Новое Начало (СИ), стр. 56

— Отлично! — довольно кивнув, Харли подхватила свою сумку, махнула помощникам и проскользнула в приоткрывшиеся ворота территории. — Идём к складу 78-А, вон по той улице направо. Смотрите в оба, тут должны быть ещё несколько охранников.

Нужный склад располагался почти на противоположном конце комплекса, но, несмотря на наличие отдельных ворот на территорию, внутрь проще было пробраться именно тут — ещё пару дней назад, планируя эту вылазку, посланные Джокером сюда «разведчики» обратили внимание, что камеры и охрана были расположены по объекту весьма странно, оставляя большой простор для «импровизации». Квинзель не имела понятия, было ли так и задумано, за что надо сказать спасибо нерадивым строителям, или территория когда-то расширялась, из-за чего сигнализация, охрана и наблюдение вышли вот такими… какими вышли, но такой «подарок судьбы» девушка просто так игнорировать не могла.

На складе 78-А хранились готовые изделия, предназначенные для шахтёрских взрывных работ — взрывчатка, детонаторы и прочие милые сердцу мистера Джея вещи. Харли не до конца понимала, зачем преступнику было столь важно привлечь внимание Бэтмена, особенно после их последней встречи, результатом которой стала смерть обоих участников, но… Глупо отрицать, что она любила Джокера и просто хотела сделать ему приятное. Да и потом, поднятая в городе паника и неразбериха будет… очень весёлой!

На лицо Харли наползла довольная, почти счастливая, улыбка, пусть и скрытая сейчас клоунской маской, а рука девушки нырнула в сумку, выуживая оттуда пару монтировок, которые она бросила следовавшим за ней Хосе и Джону. Ей очень хотелось взять что-то поэффективнее, например, гранаты с термитом, но даже в её голове, не отличающейся, по всеобщему мнению, здравомыслием, две с половиной тысячи градусов Цельсия и несколько тонн взрывчатки в одном предложении выглядели весьма… сомнительным сочетанием. Да и не было у неё термита. А жаль. Да… Определённо, жаль — в следующий раз стоит подготовиться получше.

— Вон та дверь, — махнула рукой Харли. — Давайте быстрее, ребята, нас уже ждут.

Грузовик, угнанный по случаю «похода по магазинам» вчера ночью, уже стоял, подогнанный задом к пока закрытым воротам склада, а Стив суетился возле ещё одной будки охраны, деловито связывая сидевшего там человека. Гранаты с усыпляющим составом были только у Квин, так что, ему пришлось действовать по старинке — невинный вопрос в стиле «где тут туалет?», струя перцового баллончика в лицо и удар по голове, пока бедняга охранник пытается оклематься.

Окинув взглядом запакованного охранника, Стив удовлетворённо кивнул, поправил плотный кляп и, с довольным видом похлопав так и не пришедшего пока что в себя мужчину по голове, вышел обратно на улицу. Ворота он уже открыл, камеру обезвредил так же, как и Джон, так что, теперь оставалось только подогнать грузовик к самому складскому ангару и помочь грузить добычу.

— Давайте в темпе! — прикрикнула на спутников Харли, вынимая третью монтировку и сама примеряясь ко входу, принявшись курочить дверь, сосредоточенно пыхтя.

Дверь поддавалась с явной неохотой, но, когда к делу присоединились двое мужчин, всё пошло на лад и, после десятка секунд усилий, с казавшимся оглушительно громким скрежетом, угол створки отогнулся, а затем и вовсе с звонким щелчком оторвался от удерживавшего его магнитного запора, оставив тот сиротливо висеть на своей ответной части. Довольно кивнув, девушка первой вошла внутрь, хозяйским взглядом окидывая открывшиеся стеллажи с ящиками. Теперь нужно найти механизм открытия грузовых ворот и прибарахлиться. Да. Однозначно.

Готэм-Сити. Заброшенная промзона на окраине.

Константин устало поморщился, откладывая в сторону стеклянную банку с остатками красной жидкости и вымазанную этой же жидкостью малярную кисть. Конечно же, кровь. Конечно же, человеческая. Нет, конечно, можно было обойтись и куриной или бараньей, но старые методы были самыми надёжными, а в XXI веке добыть немного донорской «влаги жизни» не так уж и сложно, особенно, когда ты не гнушаешься грязных методов работы и владеешь простейшими навыками гипноза.

