмашку, правда внес небольшие правки в план. Из-за случившегося он был готов вырезать всю диаспору поголовно, но, все-таки, исключил женщин и детей из планируемых к аресту. Отчего сильно злился на себя за малодушие.
Для помощи китайцам он выделил нескольких представителей из числа политических советников военной миссии, но сам, первым делом отправился в больницу, где находились Гуля и Мария.
Вся территория госпиталя была надежно оцеплена, даже на этаже дежурило десяток человек из числа личной гвардии Чана.
Лекса заполошно ворвался в палату, оглянулся и немного упокоился.
Помещение представляло собой шикарный гостиничный номер с изысканной обстановкой. Мария полусидела в огромной кровати, держа у груди маленький сверточек, сам обитатель свертка с пулеметной скоростью чавкал и жадно урчал, а рядом с ними, почтительно согнувшись, бдила дородная китаянка-медсестра.
А Гуля…
Гульнара чаевничала с каким-то типом в белоснежном халате. Таким лощеным и брутальным усатым красавцем, смахивающим больше на киноактера, чем на врача. Гуля успела переодеться, заляпанную кровью форму, сменил шикарный шелковый халат в пол. Да и прической и даже макияжем озаботилась. В общем, все выглядело очень неформально и подозрительно.
У Алексея даже рука сама потянулась к кобуре. Особой ревностью он никогда не отличался, да и жена поводов не давала, но вот сейчас прямо стрельнуло. А особенно его взбесила Гулина голая смуглая ножка, открыто проглядывающая среди складок халата.
«Это что за хер мамин?» — грозно поинтересовался Лешка, правда, только мысленно.
Гуля встала, чмокнула Алексея в щеку и невозмутимо представила усача.
— Азизим, познакомься, это доктор Роже де Бриенн. Заведующий гинекологией городского госпиталя. Очень знающий специалист. Он говорит на русском языке.
— Месье генерал!!! — гинеколог вскочил и согнулся в манерном поклоне. — Хочу поздравить вас, генерал, у вас просто замечательная жена! Она не только отличается изысканной, очень редкой красотой, но одновременно, мадам Лан просто гениальный доктор! Поздравляю, поздравляю вас! Не удивляйтесь, у меня была няня русская, поэтому я говорю на вашем великом языке…
Алексей ответил холодным взглядом, француз резко осекся и поспешил ретироваться.
— Я понимаю, понимаю, вам надо обсудить дела. Господин генерал, мадам Лан, надеюсь на скорую встречу!
За ним свалила медсестра.
— Очаровательный мерзавец, — прокомментировала его уход Машка с постели. — Одновременно имеет отношение к французской разведывательной сети в Гуанчжоу. Но руки у него и правда нежные. А твоя Гулька копается в людях, как лопатой в огороде. Ну да ладно, рассказывай.
Лекса только сейчас почувствовал, как устал и буквально упал на кресло. Гуля тут же примостилась к нему на колено.
— Все по плану. Меня сейчас больше интересуете вы.
— А что мы? — Мария пожала плечами. — С перепугу выплюнула, сама не поняла, как. Вон, сосет, как скаженный, даже рычит. Лешкой назвала. В честь тебя. И спасибо тебе… — она всхлипнула и тоненько завыла. — Знаешь, как я перепугалаа-ась. Первый раз в жизни. Не за себя, а за этого звереныша… у-уу…
— Хватит выть! Все хорошо, нормальный семимесячный ребенок, — категорично заявила Гуля. — На удивление живучий и крепкий. Выживет. На тебя, кстати, похож! — он нахмурилась. — Азизим, ты ничего не хочешь мне сказать?
— Не от него, точно, честно! — сквозь слезы, хихикнула Мария. — Это от моего Аарончика. Наверное, от него. Не стращай мужа, пусть лучше рассказывает.
Алексей облегченно выдохнул.
— Покушение устроили русские эмигранты. Предположительно, по наводке британской разведки. Работаем. Скоро все станет ясно. Маша, я там твоих привлек к работе. Помогут местным фильтровать диаспору.
— Угу… — согласно кивнула Чубарева. — Вы пожестче, здесь еще те мрази окопались. Мои в курсе. Я потом правильно в Центр отрапортую. Отмечу, как специальную совместную операцию по выявлению и ликвидации белоэмигрантского подполья в Китае. Радости-то в Москве будет.
— Иди уже, если надо, — Гуля приникла к Алексею. — Мы здесь переночуем, а завтра поутру переедем домой. А к петушку этому французскому не ревнуй, знаю я тебя.
— Буду ревновать, — угрюмо рыкнул Лешка. — Смотри мне…
— Смотрю. Я всегда смотрю, мой грозный муж.
Из госпиталя он отправился прямо в тюрьму. Большое и мрачное заведение, построенное еще колониальной администрацией.
Первым делом Алексей провел инструктаж среди привлеченных политспецов, большая часть которых являлась, одновременно, представителями Разведупра.
— Ваше дело оказывать помощь китайской стороне по выявлению преступников, причастных к антикитайской, антисоветской и террористической деятельности. В частности, к совершенному покушению. Одновременно пройдитесь по своим учетам, возможно среди задержанных окажутся интересующие советскую сторону лица за преступления, совершенные во время гражданской войны. Повторюсь, мы оказываем только помощь. Самим проявлять активные формы допроса категорически запрещаю. Всех подозрительных лиц рекомендовать китайской стороне задерживать для проведения дополнительного расследования. За работу, товарищи.