Как я съел ваши фаерболы. Дилогия (СИ), стр. 106
– Ты сама мне этот пошлый вырез сделала! – возмутилась Анжелика. – Я просила, чтобы не так откровенно! А ты только хихикала и говорила: «Я дизайнер, я так вижу!».
– Мелкая, хватит, – лениво прервал я перепалку, подцепляя вилкой огурец. – Убери своего Игоря от общей хлебницы, он мне уже горбушку сожрал, пока я отвернулся. А ты, Тузик… – Я посмотрел под скатерть и с силой пнул ботинком черную шерсть. – Выплюнь ногу Демида! Мы ему еще зарплату за форт не выплатили!
Гончая послушно разжала челюсти. Демид с шумом вынырнул из‑под стола, отряхивая прикушенную штанину, белый как мел. Он и сам не понял, как оказался под столом, настолько быстро всё произошло.
Я тоже не понял, но сделал вид, что так и надо.
Диана фыркнула, но отставила ларец на край. Она наклонилась к баобабу и легонько погладила багровое Семя ухоженным ноготком. В ответ Игорек выбросил крошечный, черный бархатистый усик и смешно, крепко обнял палец сестры. Девушка расплылась в счастливой, по‑детски теплой улыбке.
Словно обычная школьница играла с ручным пушистым хомячком. Только хомячок питался кровью.
Иллириэль молча подошла с изящным фарфоровым чайником и бесшумно начала разливать всем ароматный чай. Я скосил глаза на ее лицо. В холодных, нечеловеческих глазах убийцы плескалась ровная, уютная теплота, а на идеальных губах играла едва заметная полуулыбка.
Ну надо же. Лед таял. Домашний уютный вайб зацепил и её, перековывая киллера в верного и заботливого бойца Стаи.
Ну либо она очень убедительно играла роль.
Я взял горячую кружку с чаем. Пар мягко бил в лицо, запахи дома заполнили легкие.
За бронированными окнами дедова форта истошно завывал ледяной северогорский ветер. Где‑то далеко, на окраинах, выли и надрывались полицейские сирены и синие мигалки кортежей КМН.
Но здесь, за этим столом, было жарко, сытно и безопасно, как в материнской утробе.
Я медленно обвел взглядом присутствующих. Наконец‑то я видел не горстку испуганных пленников, а слаженный, начинающий обрастать мясом механизм.
Я медленно поднялся, придерживая кружку. Семья затихла. Глаза обратились на Альфу.
– Знаете, – произнес я негромко. Без всякого пафоса, обычным, спокойным человеческим голосом. – А неплохая у нас Стая намечается, родня.
В глазах родни и жен светилась теплота. Эльфийка и Демид смотрели без особого вдохновения, но и вражды в их глазах я не видел.
– Отдыхайте сегодня. Ешьте, спите спокойно, набирайтесь сил. Потому что пока я здесь, и пока я дышу… ни одна тварюга с улицы не переступит наш порог живой. Это я вам обещаю.
Я поднял кружку.
За столом никто не произнес ни слова. Но каждый, начиная от эльфийки и заканчивая дядей Борей, поднял свои кружки мне навстречу.
Тузик коротко рыкнул под столом. Призрачный волк взвыл на улице. Стая была накормлена и согрета.
Ну а я… допил свой чай и перевел взгляд на Анжелику, прикидывая, как мы сегодня ночью будем укреплять Кровь Рода.
Ужин плавно подошел к концу, Стая разошлась по своим новым безопасным углам зализывать раны, переваривать котлеты и строить наполеоновские планы на завтра.
Мои мышцы приятно, по‑рабочему гудели. Чёрный Желудок внутри довольно урчал, сыто перекатывая кубики магии вперемешку с борщом.
Наконец‑то пришло время для главного пункта вечернего расписания. Того самого пункта, который Анжелика с таким забавным, аристократическим пафосом обозвала «генетическим планированием».
Ну, планирование так планирование. Кто я такой, чтобы спорить со специалистами?
Я вальяжным шагом Вожака поднялся на третий этаж, направляясь к свежесколоченным (или свежеслепленным?) «покоям». Надо отдать должное Лизоньке и её помощнику, стальная дверь в спальню получилась внушительной. Как раз, чтобы сдержать не только возможный штурм Чистильщиков, но и первобытные крики удовольствия, если вы понимаете о чем я.
