Истинная для якудза (СИ), стр. 10

Он опустился на стул по соседству и довольно нахально бросил:

— Они-сан, твоя невеста спрашивает, где отец и остальные братья?

Масару поднял на него такой взгляд, что у любого бы дыхание перехватило. У любого, кроме того, кому он был адресован. И как только старший брат понял, что без слов или даже действий не сможет в той мере, какой ему хотелось, надавить на младшего, он перевёл взгляд на Каори.

На секунду в глазах промелькнуло удивление и непонимание. Кажется, как раз её кимоно смогло вызвать нужный эффект. Но затем жених взял себя в руки и произнёс:

— Отцу нездоровится, третий брат остался с ним в городе, поэтому их на ужине не будет. — Он опустил взгляд на наручные часы, убеждаясь, что время званого ужина уже как десять минут наступило. — Сатоши, полагаю, опаздывает. Это второй брат. Го третий, Рэн четвёртый, Хару — пятый.

— Я запомню. — Она кивнула.

— Меня столько лет не было в поместье, а старик даже на рожу мою посмотреть не хочет?

— Рэн, хватит испытывать моё терпение.

— Аники, — тихо позвал Рэна парень, который выглядел ровесником Каори. Или даже младше. Ему точно было не больше семидесяти лет: лицо ещё совсем юношеское, с полным отсутствием щетины. Впрочем, сильнее всего на нём выделялись глаза. Очень выразительные, с натуральным двойным веком, без острого внутреннего уголка. И эти необычайно красивые глаза смотрели с тревогой.

— Ладно-ладно, прости, они-сан. Я думал, может, что-то изменилось за время моего отсутствия, но вижу, что отец всё так же избегает Хару, как и прежде, — расслабленно подытожил Рэн и посмотрел на самого младшего за столом. Но тот от этих слов весь как-то сжался и уставился на пиалу с рисом, стоящую перед ним.

— Не устраивай представление, — сухо произнёс Масару и опустил взгляд обратно на телефон.

— И дальше сидеть в тишине? Нет уж, буду развлекать всех своей болтливостью. Вам же, Цурута-сан, интересно, как у нас всё устроено? Ничего, быстро втянетесь. К слову, на вас сегодня изумительно прекрасное кимоно.

— Спасибо, — только и смогла выдавить Каори, не понимая, зачем он так откровенно провоцировал старшего брата.

Хотя и она далеко не ушла, учитывая её выбор наряда для первого совместного ужина в поместье Воронов. В некотором смысле они сейчас находились на одной волне. Просто пока Рэн открыто швырял толстые поленья в огонь, Каори менее заметно подкидывала сухой хворост.

Дверь распахнулась, и управляющий воскликнул:

— Прибыл Сатоши-сама!

В комнату зашёл мужчина в чёрном с ног до головы: брюки, приталенная рубашка, пиджак и — особенно выделялись — перчатки. Он выглядел интеллигентно не столько благодаря одежде, сколько из-за утончённых черт вытянутого лица, более узких глаз, чем у остальных братьев, и уложенных назад волос. Из аккуратной причёски не выбивалось ни одной пряди.

— Простите за опоздание, — произнёс Сатоши таким же тихим голосом, каким говорил обычно Масару. Но дьявол прячется в мелочах. Если у жениха отчётливо слышались ещё властные нотки, то в интонации его брата ощущалось больше какой-то хитроватой вкрадчивости. — Вы ещё не начали ужинать?

— Давайте есть, — объявил Масару и первым взялся за палочки, отложив телефон.

И все начали есть. Никто за столом даже не попытался сказать «итадакимасу» [31], что для Каори было непривычно. Но она тоже промолчала, чтобы не привлекать к себе внимания.

Однако Сатоши, севший напротив, всё равно уставился на неё долгим, оценивающим взглядом.

— А вы, должно быть, наша драгоценная будущая невестка из клана Журавлей? — Его тонкие губы изогнулись в вежливой улыбке, не достигающей глаз.

— Цурута Каори, — представилась она с неглубоким кивком.

Он смотрел на неё, наверное, больше минуты. И ни разу не моргнул. А затем резко перевёл взгляд на сидевшего рядом Рэна, который, кажется, чем-то подавился. Он громко прокашлялся, а потом не менее шумно отхлебнул воды из стакана.

