Лабиринты космоса: Одиночка (СИ), стр. 12

Одиннадцатый ангар оказался огромным. Обслуживающие его бионты освободили все видимое пространство, без малого сорок тысяч квадратных метров, от техники и соорудили полосу препятствий. Для начала мне предстоял кросс — десять кругов, каждый круг примерно километр. Бионт с большими мультяшными глазами сообщил, что нужно пробежать дополнительно километр за каждую минуту опоздания. Откуда я знал! И ведь мог глянуть на план станции и, увидев размеры ангара предположить бег на длинные дистанции. Ладно, переживу как-нибудь и добегу потихонечку.

Потихонечку не получилось. Стоило взять старт, как позади, повисло летающее чудо, напоминающее колобка-мутанта с единственным глазом. Очередной бионт, но до чего же странный — коричневая морщинистая кожа (видать старый?), собственно глаз, две дырки-ноздри, маленький рот. Интересно за счет чего «колобок» по воздуху передвигается?

Лишь задал мысленно вопрос, как сразу всплыло «воспоминание», что бионт класса «Дух» использует для левитации внутренний орган, генерирующий сильное электромагнитное поле. Организм бионта способен менять полярность, в зависимости от направления естественных электромагнитных полей окружающих объектов и среды в целом. Предназначен для охраны периметра и контроля территории. Используется в основном частными лицами. Имеет на вооружении электрический разрядник не летального характера.

— Широко распространения «Дух» не получил из-за негативного влияния электромагнитного излучения на клетки головного мозга человека, — это мне уже Аида подсказку в память скинула.

Понятненько. Я замедлил бег, переваривая информацию. А все-таки прикольная система обучения. Ничего не читал, но все равно знаешь ответы. Во время учебы в институте такую бы обучающую машинку и симб. Академиком стать — раз плюнуть!

— Что за на хрен! — спина вдруг занемела, а волосы встали дыбом. Я оглянулся на обидчика. Колобок висел сбоку от меня и настойчиво пищал.

— Чего он хочет? — задал Аиде вопрос.

— Предполагаю подобным способом «Дух» стимулирует продолжать движение в определенном скоростном режиме, — послышался в голове ответ.

— Да ладно, — не поверил ей.

Между мной и летающим колобком промелькнула яркая дуга и впилась в руку, вызвав приступ нецензурной брани. Пришлось увеличить скорость. Чем больше я уставал, тем чаще надо мной угрожающе зависал постаревший колобок. На предпоследнем круге я его ненавидел всеми фибрами души, но еще больше проклинал Ома, придумавшего это истязание.

«Посмотрим, чья возьмет! Ты раньше с современными тайлонцами просто не сталкивался! Я тебе не тут! И копать отсюда и до обеда не буду! Ох, зря ты закачал мне биопрограммирование. Доберусь однажды до твоих мозгов», — возмущался про себя, справедливо опасаясь высказываться вслух.

Разряд.

— Твою дивизию! — я побежал быстрее.

Стою и словно загнанная лошадь отдышаться не могу. Странно, физически не очень сильно устал, наверное, благодаря симбу, а дыхалка сбоит. Никогда не любил физкультуру и в армии не служил. Долг Родине, каюсь, отдавать не пришлось. Плохо это или хорошо — не знаю. Специально от армии не косил, но и пополнить ряды новобранцев не стремился. Все получилось само собой. Уехал учиться в институт к бабушке в Белоруссию, где сменил сдуру гражданство. По окончании, вернулся в Россию и до недавнего времени, пока не исполнилось двадцать семь, не менял синий паспорт обратно на красный. Смешно вспоминать какая была физиономия у военкома, когда пришел становиться на учет.

— Ушел, зараза, — сказал он тогда и нехотя протянул воинский билет.

Ладно. Все это лирика. Дальше-то что? Отдышался маленько и захотелось сунуть в зубы сигарету. Только где ее взять?

— Аида, — позвал мысленно.

— Слушаю.

— Испытываю никотиновый голод. Можешь что-нибудь сделать?