Я надавил на массивную ручку, предвкушая увидеть одинокую, гордую огневичку, томно ждущую своего суженого в шелках…
Дверь бесшумно открылась. Я шагнул внутрь и замер, опершись о косяк. Брови медленно, но верно поползли на лоб.
– Это что за передвижная оранжерея? – негромко протянул я.
На огромной двуспальной кровати меня ждал сюрприз. Точнее, два. Причем оба были в упаковке от моего личного, домашнего дизайнера с явными садистскими наклонностями.
На простынях сидели обе мои невесты. И Анжелика, и Диана‑Водяра. Обе были облачены в совершенно фантастическое, агрессивно‑сексуальное белье.
На Анжелике красовался плотный корсет и трусики из темно‑багровых, бархатистых лоз, украшенных набухшими бутонами пепельных роз. Ткань пульсировала и слегка мерцала красноватым светом, чутко откликаясь на природный жар огневички.
Водяра же щеголяла в комплекте из тончайшего, серебристого лесного мха и синих водяных лилий. Растения выглядели абсолютно мокрыми, покрытыми росой, блестящей в полумраке, и идеально подчеркивали её бледную кожу и изгибы тела.
Мой взгляд скользнул ниже. На бедре у каждой, светящимися салатовыми спорами, был аккуратно и очень нахально выведен крошечный вензель‑листочек.
«Дианочка 3». Водяной знак от сестренки, чтобы никто, не дай Бездна, не спутал этот шедевр с ширпотребом из ближайшего бутика.
Я не торопясь закрыл за собой дверь.
«Стопэ. В чем подвох?» – включился внутренний калькулятор.
Моя мелкая сестра‑истеричка вдруг берет и своими ручками (то есть лозами) мастерит такое изящное, эротишное белье? Да еще и сразу в двух экземплярах? С чего вдруг такая нездоровая забота о моем личном вечернем досуге?
Я шумно втянул воздух носом.
Ах ты ж, хитрая задница…
В воздухе, помимо естественного женского запаха, стоял едва уловимый, одуряющий аромат. Мелкая, чтоб ей икалось, стопудово напитала эти самые бутоны роз и лилий синтезированными феромонами из своих хтонических орхидей‑переростков! Чтобы её непутевый «братик» точно сорвался с цепи, не свернул на полпути и отчеканил ей здоровеньких, идеальных племянников без всякого там «я сегодня устал на работе, давай в другой раз».
Короче, опыты на мне, зараза, ставит под видом заботы. Тестирует на мне, а потом будет использовать на парнях, которых захочет соблазнить.
Мало того, я готов поспорить на весь завтрашний лут, что эти ее лозы еще и работают как живые микрофоны, а Диана сейчас сидит у себя в комнате, хрустя попкорном, и уже предвкушает концерт.
Чисто контроль качества, вы не подумайте!
Впрочем, мне было сейчас не до сестринского шпионажа. В кровати бушевала настоящая, беспощадная третья мировая. Девицы орали друг на друга так увлеченно, что моего появления просто не заметили.
– Ты вообще из какого аквариума сейчас вылезла, рыбеха ты сопливая⁈ – Анжелика гневно тыкала наманикюренным пальцем прямо в лоб Водяре. Пепельные розы на её корсете угрожающе задымились. – Я же русским, человеческим языком за столом сказала: сегодня моя очередь! У нас с Яром запланировано рождение истинного наследника Рода Голубевых‑Волковых! А ну брысь в свой подвал к трубам, амфибия недорезанная!
Диана Андреева, которая еще пару дней назад была забитой, умирающей овечкой при своей мамке и трусливом мажоре‑женихе, сбросила остатки прошлой скромности как старую кожу. Она не отшатнулась, а наоборот, выпрямила спину и прошипела в лицо аристократке с интонацией ядовитой кобры:
– А вот хрен тебе во все инстанции, заносчивая спичка!
Водяные лилии на её бедрах грозно распустились.
– Меня мой боженька Ярик украл первой! Он мне жизнь спас, выгрыз смерть прямо из души! Я к нему в ноги легла еще до того, как ты со своим папенькой на наш двор приперлась, стерва огнеупорная! – Водяра вскинула подбородок с королевским презрением. – Так что право первой ночи и официальный титул Старшей Жены, с венцом на голове – мои!
– Какое к демонам право⁈ – Анжела расхохоталась ядовитым смехом. – Да от твоего ледяного, рыбьего прикосновения у Альфы вообще всё желание завянет, не успев начаться! Ты ж ему член отморозишь, припадочная!