— Всё принёс? — повернулся экзорцист к вошедшему в дверь Чезу.

— Что смог, — мужчина поморщился, опуская на пол объёмистый продуктовый пакет. — Бараньего сердца не было ни в одной мясной лавке, но всё остальное в наличии, разве что, печень не особенно свежая.

— Ты же прекрасно знаешь, — Джон скептически вскинул бровь, глядя на друга, — что свежесть этой требухи для процесса не важна. А вот с сердцем обидно — с ним было бы проще. Ладно, обойдёмся тем, что есть.

Константин поднялся, отряхивая брюки от пыли, и с довольным стоном потянулся — рисовать внушительный магический круг, ползая на карачках по полу, было тем ещё удовольствием. Особенно, учитывая цену ошибки в любом из ста двадцати трёх символов, расположенных в строго определённых местах, и завязанных на положение звёзд и планет на небосводе. Он недолюбливал ритуалистику старой школы, предпочитая более… универсальные построения, но тут иначе было никак — существо, которое он собирался вызвать, как раз и относилось к той самой «старой школе».

— Ну мало ли… — Чез пожал плечами. — Ты вообще уверен, что стоит его призывать? Если я правильно узнал печать, эта тварь пиздит, как дышит — что толку-то?

— Ну не Вассаго же призывать, — вздохнул экзорцист. — Он, конечно, не лжёт, честно отвечает, но эту заразу ещё попробуй удержи. Нам одного Мнемота в Готэме хватает, чтобы ещё и демона-принца сюда тащить, рискуя его случайно выпустить. Да и не нарисую я его печать по памяти, — смутился Джон.

— Кхм… Да… Тогда ладно…

— Так, печать есть, осталось ингредиенты разложить.

Константин подошёл к пакету, принесённому другом, и принялся вынимать оттуда совершенно обыденные на первый взгляд вещи — свечи, крупная говяжья печень, пусть и не первой свежести, но, как он и сказал качество материала играло второстепенную роль. Демон всё равно придёт на призыв, просто потому, что призывает его не кусок мяса, а составленная печать. Всё остальное вообще играло роль лишь для облегчения работы мага, беря на себя часть нагрузки, и некоторого… хм… подношения призываемой сущности, что должно было сделать того в первый момент чуть более дружелюбным. Насколько вообще возможно быть дружелюбным по отношению к «наглой еде, отрывающей тебя от твоих дел ради своих глупых вопросов». Кхм…

— Печень, — негромко комментировал Джон свои действия, чтобы ничего случайно не перепутать, — совиные перья, кости ястреба, пузырёк со слезами девственницы, пролитыми в первую брачную ночь… Прах с разорённой могилы праведника… сушёная веточка датиски, собранной в новолуние… Хм, Чез, — нахмурился экзорцист, — а это точно датиска?

— А что не так? — озадаченно посмотрел на демонстрируемую кучку сушёной зелени Чендлер.

— Да пахнет он как-то… знакомо… И не так. Слишком сладкий запах.

— В лавке, где я его купил, была этикетка…

— Ладно, — вздохнул Константин, всё ещё с сомнением поглядывая на ингредиент, — главное, что не шалфей, а остальное мелочи… Но всё-таки… А… ладно. Так, сердца нету, тогда, осталось только…

Поднявшись с колен, Джон снова отряхнул брюки, окинул печать последним внимательным взглядом, убеждаясь, что всё расположил в нужном порядке, и, закатав рукава рубашки, заранее поморщился — теперь ему придётся использовать собственную кровь и, хоть он и не был неженкой, необходимость тыкать в себя острыми предметами его никогда не радовала. Вынув из кармана перочинный ножик, Константин развёл руки, встав напротив главного символа печати, напротив одного из углов вписанного в круг треугольника, и сосредоточился.

По помещению потёк мерный речитатив заклинания, с каждым словом становящийся громче и раскатистей — разведённые руки экзорциста начали мелко подрагивать, словно он держал в них что-то очень тяжёлое, а глаза закатились. В следующее мгновение свечи, расставленные в узловых точках печати, одна за другой вспыхнули, заставив так же затлеть и каждый из разложенных предметов — тонкие струйки дыма, распространяющие сладкий, одуряющий запах, поднимающиеся в воздух, сплелись в сложную объёмную фигуру, зависшую в воздухе перед Джоном, а сам маг стиснул зубы, потянув что-то невидимое на себя и сжав в кулаке нож, привычным движением пальца открывая лезвие.