— Начала процесс блокады. Это прямая моя обязанность. Вдыхаемый вами нейротоксин сильно возбудил допаминовую систему мозга, вследствие чего повысилась активность ДНК-связывающего белка в зоне отвечающем за формировании реакции на вознаграждение. ДНК-связывающий белок изменил обмен веществ синтезирующих допамин нейронов, что и привело к формированию потребности в нейротоксине.

— Блин, Аида! Не грузи! Будь проще, — взмолился я. Мне только лекции сейчас о белках не хватало. — Просто скажи, уберешь зависимость или нет?

— Я впрыснула несколько дней назад синтезированный вирус, подавляющий функции ДНК-связывающего белка. Но блокировки механизма зависимости можно ожидать не ранее, чем через десять дней. Замечу — психологическая зависимость останется. Сожалею, но тут я бессильна. Скинуть вам в память полный отчет о работе по приведению организма в норму?

— Не сейчас. Позже, — быстро отказался и прервал мысленную связь с симбом.

— Вы отдохнули? Если да, то продолжим тренировку, — послышался рядом голос.

Я уперся взглядом в подошедшего бионта. Над головой метрах в трех, кружил и попискивал «Дух».

— Что последует дальше?

К сожалению, в расписании подробности не описаны. Лишь несколько пунктов вроде:

1. С 8.00 до 10.00 увеличение физической выносливости.

2. с 10.30 до 12.30 закрепление навыков и повышение скорости реакции.

И тому подобные ничего не объясняющие строки в предоставленном перечне занятий. Не удосужился вовремя уточнить и теперь, как говаривал Винокур, сюрприз будет.

— В течение следующего часа вам придется пройти полосу препятствий, столько раз сколько сможете. Необходимо определить ваши возможности. Вдоль всей дистанции установлены датчики, фиксирующие параметры организма. После, полученные данные из внешних источников сравнят с аналогичными материалами предоставленными вашим «Айд — двадцать восемь». По совокупности показаний будет выработана индивидуальная программа увеличения физической выносливости на завтра.

В общем, мне все ясно. Что ж… Побежали, пока злобный летающий колобок не сподобился стрельнуть из электрошокера.

После истязаний на полосе препятствий и получасового отдыха, в том же ангаре начались занятия, по мнению Ома должные выработать реакцию на проявление внешней агрессии. Мне выдали ремень с прицепленным кожаным мешочком, заполненным трехсантиметровыми шариками на вид стальными. Этими импровизированными снарядами я обязан сподобиться попасть в своего истязателя — летающего «Духа», он в меня из шокера. Один из присутствующих большеглазых бионтов дал отмашку и веселье началось.

В «Духа» не попал ни разу, в меня не попали один раз. Да я просто монстр уворачивания! Одноглазый колобок оказался неожиданно прытким. Вертелся вокруг, и стоило потерять на мгновение его из виду, тут же следовал разряд. К концу занятия я был никакой. Даже вмешательство симба не помогало. Сердце бешено колотилось, норовя выскочить из груди. Перед глазами возникали и пропадали темные пятна, ноги и руки дрожали, вся одежда пропиталась потом — хоть выжимай. От многочисленных падений на твердый пол заимел кучу синяков и ссадин. Вот бы полежать пару часиков, отдохнуть. Но нет. Следующим номером на сегодня — стрельбище. Сейчас им настреляю. С дрожащими-то руками.

Сопровождаемый бионтами, будто под конвоем, направился в тир. Благо недалеко идти. Думал, тир представляет собой нечто футуристическое — вроде круглого зала, где вокруг стрелка возникнет виртуальная реальность. Я весь из себя такой мачо, зажавший в обеих руках по бластеру стану расстреливать иллюзорных монстров и вооруженных роботов. Но действительность разочаровала. Обычное помещение длиной метров сто и шириной метров двадцать. Передо мной стол, а вот на столе-е! Ну, какой мужик не любит оружие? Любой, даже самый закоренелый пацифист никогда не откажется ощутить в руках тяжесть штурмового карабина или револьвера. Одно нажатие на спусковой крючок и ты почти Бог.

Глядя на аккуратно разложенные орудия убийства, разработанные древними, губы невольно раздвинулись в идиотской улыбке. В памяти услужливо всплывали наименования, тактико-технические характеристики и последовательность действий при сборке-разборке, стоило лишь задержать взгляд на том или ином образце.