— О, Рэн-кун, не ожидал тебя сегодня здесь увидеть. Давно вернулся домой?

— Вчера. Скучал, они-сан?

Сатоши шире улыбнулся и не стал ему ничего отвечать.

Какое-то время они ужинали почти в полной тишине. Лишь палочки глухо постукивали о керамические поверхности.

Каори постоянно ловила на себе взгляды каждого из братьев, но продолжала держать осанку и невозмутимо есть дальше, словно ничего не замечала. Это лишь начало, она собиралась продемонстрировать как жениху, так и всему клану Воронов, что мягкая сила может быть не менее эффективна, чем грубая. Им придётся считаться с ней.

— И надолго ты заглянул в гости, Рэн? — поинтересовался Сатоши, промакивая чистые губы бумажной салфеткой.

— На три месяца.

— Три месяца, — протянул он с такой интонацией, что по итогу все обратили внимание на озвученный срок. Ни для кого из присутствующих не секрет, что через три месяца в поместье должна была состояться свадебная церемония. Но вот такой точечный акцент добавлял скрытых смыслов, которые для Каори пока оставались окутаны тайной. — И чем планируешь заниматься эти три месяца?

— Тебя от невесты отгонять, они-сан.

— Рэн, — тут же подал голос Масару, одним взглядом приказывая заткнуться, на миг переключился на неё, проверяя реакцию, и тут же вернулся к младшему брату. Вот и первые звоночки внутреннего раздора.

— Что? Всем же и так всё очевидно. — Рэн нахально ухмыльнулся. — Разве нет?

Сатоши тихо засмеялся.

— Вот этого мне действительно не хватало.

— В вашей глуши тут не особо много развлечений. Буду ездить в Хаяму [32], воскрешу фотоателье. Окунусь в ностальгию по старым временам, когда ещё был молодым и беззаботным фотографом.

— Через чью постель прошла половина города, — прокомментировал Сатоши, придерживая на губах ироничную улыбку. — Вторую половину подтянуть собираешься?

— А что, ты тоже на кого-то из местных глаз положил, они-сан? Пальцем, главное, мне покажи заранее, честное слово, постараюсь в этот раз не зацепить твою даму сердца. — Ответ Рэна оказался настолько колким, что улыбка на чужих губах дрогнула, а в глазах промелькнуло что-то холодное и кровожадное. Как будто за подколкой стояла неприятная для Сатоши история. — Кстати, я могу и предсвадебной фотосессией заняться.

— Нет необходимости. Я не собираюсь тратить на это своё время, — отрезал Масару с едва заметной улыбкой в уголках рта, на мгновение удивив Каори. Не тем, что не хотел проводить фотосессию — как раз это для неё было ожидаемым. Вся их свадьба, очевидно, будет пропитана холодом формальности. Её поразил тот факт, что он явно наслаждался язвительным противостоянием острых на язык братьев.

Каори тоже захотелось подпортить ему настроение, поэтому, состроив обеспокоенное лицо, робко произнесла:

— Но как же свадьба без фото?.. — Она затихла под устремлённым на неё взглядом, делая вид, что смущена собственным порывом.

— Неужели в этом есть такая острая необходимость?

— Конечно. И боюсь, моя семья тоже не оценит отсутствия такого важного элемента.

Взгляд жениха стал ещё тяжелее и недовольнее. Проигнорировать такие слова будет крайне грубо с его стороны. Тем более в присутствии стольких свидетелей.

— Рэн, организуешь фотосессию для Цуруты-сан. Когда вернусь из поездки, сделаем ещё один совместный снимок для портрета в холле.

— Целый снимок, какая невероятная щедрость, — отозвался он со смешком, переходя грань. Это уже была не безобидная провокация, а открытая агрессия, которую можно было почувствовать на зверином уровне. — Прям женишок года.

У Масару вдруг загорелись ярко-голубым цветом глаза бета-оборотня с тремя чёткими линиями силы по краю радужки. И это уже можно было трактовать не как безобидное предупреждение расшалившемуся младшему, а как реальную угрозу скорой расправы.